— Вы хотите обсудить что-то конкретное?
Ци Шэн присел на корточки, наклонил голову и бросил взгляд на золотистого ретривера рядом с собой. В его взгляде читались снисходительность и беспомощность:
— Он вечно не слушается, ладит где попало и гадит.
Похоже, он придумал новую отговорку. В прошлой жизни он ведь утверждал, будто эта собака ужасно злая и ни один зоомагазин не соглашается её взять.
Но нынешняя Чи Цин уже не была той Чи Цин из прошлой жизни. С невозмутимым выражением лица она погладила Лаки по голове:
— Идем, сходим с сестричкой в заднюю комнату.
В тот самый момент, когда дверь закрылась, Чи Цин отчетливо уловила во взгляде Ци Шэна нотку торжества.
Торжествует? В этой жизни ему, боюсь, будет уже не до радости.
— Лаки, расскажи сестричке, что произошло?
Чи Цин перебрала в голове все возможные варианты, но ей и в голову не приходило, что эта собака вообще ему не принадлежит.
Морда золотистого ретривера вся сморщилась, он завилял хвостом и прижался к груди Чи Цин:
— Цин-Цин, тот человек снаружи вовсе не мой хозяин. И меня зовут не Лаки, меня зовут Юаньбао.
Она явно недооценила бесстыдство Ци Шэна. Чи Цин тут же полезла на сайт по поиску пропавших животных в надежде найти хоть какие-то вести о Юаньбао.
— Как зовут твоего хозяина? — Чи Цин не слишком полагалась на сайт — в конце концов, посещаемость там была удручающе низкой, а многие владельцы животных даже не подозревали о существовании такого ресурса.
— Моего хозяина зовут Цзинь-Цзинь.
Получив неожиданный ответ, Чи Цин продолжила лихорадочно листать страницы сайта, не упуская из виду ни единого объявления о пропаже золотистых ретриверов.
На этот раз сеанс связи затянулся необычайно долго — небо над головой успело окраситься в багрянец, залив полнеба закатным светом.
Красные лучи падали на лицо Ци Шэна. Неудивительно, что столько людей попалось на его удочку: внешность и фигура у него и правда были безупречны.
Чи Цин признавала, что в прошлой жизни в ней определенно жила слабость к красивой мордашке, но теперь она не потратит на смазливого мужика ни единой монетки.
На женщину — тоже.
Наконец, благодаря усилиям Чи Цин, вытянувшей из Юаньбао всю правду, и её не прекращавшимся ни на секунду пальцам, видео с поисками хозяина Юаньбао было найдено.
Всё совпадало с тем, что говорил пёс, до мельчайших деталей.
Чи Цин тут же написала ему в личные сообщения.
Зоомагазин Цин-Цин: Здравствуйте, есть ли у вашей собаки какие-то неочевидные приметы, о которых не знают посторонние?
Собеседник ответил мгновенно — похоже, пропажа питомца действительно волновала его невероятно.
Верни гулявшую у моего дома собаку: У него на подушечке лапы есть черное пятнышко, самых дальних зубов нет, а еще у него сиськи асимметричные и яйца лысые и блестят, он их сам натер.
Чи Цин глянула в личные сообщения, а затем перевела взгляд на Юаньбао.
В конце концов она решила зачитать это вслух.
И без того сморщенная морда золотистого ретривера скукожилась еще сильнее:
— Вообще-то он может и не быть моим хозяином.
Ради надежности Чи Цин, несмотря на протесты Юаньбао, проверила всё лично.
Убедившись, что всё сходится, она отправила хозяину фото: Юаньбао сидит, опустив голову, в углу комнаты, излучая вселенскую тоску.
Зоомагазин Цин-Цин: Он услышал то, что вы сказали, и, кажется, расстроился еще больше…
Верни гулявшую у моего дома собаку: Ничего, дай ему вяленого мяса, и он сразу повеселеет. Где ты находишься? Я иду забирать собаку.
Забирать собаку прямо сейчас? Боюсь, дело дойдет до драки.
Ци Шэн снаружи с первого взгляда казался тем еще мерзавцем. Если хозяин окажется хрупкой молоденькой девушкой, кто знает, как Ци Шэн решит ей отомстить.
Подумав, она тщательно подобрала слова: Собака сейчас у других людей, подозреваю, именно тот человек и увел вашего питомца. Боюсь идти сюда в одиночку, могут возникнуть неприятности.
Собеседник ни капли не испугался и даже прислал бесстрашный стикер: В шапке твоего профиля твой адрес? Я уже выхожу, прошу, задержи его!
Зоомагазин Цин-Цин: ок
Вообще-то это немного ломало ее планы, но ввязывать в свой путь мести невиновного человека она была не намерена — это шло вразрез с ее принципами.
Глядя на погрустневшего Юаньбао, Чи Цин подошла и нежно погладила его по макушке.
Прижатые уши выдавали истинное настроение пса.
— Ну всё, Юаньбао, давай договоримся: об этом секрете теперь будем знать только мы с твоим хозяином, хорошо?
— Тяф…
— Подумай сам, Юаньбао, ведь это твоя особенность, отличающая тебя от других собак. Ты же у нас самый уникальный.
— Тяф?
Заметив, что это сработало, Чи Цин продолжила утешать пса, опираясь на слова его хозяина:
— Другие собачки наверняка считают тебя независимым великим героем. Разве великие герои в детстве не отличаются от всех остальных?
— Я великий герой? Цин-Цин, ты правда так думаешь? — Юаньбао повернул голову и посмотрел на Чи Цин, его мордочка по-прежнему оставалась забавно сморщенной.
С трудом сдерживая смех, Чи Цин наконец-то сумела его успокоить.
Взглянув на часы и увидев, что уже перевалило за семь, она поспешно вывела Юаньбао наружу.
Ци Шэн, прождавший столько времени, не высказал ни малейшего недовольства или жалобы. Увидев выходящую с Юаньбао Чи Цин, он даже с сияющей улыбкой поднялся навстречу.
Не зря все деньги оседают у Ци Шэна — выдержки ему было не занимать.
— Лаки на самом деле немного приболел, видимо, съел что-то не то. У тебя есть свободное время? Я мог бы сделать ему небольшой массаж.
Чи Цин получила образование в области ветеринарии, и иглоукалывание с массажем для собак были для нее проще простого. Если бы не мечта открыть зоомагазин, она бы давно уже превратилась в лысого светилу китайской ветеринарной медицины.
Ци Шэн, похоже, не ожидал, что Чи Цин владеет и техникой массажа. Его глаза засияли радостью, и он согласился, не раздумывая.
Взгляд, которым он смотрел на Чи Цин, был настолько чистым, что никому и в голову бы не пришло, какая демоническая сущность скрывается под этой личиной.
Прошло полчаса. Дверь зоомагазина, на которой уже висела табличка Закрыто, отворилась извне.
Чи Цин подняла глаза: к ней направлялся заросший щетиной здоровяк ростом метр девяносто восемь, чье тело было сплошь покрыто бугрящимися мышцами.
Ци Шэн рефлекторно заслонил ее собой:
— Уважаемый, зоомагазин уже закрыт.
А вот Цинь Цемо, который до этого стоял рядом с Чи Цин тише воды ниже травы, даже не шелохнулся. Обладая невероятно острой чувствительностью к опасности, он совершенно не ощущал от этого человека никакой злобы.
Здоровяк с ног до головы окинул Ци Шэна презрительным взглядом, но из товарищеских побуждений не стал выдавать Чи Цин.
— Я последние несколько дней обхожу все зоомагазины в поисках своей собаки. Я же не мешаю ей работать, тебе-то какое дело?
Ци Шэн задохнулся от возмущения и, беспомощно вздохнув, был вынужден отступить.
Неожиданно бугай рухнул прямо у лежанки Юаньбао и залился горькими слезами:
— Ой, мой бедный Юаньбао! Папа наконец-то нашел тебя!
А Цинь Цемо всё-таки настоящий профессионал.
Чи Цин на мгновенье остолбенела, а затем недоверчиво переспросила:
— Цзинь-Цзинь?
Цзинь-Цзинь утер слезы:
— Я, я! Откуда ты знаешь, как меня зовут?
— Кхе-кхе, я специалист по общению с животными. Если у вас с сыночком возникают мелкие разногласия или если ваш сынок почему-то загрустил, всегда можете обращаться ко мне! И всего-то за каких-то тысячу юаней — ни тебе девяноста восьми, ни девятисот девяноста восьми!
Цзинь-Цзинь тут же вытащил телефон и отсканировал QR-код для оплаты, висевший в магазине:
— Дарю тебе сто тысяч! Это награда за то, что нашла собаку!
Ци Шэн, наконец разобравшись в ситуации, с виноватым видом подошел к Цзинь-Цзиню:
— Господин Цзинь, прошу прощения. Я увидел этого золотистого ретривера без хозяина и подумал, что его бросили.
Цзинь-Цзинь бесцеремонно оттолкнул его:
— Убирайся отсюда, похититель собак! Если бы не ты, мой Юаньбао не пережил бы столько слёз.
Чи Цин молча посмотрела на Юаньбао, который блаженно зажмурился и устроился на лежанке, но родительскую тревогу вполне могла понять.
— Я тебя засужу! — бросил Цзинь-Цзинь наугад фразу, от которой улыбка на лице Ци Шэна едва не сошла на нет.
К счастью, его актерское мастерство было на высоте, и он тут же взял себя в руки:
— Господин Цзинь, этот магазин ни в чем не виноват, во всем виноват только я. Успокойтесь, пожалуйста.