Переночевав под мостом, Цзян Сюань с ломотой в пояснице брела по оживлённой городской улице, прижимая к себе узелок. Вчера она, вся серая и пыльная, почти сливалась с сорняками вокруг моста.
Драгоценных камней в узелке было мало, на триста лет их точно не хватит.
К тому же на Великом отборе в Мире культивации будет немало сильных странствующих культиваторов. Чтобы успешно пройти отбор и изменить проклятую сюжетную линию, нужно как следует подготовиться.
— Юный друг, работу ищешь?
Цзян Сюань вдруг схватили за руку. Она чуть скривилась — хорошо, что вчера намазалась чудодейственным снадобьем, оставленным тем вором, раны почти зажили.
Она не раз сталкивалась с людьми из Мира культивации и узнала это лекарство — такое делают только в Пяти великих сектах.
Цзян Сюань нахмурилась и подняла голову, глядя на пузатого хозяина лотка с паровыми булочками, стоявшего перед ней. Неужели ему нужен помощник для торговли?
Хозяин лотка внимательно оглядел лицо Цзян Сюань, и его выражение становилось всё более сальным.
Он долго рассматривал её слишком худую и плоскую фигуру, вздохнул, но руку так и не убрал.
— Эх, жалко, жалко... парень. Но если сдать в мальчики для утех, тоже можно заработать. Им же нужны хорошенькие, верно?
Цзян Сюань уже собрала силу в руке, готовясь прибить его своим узлом с камнями, как вдруг на улице послышался шум.
— Эй, народ, смотрите! Нищий грабит! Этот парень украл мой кошелёк и не признаётся!
В центре улицы стоял известный на всю округу хулиган в зелёном. О нём Цзян Сюань, которую постоянно держали взаперти в дровяном сарае, слышала не раз. То, что у первоначальной хозяйки остались эти воспоминания, видимо, потому что слуги клана Цзян частенько судачили о нём между собой.
Она перевела взгляд вниз. Юноша, лежавший на земле, был в крови, лица не разобрать. У Цзян Сюань ёкнуло сердце — предчувствие было нехорошим.
Хозяин лотка, увлечённый зрелищем, ослабил хватку. Цзян Сюань незаметно сунула ему в руку верёвку, которой был привязан осёл, и выдернула свою.
Хулиган схватил валявшегося на земле юношу за волосы и принялся избивать, открыв его посиневшее лицо.
Цзян Сюань похолодела. Это лицо она не забыла бы и после семи смертей.
Это был не кто иной, как Владыка демонов Шэнь Сюянь, потерявший память и оказавшийся в мире людей. Кажется, ему разбили голову — кровь стекала по виску. Было даже жаль такие миндалевидные глаза, скрытые под грязью и кровью.
Батюшки, если бы это было в Мире демонов, того типа уже стёрли бы в порошок. Цзян Сюань передёрнуло, и она мысленно поставила за упокой души того бедолаги.
Она знала, что Шэнь Сюянь, отомстив всем обидчикам, запечатал себе память об унижениях, перенесённых в мире людей.
В исходной сюжетной линии Цзян Сюань, не шатаясь без дела, бросается в толпу, спасает Шэнь Сюяня, они убегают, взявшись за руки, потом скрываются в лесу, поддерживают друг друга и некоторое время живут жизнью в персиковом источнике.
Но сейчас в этом теле душа не прежней Цзян Сюань.
Их взгляды на краткое мгновение странно встретились, и она увидела, как глаза юноши постепенно тускнеют.
Она начинала понимать, почему прежняя хозяйка бросилась его спасать не раздумывая.
Но она — нет.
Цзян Сюань обернулась, взглянула на хозяина лотка, который, сложив руки на груди, засмотрелся на драку, и, приподняв ткань, ухватилась за пароварку.
— Хозяин, тот человек сбежал!
Она внезапно закричала ему прямо в ухо. Тот от неожиданности рефлекторно сжал руки. Осла дёрнули, едва не порвав ему губу.
Цзян Сюань, не растерявшись, со всей силы пнула осла под зад. Осёл понёсся. Она, честно прижимая к себе полную пароварку булочек, смотрела, как ошалевший хозяин, которого утаскивал бегущий осёл, исчезает за горизонтом.
Осёл, врезавшись, сбил с ног и хулигана. Тот вскочил и с руганью бросился догонять хозяина лотка. Цзян Сюань видела, как Шэнь Сюянь отряхивает пыль с одежды, на лице — жалобное выражение, и вот-вот поднимет голову и увидит её.
Проклятье! Какого чёрта она опять его спасла?
Цзян Сюань смоталась, и когда Шэнь Сюянь посмотрел в её сторону, он увидел лишь серый силуэт, убегающий с пароваркой в руках.
…
Мясные булочки и впрямь были хороши — полный рот мясного сока. Цзян Сюань, нимало не смущаясь, уселась прямо на землю и принялась запихивать булочки одну за другой.
В прошлые жизни она, вскоре после начала cultivation в Мире демонов, прорвалась на стадию Золотого ядра. Еда в Мире демонов большей частью была сырой, ей не нравилось, так что она просто перешла на бигу.
Цзян Сюань быстро умяла несколько булочек и почувствовала удовлетворение. Наконец-то она ощутила, что жива.
Обменяв часть драгоценных камней из узелка на серебряные ассигнации, Цзян Сюань привела себя в порядок, купила одеяние даосского мастера, встала на краю улицы и организовала маленький гадательный лоток.
Подражая запомнившимся культиваторам, она собрала волосы на затылке, открыв чистое лицо. В ней и впрямь появилось что-то от ветра и костей бессмертного — стать утончённого даосского мастера.Даже не нужно было зазывать — вокруг быстро собрались люди.
— Мастер, я хочу узнать свою судьбу.
Цзян Сюань медленно открыла глаза, жестом подала бумагу и кисть, взглянула на запись года, месяца и дня рождения человека и, для пущей важности, нахмурилась, делая вид, что размышляет.
— М-да… Скорпион. Почтенный, вы человек, чётко разделяющий любовь и ненависть, но слишком эмоциональны. Каждое утро, вставая, повторяйте данную мной сутру, и заслуги, слава, богатство и почёт будут в ваших руках.
Человек кивнул, с видом полного согласия закивал головой, как пестик в ступе, решив про себя, что раз уж из уст этого бессмертного звучат такие редкие слова, значит, у него и впрямь есть истинное умение.
На самом деле это было лишь очень общее описание. Стоило лишь немного поднаправить, и люди сами начинали примерять на себя.
Цзян Сюань протянула гадательную бирку, на которой были переписаны слова из песенки про Счастливого барашка, и с удовольствием слушала звон монет, падающих в ящик для денег.
— В вашей семье слишком много убивают. Каждый вечер перед сном читайте во дворе Сутру перерождения, тогда сможете избавиться от бед и напастей.
Цзян Сюань мельком взглянула на другого пришедшего гадать мужчину средних лет. На пальцах, которыми он держал нож, были заметные мозоли — сразу видно, мясник.
На самом деле большинство приходящих гадать ищут лишь успокоения для души. Цзян Сюань, используя свой наряд и таинственные манеры, с лихвой на этом зарабатывала.
Солнце клонилось к закату. Цзян Сюань уже собиралась сворачивать лоток, унося ящик с деньгами, как вдруг заметила знакомый силуэт, прислонившийся к углу улицы.
Цзян Сюань вздрогнула от этого пристального, изучающего взгляда. Хотя Шэнь Сюянь и потерял память, его напряжённое выражение лица всегда заставляло её сердце сжиматься от страха.
Она ускорила сборы и уже хотела уйти, но край её одежды удержала рука, покрытая шрамами.
Шэнь Сюянь молчал, лишь опустив ресницы, смотрел на уклончивые глаза Цзян Сюань, словно ждал, что она что-то скажет.
Цзян Сюань впервые ощутила от этого бывшего Владыки демонов что-то вроде хрупкости и слабости.
Неужели это из-за сюжетной линии? Даже если она нарушила первую встречу с Шэнь Сюянем, позже это каким-то образом вернётся к исходному сценарию?
— Э… ты, наверное, голоден? Может… дать тебе немного денег?
Не дожидаясь, пока Шэнь Сюянь заговорит, Цзян Сюань молниеносно вытащила из ящика несколько медяков, сунула их ему в ладонь и бросилась прочь, словно спасаясь бегством. Ящик с деньгами звенел в такт бешеному бегу хозяйки.
Шэнь Сюянь повертел в руках несколько медяков, глядя на удаляющуюся панически фигуру. Его брови чуть заметно нахмурились. Непонятный взгляд постепенно утонул в лучах заката.
Цзян Сюань поспешно добежала до самой дальней гостиницы, сняла комнату и, прислонившись спиной к двери, тяжело дыша, прижала руку к груди, чтобы прийти в себя.
Фу, едва унесла ноги… чуть не впуталась.
Нет, оставаться здесь нельзя ни в коем случае. А ну как под влиянием сюжетной линии Шэнь Сюянь снова заявится?
Цзян Сюань бросила узелок и, забыв о приличиях, откинулась на кровать. Она принялась размышлять. От входа в Мир культивации она далеко, в мире людей духовной силы и так мало, к тому же её духовные корни закупорены. Нужно разработать новый план, найти хорошее место и вплотную заняться cultivation.
Цзян Сюань закрыла глаза. В памяти всплыли образы культиваторов из прошлых жизней, сидящих в медитации: ноги скрещены, руки сложены, дыхание и поглощение энергии.
Воздух вокруг слабо всколыхнулся. Цзян Сюань ощутила, как запершило внутри духовных корней, перевела дыхание и, успокоившись, продолжила.
Духовной силы здесь было мало. Лишь спустя час Цзян Сюань почувствовала слабые изменения в теле.
Область даньтяня начала обжигающе нагреваться. Крохи духовной силы по капле проникали в конечности и кости.
Открыв глаза, Цзян Сюань ощутила лишь ясность духа и свежесть. Усталость от целого дня работы и сердцебиение от новой встречи со страшным бывшим начальником исчезли без следа.
Теперь, когда cultivation стало возможным, нужен был ещё магический артефакт.
Где же найти подходящий артефакт…
Цзян Сюань, поглаживая подбородок, задумалась. В мире людей духовной силы не хватает, артефакты тоже найти трудно. Может, взять что-нибудь подходящее и потренироваться в боевом искусстве тела? Она слышала, что некоторые культиваторы могут с помощью своей духовной силы приводить артефакт к прорыву вместе с собой.
Взгляд упал на железную лопату, прислонённую снаружи к стене гостиницы. Цзян Сюань попробовала взять её, влить немного духовной силы и взмахнуть пару раз.
Неплохо, неплохо. Черешок длинный и округлый, лезвие большое, как ковш. И в атаку, и в оборону — отличный артефакт.
Цзян Сюань с довольным видом похлопала лопату и обняла её, словно собиралась вот-вот побрататься.
— Такой чёрный, буду звать тебя Сяо Бай. Лопатка, с этих пор мы будем cultivировать вместе, править Миром культивации и топтать Шэнь Сюяня, ха-ха-ха-ха-ха!
Железная лопата дёрнулась под её безумный хохот. Казалось, после влитой духовной силы она начала обретать примитивные реакции.
Если бы она попала в место с более обильной духовной силой, её лопатка, глядишь, и заговорить бы смогла!
Ради того, чтобы увидеть, как заговорит железная лопата Сяо Бай, Цзян Сюань ещё больше укрепилась в решимости переехать. Отдохнув, она на следующий же день по памяти отправилась в Восточный город, ближайший ко входу в Мир культивации.
Хозяин гостиницы: Кто этот бессовестный, спёрший мою большую лопату для корма свиней!
…
В последующие триста лет Цзян Сюань, взяв имя Цзян Ваньсань, вела в Восточном городе изнурительное предпринимательство, ловко используя низкие методы коммерческой войны, и пробила себе путь.
К счастью, за эти триста лет Цзян Сюань больше ни разу не видела Шэнь Сюяня. Она сосредоточенно cultivировала, прорвалась через Уровень очистки ци и стала культиватором начальной стадии Основания.
Восточный город был точкой соединения мира людей и Мира культивации, здесь тайно селилось немало странствующих культиваторов. Для удобства Цзян Сюань, используя духовную силу, применила Технику изменения внешности демонического культиватора и являлась людям только в облике дряхлого старика.
Из семи предыдущих попыток Цзян Сюань, cultivировав в Мире демонов пять лет, встретила Войну бессмертных и демонов, где и была пронзена мечом. На сей раз, триста лет занимаясь торговлей в мире людей, она и сама чуть было не увязла в этой приятной жизни.
Но она знала: отсиживаясь в мире людей, сюжетную линию не изменить. Раз уж она потратила столько сил, заложив в мире людей основу, нужно обязательно попробовать другой путь.
— Сяо Тан, а ведь твой босс, старуха Цзян, неплохой человек, верно…
Цзян Сюань, дрожа, сидела в кресле-качалке, из мутных глаз пробивался свет, вид у неё был такой, будто она вспоминает славное прошлое.
Сяо Тан, проверявший счета, замер, поднял голову и с немым укором посмотрел на Цзян Сюань.
— Шеф, я тоже странствующий культиватор. Ты не могла бы не вживаться в роль так глубоко?
Босс Цзян — человек неплохой, вот только душевно не совсем здорова, — Сяо Тан опустил глаза долу и замер в ожидании, какую же каверзу выкинет его начальница.
— Хи-хи, это я уже привыкла. Завтра я отправляюсь на Великий отбор Пяти великих сект. Дела в мире людей оставляю на тебя.
Цзян Сюань подпёрла голову рукой, вид у неё был безмятежный, словно она говорила о том, что завтра пойдёт на рынок за овощами.
— Что?! Шеф, ты собралась? Да брось. С твоим-то уровнем cultivation, ты и меня-то не превосходишь. В Мире культивации сильных как звёзд. Не лучше ли нам держаться за своё дело и честно зарабатывать деньги?
Множественные духовные корни Цзян Сюань от природы в мире людей стали для неё главной обузой. Духовной силы в мире людей мало, ей и так было очень нелегко, хоть немного прочистив все корни, достичь этого уровня.
Если бы она стала человеком из Мира культивации, у Цзян Сюань не было бы за спиной поддержки знатных родов или великих сект, пришлось бы самой менять деньги мира людей на духовные камни. Это и было причиной, по которой ей пришлось заняться торговлей.
— Сяо Тан, ты ещё слишком молод…
— Мне в этом году сто двадцать лет…
— Сто двадцать лет — молодёжь, а молодёжь должна стремиться к большему! Когда я уйду, ты станешь Цзян Ваньсанем! Впредь пусть дом Чжан обанкротится от одного дуновения ветра, а когда похолодает — пусть дом Ли на коленях умоляет о пощаде. Перенимай мою суть, понял?
Сяо Тан смотрел на беснующуюся и хохочущую начальницу и медленно покачал головой.
Иногда, когда говоришь со своим боссом, чувствуешь себя совершенно беспомощным.
— Отлично, боевой дух есть!
Цзян Сюань, сама с собой разговаривая, хлопнула Сяо Тана по плечу, издав густой, полный обаяния смех, и, беззаботно бросив на него проверку счетов, ушла в свою комнату досыпать.
Сяо Тан: В счетах не хватает полмедяка. Пожалуй, стащу деньги у босса, чтобы покрыть недостачу…