Коридор, ведущий к задней двери школы, казался бесконечным. Стёкла в дверях и окнах классов по обе стороны были выбиты.
То и дело оттуда выскакивали искажённые силуэты, которые Чэнь Фэн и несколько усиленных юношей отбивали или отвлекали ценой невероятных усилий.
Но скорость Гнилостных гончих была слишком высока. Они, словно въевшаяся в кость зараза, неотступно висели у отряда на хвосте. Зловонная слюна капала на пол, оставляя шипящие, разъедающие покрытие ямки.
Ещё один парень был сбит с ног, его крик быстро потонул в звуках раздираемой плоти.
Люди в отряде непрерывно гибли. Отчаяние, словно холодная змея, сжимало сердце каждого.
— Не выходит! Не оторваться!
— запыхавшись, выкрикнул Чжао Цян, специализировавшийся на ускорении. На его ноге уже алела рана, оставленная когтями гончей.
Кожа была разорвана, из неё шёл лёгкий чёрный дым — очевидно, он был отравлен, скорость заметно упала.
Чэнь Фэн с размаху разбил кулаком бросившуюся на него гончую. Та с жалобным воем покатилась по полу, но тут же набежали новые твари.
Лицо у него почернело, пот смешался с кровью, стекая со лба.
Сила у него была, но двух кулаков против множества врагов не хватит, тем более когда нужно ещё беречь почти неспособных к ближнему бою Су Е и Сунь Вэй.
— Скоро задняя дверь! Вон за тем поворотом!
— указала вперёд Сунь Вэй, в голосе её слышались слёзы.
Но когда надежда уже рядом — это самое глубокое отчаяние.
За поворотом короткий, метров в десять, коридор, ведущий к задней двери на первый этаж, оказался наглухо завален грудой обвалившихся потолочных плит и погнутых металлических конструкций!
Единственный выход был полностью заблокирован!
А сзади уже настигали три Гнилостные гончие, свесив алые языки, мутные бельма уставились на загнанных в угол жертв.
Впереди — тупик, сзади — погоня!
— Всё кончено…
— кто-то обмяк и рухнул на пол, бессвязно бормоча.
Чэнь Фэн заслонил собой Су Е, прижавшись спиной к холодной стене. Он тяжело дышал, в глазах застыли горечь и отчаяние.
Он взглянул на стоявшую за его спиной Су Е, чья несравненная красота была пугающе прекрасна, но лицо побледнело.
Потом посмотрел на тупик и, стиснув зубы с такой силой, будто принял какое-то решение, приготовился к последней отчаянной схватке, как загнанный зверь.
Но в это решающее мгновение…
Вдруг пошевелился всё это время молчавший, почти незаметный долговязый и худой юноша по имени Чжан Хао.
В отличие от других, он не поддался панике, а, наоборот, на удивление спокойно шагнул вперёд.
Его тело, казалось, растворилось в полумраке коридора, став размытым.
【Сверхспособность — Теневой Прыжок (ранг B) активирован!】 — Информационное зрение Су Е уловило поток энергии.
В следующую секунду фигура Чжан Хао, словно призрак, исчезла с прежнего места и мгновенно возникла в тени позади трёх Гнилостных гончих!
Он двигался так быстро, что осталась лишь расплывчатая тень. В руке у него неизвестно откуда появилась отточенная металлическая ножка стола, покрытая запёкшейся кровью.
С точностью змеиного укуса он вонзил её в сравнительно уязвимые бока трёх гончих!
Плюх! Плюх! Плюх!
Три глухих удара раздались почти одновременно!
— А-а-ав-у-у-у!…
— Гнилостные гончие испустили душераздирающий вой, их тела резко выгнулись.
Судорожно дёрнувшись, они рухнули на пол; из ран повалил чёрный дым и смрад. Жизнь быстро покинула тварей.
Всё произошло в мгновение ока!
Все остолбенели, с выпученными глазами глядя на долговязого юношу, который вдруг проявил такую чудовищную силу.
Он медленно выпрямился из тени, небрежно стряхнув с ножки стола чёрную кровь.
На лице не было никаких эмоций, только ледяное спокойствие.
Поправив пальцем простую чёрную очёчную оправу на переносице, взглянул из-под стёкол — глубоко, до жути.
【Колебания энергии снижаются. Состояние пониженное (лёгкое)】 — передало Информационное зрение.
— Сверхспособность ранга B… Теневой Прыжок…
— тихо произнесла Су Е, назвав его способность; сердце её бешено колотилось.
Этот тёмный конь, и правда, прятался глубоко!
Выражение лица Чэнь Фэна было чрезвычайно красноречивым: от отчаяния к изумлению, а затем к едва скрываемой неловкости и уязвлённому самолюбию.
До этого он мнил себя сильнейшим в отряде и Защитником, а настоящий мастер всё это время был рядом.
И к тому же тот самый «книжный червь», на которого он больше всего не обращал внимания, считая, что тот только и умеет, что зубрить.
Взгляд Чжан Хао скользнул по уцелевшим и остановился на лице Чэнь Фэна.
Голос звучал ровно, без эмоций, но с непререкаемой силой:
— С этого момента командование отрядом переходит ко мне. Есть возражения?
Лицо Чэнь Фэна то краснело, то бледнело. Кулаки сжимались и разжимались.
Он взглянул на завал позади, потом на трёх монстров ранга D, мгновенно убитых у его ног, и, наконец, с трудом, почти скрежеща зубами, кивнул:
— …Возражений нет. Ты сильнее, слушаюсь тебя.
Хотя он был честолюбив, глупым он не был и понимал, кто сейчас может помочь всем выжить.
Впрочем, горечь и досаду в его голосе слышал каждый.
Но, к удивлению Су Е, после того как Чэнь Фэн кивнул, он… словно выдохнул с облегчением?
И даже в глазах мелькнуло что-то вроде простого восхищения в духе «Ничего себе, чувак, ты так глубоко это прятал, это же круто»?
Су Е внезапно вспомнила: в её памяти этот Чжан Хао действительно был известным школьным гением, но характер имел замкнутый, и, поговаривали, со странными причудами.
Например, любил изучать разную малоизвестную ерунду и даже городские легенды.
У человека, который дни напролёт грыз гранит науки и предавался буйным фантазиям, обретшего в день Апокалипсиса мощную Сверхспособность, образ мыслей, похоже, не поддаётся обычной логике.
Однако следующий поступок Чжан Хао заставил Су Е похолодеть.
Решив вопрос с командованием, Чжан Хао медленно перевёл взгляд и остановил его на Су Е, которую всё ещё загораживал Чэнь Фэн.
На его обычно бесстрастном лице впервые появилось выражение предельной сосредоточенности, почти фанатичного исследовательского пыла.
Он оглядел Су Е с ног до головы, словно любуясь редчайшим сокровищем или, точнее… чрезвычайно интересным особым экземпляром.
Поправил очки; стёкла отсвечивали тусклым коридорным светом, не позволяя разглядеть чувств в его глазах. Но слова его достигли ушей каждого отчётливо и ясно:
— Поддержка ранга B, Информационное зрение, Несравненная красота…
— он словно перечислял отличные качества подопытного; голос был спокоен, но в нём звучала леденящая душу уверенность:
— Только мы с тобой подходим друг другу.
Он слегка наклонил голову, и взгляд его, казалось, пронзил напускную слабость Су Е, добравшись до самого испуга в глубине её Души.
— Так что ты отныне моя.
Эти слова не были предложением или просьбой. Это была констатация факта, который казался ему уже свершившимся.
Словно объявление математической теоремы: холодно, абсолютно, не подлежит обсуждению.
Счётчик Перезарядки бешено отсчитывал время в голове Су Е: 【00:01:30】.
Последние девяносто секунд, но из-за этого странного гения-тёмной лошадки они стали невыносимо долгими и опасными.