Линь Бай был взволнован до глубины души, но, увидев свой деревянный домик, тут же остыл.
О чём это я мечтаю? Лучше поем мяса.
Цю Чжи заметила, как Линь Бай то сдерживает смех, то возбуждён, а под конец даже опечалился, и не удержалась от вопроса:
— Что с тобой?
Увидев, как девушка склонила голову набок и смотрит на него своими миндалевидными глазами с искренней заботой, Линь Бай спохватился: он ведь теперь не один живёт.
— Да нет, ничего. Просто я заметил, что они тоже научились укрощению драконов.
Цю Чжи подумала, что Линь Бай боится, как бы его не догнали, и подбодрила его:
— Не волнуйся. Ты — самый умелый человек из всех, кого я знаю. Никто с тобой не сравнится.
Почувствовав такое безоговорочное доверие, Линь Бай словно оцепенел. А потом принялся с хрустом грызть жареное мясо, будто этот кусок был врагом на поле боя.
Цю Чжи склонила голову, не понимая, почему Линь Бай молчит. Она с детства росла в обеспеченной семье, была хороша собой, поэтому мало кто из парней решался с ней заговорить, и она не очень разбиралась в том, как общаться с противоположным полом.
Видя, что Линь Бай не отвечает, ей оставалось лишь молча отвернуться и приняться жевать, зажав в одной руке ягоды, а в другой — жареное мясо.
Откуда же ей было знать, что в этот момент Линь Бай переживает муки совести?
В его душе столкнулись два человечка: один с нимбом, другой с боевой секирой.
— Линь Бай, ты просто подлец! Тебе доверяют безоглядно, а ты повсюду ставишь преграды, даже забыл дать ей ихтиозавра. Ты рано или поздно её погубишь! — возмутился ангельский человечек.
— Хм, откуда тебе знать тёмную сторону человеческой натуры? Я поддерживаю тебя, Линь Бай! Сколько людей предавали друг друга на грани жизни и смерти? Кто может поручиться, что человеческое сердце не переменится? Разумный человек никогда не отдаст свою жизнь в чужие руки! — вставил демон, пнув ангела ногой и принявшись его избивать.
В итоге демон одержал верх, а ангел превратился в сизый дым.
— Остерегаясь других, ты только тянешь время. Когда она узнает правду, вы растратите драгоценное доверие. Рано или поздно ты пожалеешь! — исчезая, ангел не удержался от последней угрозы.
— Пожалею? — Линь Бай украдкой взглянул на девушку и вздохнул.
Он признавал: он струсил. Даже если был лишь один шанс из тысячи, он не смел рисковать. Даже если потом пожалеет, он мог поступить только так.
— Посмотрим ещё. В конце концов, даже если я не вступлю в племя, ничего страшного... — утешал он себя, и на душе стало немного легче.
Наступила ночь. Линь Бай разложил два спальных мешка — чтобы Цю Чжи не вздумала стелить сама и не получила сообщение «Слишком близко к постройке другого выжившего».
Линь Баю стало ещё более совестно: он и впрямь повсюду ставил преграды, доведя себя чуть ли не до паранойи.
— Спасибо, — без тени подозрения поблагодарила Цю Чжи, даже посчитав, что Линь Бай проявил заботу.
Юноша замер на мгновение, а затем молнией нырнул в спальник.
Цю Чжи удивилась: она что-то не так сказала? Ей показалось, что весь вечер он не особо хотел разговаривать.
Вскоре ночная тьма стала совсем непроглядной — руку протяни, пальцев не видать. Лишь снаружи через окно пробивался слабый свет от факела.
Сейчас было почти девять часов. Обычно Линь Бай уже спал, но в этот раз сон не шёл, и он беспокойно ворочался.
В темноте слышалось лёгкое дыхание Цю Чжи.
Линь Бай невольно вспомнил, как на плоту девушка выбралась из воды, как мокрая холщовая одежда облепила её стройное тело, обрисовывая красивый изгиб...
Твою ж мать, о чём он думает? Линь Бай со всей силы влепил себе пощёчину — наверное, перегрелся?
Звук пощёчины в тихом домике прозвучал особенно громко. Цю Чжи приподнялась на локте, полусидя:
— Ай, что случилось?
— Ничего, комар.
Разве в этом мире бывают комары? Цю Чжи опешила.
— Э-э, я пойду спать наверху. Заодно присмотрю за стегозавром, — Линь Бай поднялся и медленно полез по лестнице.
Только когда Линь Бай открыл люк и собрался забираться на второй этаж, Цю Чжи спохватилась.
Наступила ночь, мужчина и женщина остались одни в комнате...
Её лицо мгновенно залилось краской. Видя, что Линь Бай вот-вот скроется наверху, она невольно крикнула:
— Эй!
Скрип лестницы затих — похоже, юноша ждал её следующих слов.
— Ничего... не надо. Может, я лучше поднимусь, — Цю Чжи и сама не знала, как это вырвалось. Сказав, она тут же забилась обратно в спальник.
У Линь Бая перехватило дыхание, но после её слов он, наоборот, успокоился. Чем ближе конец света, тем важнее не терять человечности!
Он молча забрался обратно в свой спальный мешок. Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем он тихо произнёс:
— Спокойной ночи.
Вскоре девушка услышала ровное дыхание — казалось, Линь Бай действительно уснул.
Её сердце колотилось. Только проговорив это, она осознала, какой двусмысленностью прозвучали её слова. К счастью, худшего не случилось...
В тот миг она и сама не знала, как поступить: убежать? Сопротивляться? Сказать прямо, что она вовсе не то имела в виду? Или... уступить?
Она испугалась собственных мыслей. Как она могла такое подумать? Неужели она ничем не лучше тех девушек из мирового чата, которые продают себя?
Ей стало тревожно, она беспокойно свернулась клубочком — так она всегда делала в минуты страха.
Теперь уже Цю Чжи не могла уснуть. Она просто лежала и смотрела в пустоту.
Но усталость взяла своё, и спустя некоторое время она тоже заснула.
......
Едва минуло шесть часов, как Линь Бай уже встал.
Увидев, что девушка всё ещё спит, он не стал её будить и на цыпочках вышел наружу.
Тираннозавра он ещё не кормил чёрными ягодами. Хотя до пробуждения зверя от оглушения оставалось несколько часов, Линь Бай не смел расслабляться и поднялся спозаранку.
Всё так же оглядевшись по сторонам, чтобы не нарваться на засаду, он достал чёрные ягоды из сумки на стегозавре.
Хранить еду на динозавре было не только дольше, но и удобнее.
Достав чёрные ягоды, он принялся понемногу скармливать их тираннозавру. Через час кормление закончилось.
Увидев панель «оглушение (/ )», Линь Бай успокоился.
Теперь до самого вечера зверь не проснётся.
А дальше — путь в северные земли, чтобы добыть тамошнее божественное создание с этой Карты — Ветряную ящерицу.
Божественное создание не было чем-то по-настоящему божественным, это был обычный зверь. Их было много, и боевая мощь у них была слабая, но в первые дни после запуска их выловили до полного исчезновения.
В любое время, в любую эпоху, если ты хочешь разводить драконов, без неё не обойтись.
Ветряная ящерица по функциям почти полностью совпадала с Утконосой летягой с корабля «Крылья Звёздной Пыли» — отличалась только внешность и место добычи.
Она могла прыгать на тридцать метров в высоту и даже летать. Точнее, планировать, но это всё равно было быстрее, чем летают 99% всех существ, а оставшийся 1% — это Манагальм. Дальность планирования была чудовищной, а при касании воды она взлетала прямо с места.
Кроме неспособности зависать в воздухе и слабой боевой мощи, её функциональность была максимальной — не говоря уже о кормлении детёнышей и сборе ресурсов.
Если бы Линь Бай мог воскресать бесконечно, его первым делом по прибытии на «Крылья Звёздной Пыли» было бы перерезать себе горло, чтобы попасть туда, где водятся Утконосые летяги, и развиваться, стремясь поскорее заполучить одну из них.
Но у него всего одна жизнь, и ему приходится быть предельно осторожным.