— До… докладываю, хозяин! Я… я всего лишь протёр швы между плитками! Это… это ваша тут «пыль»… слишком сильная!!!
Жалкий вопль Су Мяомяо со слезами в голосе казался таким ничтожным и смешным в коридоре, где бушевала демоническая энергия. Она сидела, распластавшись у холодной каменной колонны, и воочию видела, как над ней, менее чем в трёх чи от макушки, бешено бьётся чёрная демоническая когтистая лапа, сотканная из чистой жестокости и боли! По лапе струились тёмно-красные узоры, словно раскалённая лава, источая чудовищный жар, что опалял душу!
А хозяин этой лапы — Е Сюань — выглядел ещё ужаснее.
Один его зрачок уже полностью превратился в бурлящую бездну, жаждущую уничтожения, другой же, фиолетовый, с трудом сохранявший ясность, был прикован к Мяомяо. В нём бушевали смятение, боль, звериная жажда убийства и… та самая неотвязная, почти паническая жадность и изумление утопающего, вцепившегося в соломинку!
Он отчётливо чувствовал!
Когда этот муравей-инструмент запустил свою примитивную технику, образовавшийся вокруг него незримый водоворот, словно точнейший фильтр, вырвал и поглотил часть той неотвязной, раздирающей душу ярости внутреннего демона, что сидела в нём самом! Пусть это была лишь ничтожная крупица, но в той адской муке, в том невыносимом пекле эта крохотная, мимолётная передышка, будто глоток ледяного родника в летний зной, была такой реальной! Такой… вызывающей привыкание!
— Пы… ли? — из горла Е Сюаня вырвались разбитые, хриплые звуки, словно он пережёвывал это нелепое слово. В его чёрном демоническом зрачке желание уничтожать разгорелось ещё ярче, а в фиолетовом, из-за соблазна этого «облегчения», появилась слабина!
И тут!
Р-р-р-а-а-а!!!
Внутренний демон в теле Е Сюаня, почувствовав угрозу, испустил ещё более бешеный рёв! Та самая когтистая лапа, что была насильно зафиксирована, вдруг выплеснула кошмарную ярость, тёмно-красные узоры вспыхнули ослепительным светом, она с силой вырвалась из оков и, набрав ещё большую скорость и мощь, яростно обрушилась вниз, на Мяомяо!
— А-а-а! — тень смерти накрыла её полностью! Су Мяомяо в отчаянии зажмурилась!
Однако ожидаемого сокрушения не произошло!
Чёрная как смоль фигура призраком возникла перед ней!
Это был Е Сюань!
Он собственным телом заслонил Мяомяо от обрушившейся лапы!
— Плюх-х-х!
Лапа с размаху влепилась Е Сюаню в спину! Раздался глухой звук, будто ударили по гнилой коже! Чудовищная сила заставила могучее тело Е Сюаня резко согнуться вперёд! Он глухо охнул, и из уголка его г instantно потекла тёмно-фиолетовая кровь! Чёрный парчовый халат разорвало, открыв ужасную рану, в которой мигом смешались кровавое месиво и даже виднелись белые позвонки! Вокруг раны, точно густая смоль, бесновались демоническая энергия и тёмно-красная ярость внутреннего демона!
Но он остановил её!
Он заслонил Мяомяо от этого смертельного удара!
— Гос… господин Владыка Демонов?! — Су Мяомяо остолбенела, в голове пустота! Хозяин… прикрыл её собой?! Это не по сценарию! Он же хотел её убить?!
Е Сюань резко обернулся! На его красивом лице, искажённом болью и внутренним демоном, осталась лишь граничащая с безумием, отчаянная решимость пойти на всё! Чёрный демонический зрачок почти пожирал Мяомяо, а в фиолетовом горел болезненный, горячечный жар, будто он вцепился в спасительную соломинку!
— Ин… стру… мент, — прохрипел он разбитым голосом, но с приказом, не терпящим возражений, — подойди! Запускай… свою… технику! Впитывай!
Не успели слова стихнуть, как его ещё способная двигаться рука, покрытая искажёнными демоническими узорами, словно железные клещи, вцепилась Мяомяо в тонкое запястье! Сила была такой, что едва не раздробила кости! Поток ярости внутреннего демона — ещё более буйный, хаотичный, полный запредельной боли и жажды уничтожения, — хлынул, словно вода из прорванной плотины, через соприкоснувшиеся запястья, грубо врываясь в тело Мяомяо!
— А-а-а-а-а!!!
Су Мяомяо почувствовала, будто её душу бросили в мясорубку! Боль, в сотню раз сильнее прежней, мгновенно охватила всё тело! Меридианы будто проткнули миллиардами раскалённых стальных игл! Сознание разбивали вдребезги бесчисленные фрагменты негатива, полные убийства, ненависти, отчаяния! Тепло «Лунного нектара» мигом подавилось! «Обезболивающая пилюля» и вовсе перестала действовать!
Она чувствовала, что в следующую секунду её сметёт, поглотит этот чудовищный поток, превратит в безмозглую тварь!
— Дыши! Впитывай! — рёв Е Сюаня громом ударил в её смятенном сознании! В нём звучала не терпящая сопротивления воля хозяина, отдающего приказ инструменту!
Инстинкт выживания перевесил всё! Су Мяомяо, корчась в боли, раздирающей душу, собрала последние силы и бешено запустила «Базовый метод дыхания»! В глубине её даньтяня образовавшаяся из «Проклятой бездны нищеты» «Возвращение в пустоту» завертелось с невиданной скоростью! Словно бездонная чёрная дыра, оно жадно пожирало, разрывало врывающийся буйный поток!
Ш-ш-ш-ш!
Ворвавшийся поток ярости был принудительно разделён! Большая часть продолжала буйствовать в теле Мяомяо, причиняя сокрушительную боль, но часть действительно поглощалась «Возвращением в пустоту», растворялась, уничтожалась! Одновременно из глубин этой «Пустоты» начала выделяться обратно слабая энергия, несущая прохладу и покой, словно родник в пустыне, с трудом орошая её разрывающиеся меридианы и душу!
Что ещё чудеснее!
Эта спокойная энергия, текущая обратно, тоненьким ручейком потекла по соединённым запястьям вверх, медленно просачиваясь в рану на спине Е Сюаня, в которую впивалась ярость внутреннего демона!
— Ах… — тело Е Сюаня резко вздрогнуло! Из горла вырвался предельно сдавленный, но явно полный облегчения вздох!
Он отчётливо чувствовал!
Та ярость внутреннего демона, что, словно въевшийся червь, бешено грызла его плоть и душу, при соприкосновении с этой слабой спокойной энергией, будто раскалённое масло встретилось со снегом, немного отступила, нейтрализовалась! Раздирающая, сводящая с ума боль в ране… неужели… хоть на каплю уменьшилась?! Пусть лишь на каплю, но в бескрайнем аду страданий эта капля была подобна райской музы!
Сработало! Действительно сработало!
Этот инструмент… нет! Этот муравей! Действительно может облегчить его боль!
В фиолетовом зрачке Е Сюаня, с трудом сохранявшем ясность, вспыхнул пугающий блеск! Это был почти маниакальный огонёк человека, увидевшего единственный путь к спасению! Он сжал запястье Мяомяо ещё сильнее, будто хотел вплавить её в свою плоть и кровь!
— Продолжай! Не смей останавливаться! — прорычал он, приказывая, жадно высасывая это слабое, но настоящее «обезболивающее»!
Су Мяомяо же чувствовала, что умирает! Тело словно переехали сотни грузовиков, душу разрывали негативные эмоции! Та энергия, что возвращалась обратно, и близко не поспевала за разрушениями! Она ощущала себя дырявым мешком, который насильно воткнули в шланг высокого давления, — вот-вот лопнет!
— Хо… хозяин… по… помедленнее… я… взорвусь… — еле слышно прошептала она, в глазах темнело.
Е Сюань и ухом не повёл! Он упивался этим мимолётным «комфортом» от облегчения боли, жадно забирал себе и даже пытался направить в Мяомяо ещё больше ярости внутреннего демона!
И в тот самый миг, когда сознание Су Мяомяо вот-вот должно было окончательно погаснуть, а по телу уже начали расползаться, выходя из-под контроля, сине-чёрные демонические узоры, и она готова была превратиться в одержимую демоном тварь…
— Хм! Ну и заварушка!
Чистый, с нотками насмешки и серьёзности голос, словно горный ручей, неожиданно ворвался в это буйное пространство!
Гу Цинсянь!
Он неизвестно когда появился у входа в коридор, всё в том же зелёном одеянии, ни пылинки, совершенно чужеродный среди клубящейся демонической энергии. В руке он держал небольшую яшмовую бутылочку, из горлышка которой струился голубоватый свет. Он посмотрел на жуткую сцену: «хозяин схватил работницу за запястье и насильно вливает ядовитый газ» — и нахмурился.
— Е Сюань! Ты хочешь угробить своё единственное «специфическое лекарство»? При следующем приступе внутреннего демона сам себя разорвёшь на куски! — голос Гу Цинсяня был негромок, но чётко пробивался сквозь рёв демонической энергии, обладая странной проникающей силой.
Е Сюань резко замер! В его фиолетовом зрачке мелькнула краткая вспышка ясности и… колебания? Он посмотрел на зажатую в руке Мяомяо — лицо девушки было белее бумаги, дыхание слабое, как у догорающей свечи, под кожей сине-чёрные демонические узоры расползлись паутиной — видно, она уже на пределе.
— Специфическое лекарство? — хрипло переспросил Е Сюань, впиваясь фиолетовым зрачком в Гу Цинсяня.
— А то, — Гу Цинсянь покачал в руке яшмовую бутылочку, неторопливо подошёл, игнорируя всё ещё бушующие (хотя, казалось, ослабевшие из-за того, что внимание Е Сюаня отвлеклось) щупальца демонической энергии, — ты думаешь, почему она может впитывать твою внутреннюю ярость и оставаться живой? Её телосложение «Проклятая бездна нищеты» — просто созданный под тебя «богатенького» (внутреннего демона) антидот! Грязь грязью вышибают, минус на минус даёт плюс!
Он подошёл вплотную, взглянул на ужасную рану на спине Е Сюаня и всё ещё бьющуюся в конвульсиях когтистую лапу, потом на почти высушенную Мяомяо и вздохнул:
— Однако лекарство-то хорошее, но пить его ведрами нельзя, господин Владыка Демонов! При такой дозе и слон не выдержит! Будешь высасывать дальше — она превратится в бездумную демоническую марионетку, которая только убивать умеет. И тогда, глядишь, не боль снимать, а первой же тебя разорвёт!
В фиолетовом зрачке Е Сюаня борьба усилилась, хватка на запястье Мяомяо слегка ослабла.
Гу Цинсянь, улучив момент, направил горлышко яшмовой бутылочки на жуткую рану на спине Е Сюаня.
— Открой рот! — одновременно рявкнул он на распластанную, почти без сознания Мяомяо.
Мяомяо инстинктивно чуть приоткрыла рот.
Гу Цинсянь щёлкнул пальцем!
Одна капля ледянисто-голубой жидкости точнёхонько влетела Мяомяо в рот! И одновременно голубоватый свет из бутылочки вспыхнул с новой силой, а чрезвычайно чистая, несущая мощное успокоение и запечатывающую силу лекарственная энергия, словно иней, окутала рану на спине Е Сюаня и бьющуюся когтистую лапу!
— М-м! — ледянисто-голубая жидкость, попав в горло, мигом превратилась в поток прохлады, разлившийся по всему телу! Су Мяомяо почувствовала, что боль и вторжение демонической энергии, почти разрывавшие её, мгновенно подавились больше чем наполовину! И сознание немного прояснилось! Это было спасительное лекарство Гу Цинсяня!
— Р-р! — из Е Сюаня вырвался сдавленный рёв, смесь боли и облегчения! Та заморозка, соединившись с умиротворяющей энергией, идущей из тела Мяомяо, ударила с двух сторон и разом подавила большую часть буйствующей в ране ярости внутреннего демона! Огромная когтистая лапа будто заледенела, застыла в воздухе, её сопротивление резко ослабло!
Гу Цинсянь только тут перевёл дух, взглянул на Е Сюаня, в глазах которого прояснилось ещё больше, и снова нацепил на лицо лисью улыбку:
— Ну как? Господин Владыка Демонов? Довольны качеством неотложной помощи?
— Гонорар… по старой схеме.
Он вытянул три пальца и покачал ими перед только что переведшей дух, всё ещё не пришедшей в себя Мяомяо.
— Ей три, мне семь.
[Зрители: все]!!!!!!!!!!
[Сосед из-за стенки: Ни фига себе! Врач Гу — красавчик! Свалился с неба и тут же делит добычу!]
[Староста по зельеварению: Эта ледянисто-голубая жидкость — «Мозг ледяного успокоения души»! Одна капля стоит целое состояние! Гу-лис раскошелился! Сделка не в убыток!]
[Ветеран Ордена FFF: Три и семь? Владыка Демонов стал у медиков на довольствии? У ведущей это «специфическое лекарство» ещё и дистрибьюторы есть?!]
Е Сюань медленно разжал пальцы, отпуская руку Мяомяо. Фиолетовым зрачком он внимательно посмотрел на распластанную на полу, вымокшую, как из воды, слабую Мяомяо, потом холодно скользнул взглядом по трём пальцам Гу Цинсяня.
Он молчал, не говоря ни да, ни нет. Просто поднял руку, стёр с губ тёмно-фиолетовую кровь — в этом жесте чувствовалась усталость после пережитой смертельной опасности и… холодная оценка заново присматривающегося к добыче хищника.
Су Мяомяо тяжело дышала, ощущая, как в теле борются остатки дикой боли и прохладная лекарская сила. А потом глянула на «радушную» улыбку Гу Цинсяня и непроницаемый взгляд Е Сюаня…
Она молча уткнулась лицом в холодный пол, чувствуя, что из уборщицы официально переквалифицировалась в… «человеческое специфическое лекарство» с посредником, берущим свой процент.
Эта карьерная лестница в дворце демонов становилась всё более «уголовно наказуемой»!