Лишь спустя мгновение Линь Юэ пришёл в себя. Лихорадочно перебирая в памяти материал, усвоенный на тренинге для управляющих в Шанхае, он взял себя в руки, с улыбкой посмотрел на клиента и произвел:
— Уважаемый, как ваша фамилия, как к вам обращаться? Не могли бы вы показать мне этот телефон и чек?
Тот гость презрительно усмехнулся:
— Хватит нести мне тут всякую чушь! За подделку возмещаю в десятикратном размере — я этот телефон за тысячу двести юаней купил, так что платите компенсацию!
С этими словами он швырнул телефон и чек на стол, возбужденно оглянулся на собравшихся зевак и повысил голос:
— Все посмотрите! Раз уж я попался на удочку и меня обманули, вы что, всё еще посмеете покупать у них телефоны?
Линь Юэ, суетливо пытаясь сгладить ситуацию, обратился ко всем:
— Мы еще во всем разбираемся, всё совсем не так, как он говорит!
Но голос его по неизвестной причине застрял в горле и был мгновенно заглушен недовольным гулом, который поднял этот клиент вместе со своими подпевалами. При этом Линь Юэ вдвоем с Ли Юнцзяном наспех осматривал телефон.
Ли Юнцзян раньше учился ремонту телефонов. Открыв заднюю крышку и заметив, что штрихкод не совпадает с гарантийным талоном, он сразу понял, что этот посетитель принес подмененный аппарат, чтобы вымотать им душу и содрать деньги. Однако, столкнувшись с подобным впервые, он еще не чувствовал уверенности, поэтому дважды всё перепроверил и лишь после этого с уверенностью сообщил Линь Юэ результат осмотра.
Линь Юэ тоже взял штрихкод, сверил его и окончательно убедился, что это банальное мошенничество.
А клиент тем временем продолжал горланить на весь зал, требуя от них выплаты десятикратной компенсации.
Голоса Линь Юэ и Ли Юнцзяна снова потонули в шуме.
В этот момент Линь Юэ с тревожным выражением лица заглянул вглубь подсобки: ему хотелось узнать, почему Лу Цзюньчэнь до сих пор не выходит. Но стоило ему повернуть голову, как он прямо перед дверью подсобки увидел Лу Цзюньчэня. Очевидно, тот наблюдал за происходящим уже давно, но вмешиваться не спешил.
Встретившись взглядом с Линь Юэ, Лу Цзюньчэнь с улыбкой направился к ним. На глазах у изумленной публики он достал пачку денег и слегка потряс ею. Вокруг тут же воцарилась тишина, все взгляды приковались к Лу Цзюньчэню. Им еще никогда не доводилось видеть сцену выплаты десятикратной компенсации вживую, и все горели желанием стать свидетелями этого зрелища.
Устроивший скандал клиент и вовсе смотрел на деньги масляными глазами, готовый схватить их в ту же секунду. Но когда его пальцы почти коснулись купюр, рука Лу Цзюньчэня резко отдернулась назад. С полуулыбкой глядя на дебошира, он произнес:
— Уважаемый, а вы хорошенько подумали, стоит ли брать эти деньги?
Клиент с самодовольным и наглым видом заявил:
— Раз это мои деньги, почему бы мне их не взять?
Лу Цзюньчэнь же выдал совершенно неожиданную фразу:
— Чтобы потом поделить их с Чжао Юном?
Услышав это, посетитель остолбенел: он явно не ожидал, что Лу Цзюньчэнь скажет такое.
Лу Цзюньчэнь продолжил:
— Если ты возьмешь эти деньги, суть дела сразу изменится!
Клиент озадаченно спросил:
— Какая еще суть?
Лу Цзюньчэнь усмехнулся:
— Вокруг столько людей смотрит: если у тебя просто нет денег — это хулиганство, а вот если возьмешь деньги — это уже вымогательство!
Посетитель возразил:
— Десятикратная компенсация за подделку — дело законное, что я тут вымогаю?
Лицо Лу Цзюньчэня мгновенно помрачнело. Выглядя предельно серьезно, он многозначительно посмотрел на клиента:
— Без определенных навыков я бы не стал открывать здесь магазин. Хочешь гнить в тюрьме до конца своих дней — бери деньги, а нет — иди за мной!
Сказав это, Лу Цзюньчэнь, не оглядываясь, направился в сторону подсобного кабинета.
Этот шаг застал всех врасплох.
Линь Юэ и Ли Юнцзян никак не ожидали, что Лу Цзюньчэнь поступит подобным образом, а тем более — что его тон окажется настолько жестким.
Однако еще больше Линь Юэ и Ли Юнцзяна ошеломило то, что зачинщик скандала поколебался всего пару секунд, а затем послушно последовал за Лу Цзюньчэнем в подсобку.
Толпа зевак разразилась недоумевающим шёпотом, а у нескольких человек лица заметно изменились, и они тут же развернулись и бросились к выходу.
Почувствовав неладное, Линь Юэ бросил Ли Юнцзяну взгляд, и тот немедленно последовал за уходящими.
Линь Юэ тем временем сориентировался по ситуации: он объяснил остальным суть дела, продемонстрировал лицензию официального дилера мобильного салона Сюньда, а также показал штрихкоды на обратной стороне аппаратов. Он пояснил, что каждый телефон имеет уникальный штрихкод и что код так называемого восстановленного телефона, о котором говорил прошлый клиент, абсолютно не совпадает с указанным в трех гарантиях.
Кто-то из покупателей слушал внимательно, кому-то стало скучно без продолжения цирка, и больше половины людей разошлись. Оставшиеся тоже постепенно покинули магазин. И вот в помещении, где только что толпились зеваки, не осталось ни единого человека, готового купить телефон — очевидно, этот скандал всё же подкосил торговлю.
Стоило людям разойтись, как Ли Юнцзян толкнул дверь и вошел внутрь. Лицо его было явно встревоженным, и он сразу сказал Линь Юэ:
— Все те люди отправились в противоложный телефонный магазин Чжао Юна.
— Вот оно что! — вздохнул Линь Юэ, и они с Ли Юнцзяном одновременно посмотрели в сторону подсобки.
В этот самый момент дверь с громким стуком распахнулась, и тот самый скандалист, низко кланяясь в знак благодарности и почтительно пяти задом, вышел из подсобки:
— Директор Лу, спасибо вам огромное! Я запомню вашу доброту и прямо сейчас скажу Юн-цзы, чтобы он лично пришел перед вами извиниться.
Пятись задом прямо до самого выхода из магазина, этот клиент виновато улыбался и кивал Линь Юэ и Юнцзяну, и лишь оказавшись на улице, наконец развернулся и ушел.
Линь Юэ еще не до конца во всем разобрался, но, переведя взгляд на Лу Цзюньчэня, первым делом поднял вверх большой палец.
Ли Юнцзян, отбросив привычную нерешительность, нетерпеливо выпалил:
— Дядя, что вообще произошло?
Только тогда Лу Цзюньчэнь опустился на стул и с улыбкой поведал им всю подноготную.
Оказывается, с самого открытия магазина он замечал, как конкурирующий с ними через дорогу Чжао Юн то и дело ошивается возле их витрины. А когда Чжао Юн привел с собой того самого клиента, чтобы заранее примелькаться в их салоне, Лу Цзюньчэнь сразу раскусил их планы. Поэтому он неоднократно наставлял Линь Юэ и Ли Юнцзяна строго соблюдать правила при продаже телефонов, выдаче чеков и гарантийных талонов, а сам стал терпеливо ждать, какой именно ход предпримет Чжао Юн.
И когда сегодня этот клиент переступил порог магазина, Лу Цзюньчэнь понял: противник наконец сделал ход.
Услышав обвинения в продаже восстановленных аппаратов, Лу Цзюньчэнь почувствовал, что всё идет точно по плану. Единственное, что требовалось сделать — это запугать противника и заставить его отступить.
Поэтому он «пригласил» обидчика в подсобку, где ткнул носом в соответствующие законы и нормативные акты, заявив, что действует без злого умысла. В противном случае он мог бы просто отдать деньги, а уже после задействовать официальные рычаги, и тогда вымогателю точно пришлось бы отправиться пить чай в кутузку.
Речи Лу Цзюньчэня, в которых полуправда смешивалась с откровенным блефом и демонстрацией кнута и пряника, напрочь лишили того да речи. Добавьте к этому внушительные юридические фолианты, а также интеллигентную, элегантную манеру держаться — сразу было видно человека начитанного и крайне проницательного. Бедолага искренне уверовал, что уже одной ногой сорвался в пропасть, но Лу Цзюньчэнь в последний момент вытащил его за шкирку, за что тот был безмерно благодарен своему спасителю.
Линь Юэ с Ли Юнцзяном тут же прониклись к Лу Цзюньчэню слепым обожанием, а тот вдобавок поделился с ними главным секретом ведения бизнеса: смотреть в оба и держать ухо во встрочку.
Но еще большим сюрпризом для Линь Юэ и Ли Юнцзяна стало то, что тем же вечером Чжао Юн устроил застолье, на которое тепло и почтительно пригласил всех троих во главе с Лу Цзюньчэнем.