Лю Куй мгновенно переменился в лице и, заикаясь, произнес: — Молодой господин Ли, я...
— Ты чего еще «я»? Идем со мной в туалет, надо кое о чем поговорить! — не слушая возражений, Ли Вэньси потащил Лю Куя в сторону уборной.
Чэн Сяоань от страха лишился дар речи.
Любой, у кого есть хоть капля мозгов, понимал, каким издевательствам сейчас подвергнется Лю Куй.
Чжоу Шутин все еще не могла прийти в себя и, увидев эту сцену, робко обратилась к Чэнь Цзянхэ: — Братец Чэнь, спасибо тебе...
Чэнь Цзянхэ бесстрастно ответил: — Не меня благодари. Если хочешь сказать спасибо, благодари Сяолоу.
Столкнувшись с желавшей что-то сказать Чжоу Шутин, Чжан Сяолоу сохранила сложное выражение лица: — Благодарить меня не нужно, надеюсь лишь, что впредь ты больше не будешь толкать меня в пасть к тигру.
Она повернулась к жалкому, дрожащему Чэн Сяоаню: — Я спрашиваю тебя: Ли Вэньси действительно подсыпал в алкоголь всякую дрянь? Если не ответишь, я заставлю своего отца во всем разобраться!
Лицо Чэн Сяоаня было абсолютно белым. Стоило ему услышать, что Чжан Сяолоу упомянула Лао Чжана, как он едва не рухнул на колени от ужаса.
Хотя его отец обладал определенным влиянием, перед Чжан Цяньхэ это было ничто. Захоти Чжан Цяньхэ, он мог бы задействовать связи и в два счета сместить отца Чэн Сяоаня с его нынешней должности.
— Это не я! Это всё молодой господин Ли велел мне сделать, простите, простите...
Чжан Сяолоу глубоко вздохнула.
Эти так называемые друзья сильно ее разочаровали!
Она повернулась к Чэнь Цзянхэ: — Братец Чэнь, пошли отсюда!
Чэнь Цзянхэ хмыкнул и вместе с Чжан Сяолоу покинул бар «Тяньгун». Увидев это, Чжоу Шутин тоже не осмелилась оставаться здесь, смертельно боясь, что гнев Ли Вэньси обрушится на нее, и поспешно последовала за ними, выбежав из бара вслед за двоицей.
В баре «Тяньгун» царил полный хаос.
Многие бросились к входу в туалет снимать короткие видео, а изнутри доносились душераздирающие вопли Лю Куя, от которых буквально волосы вставали дыбом.
Три минуты спустя.
Лю Куй, рыдая и зажимая руками сфинктер, выбежал из туалета.
Он больше не был чист.
Ли Вэньси тоже вышел с перекошенным от гнева лицом. Увидев людей, снимающих происходящее на телефон, он взбеленился еще сильнее и завопил: — Хватит снимать, мать вашу! Я приказываю вам немедленно удалить видео, иначе вы навлечете на себя огромные неприятности!
— Где управляющий бара? Позовите его ко мне!
— С этого момента никому не разрешается входить в бар «Тяньгун» или выходить из него. Удалите все снятые видео подчистую — только тогда сможете уйти.
Глава 24. А может, ты отдашься ему?
Ли Вэньси был близок к безумию.
Особенно учитывая, что пустивший слезу и непрерывно хлюпающий носом Лю Куй рядом лишь сильнее расшатывал его нервы. Он с размаху пнул Лю Куя под зад, сбив того с ног.
— Хватит!
— Перестань реветь перед моим лицом, бесишь!
Лю Куй выглядел крайне обиженным.
До начала называл ее «сладкой девочкой», а после — «матушкой Ню».
Заметив скорбный взгляд Лю Куя, Ли Вэньси аж вздрогнул от ужаса: неужели этого парня переклинило? Он тут же велел Лю Кую убираться к чертовой матери и больше никогда не попадаться ему на глаза.
Управляющий бара примчался незамедлительно.
Узнав о происхождении отца Ли Вэньси, он немедленно приказал перекрыть заведение, а затем заставил персонал проверять телефоны у всех подряд.
Если кто-то отказывался сотрудничать, оставалось лишь пускать в ход имя отца Ли Вэньси для запугивания.
В конце концов практически все послушно удаляли записи.
Ли Вэньси же поспешно связался со своим отцом Ли Дунъяо, попросив того помочь удалить ролики, которые уже успели распространиться по платформам коротких видео. Узнав о случившемся, Ли Дунъяо отборно отругал сына, а затем свирепо взревел: — Рано или поздно ты меня в могилу свежешь!
— Я помогу тебе замять это дело, но разбираться с последствиями будешь сам.
— Не мне же учить тебя, что делать, верно?
Ли Вэньси торопливо заговорил: — Папа, я понимаю.
Повесив трубку.
Лицо Ли Вэньси было настолько мрачным, что с него капала вода. Сегодняшняя ночь стала самым позорным моментом в его жизни, навсегда впечатав имя Чэнь Цзянхэ в глубины его памяти — он не забудет его даже в смерти.
— Чэнь Цзянхэ, ну ты у меня доигрался. Клянусь, я не человек, если не сжигу тебя со свету, — скрежеща зубами, проговорил он.
И эта Чжан Сяолоу!
В окололитературных кругах ходили слухи, что Чжан Цяньхэ при смерти, хотя сам он это упорно отрицал.
Однако Ли Вэньси знал от отца, что те слухи правдивы на девяносто девять процентов, именно поэтому он и торопился расправиться с Чжан Сяолоу.
— Сейчас ты мне отказываешь, но придет день, и ты будешь ползать передо мной на коленях, — сжав кулаки, процедил он.
В то время как гнев Ли Вэньси выплескивался наружу, Чэнь Цзянхэ с двумя девушками уже давно покинул бар «Тяньгун». Заметив, что Чжоу Шутин все еще плетется позади, Чэнь Цзянхэ нахмурился.
Он остановился и обернулся к ней.
Вид у Чжоу Шутин был робкий, от прежней уверенности в себе не осталось и следа.
— Братец Чэнь, забудь, — произнесла Чжан Сяолоу.
— Больше она не посмеет вытворять подобное, иначе мой отец ей спуску не даст.
Чжоу Шутин с благодарностью взглянула на Чжан Сяолоу и поспешно закивала: — Да-да-да, я уже осознала свою ошибку и клянусь, что больше никогда так не поступлю.
Внезапно Чэнь Цзянхэ подумал, что Чжан Сяолоу вовсе не безмозглая глупышка: после сочетания кнута и пряника Чжоу Шутин наверняка больше не посмеет строить мелкие пакости — это как раз те качества, которыми обязана обладать истинная хозяйка положения.
— Как знаешь. Сначала я провожу вас до университета, а если Ли Вэньси потом снова вздумает докучать, сразу дай мне знать, — сказал Чэнь Цзянхэ.
Троица поймала машину и вернулась к воротам Университета Линьчжоу.
Перед расставанием Чэнь Цзянхэ неожиданно окликнул Чжан Сяолоу. Та теперь смотрела на него совершенно иначе: — Братец Чэнь, в чем дело?
— Ты не знаешь девушку по имени Лю Сиюань? — спросил Чэнь Цзянхэ.
Едва задав вопрос, Чэнь Цзянхэ мысленно покачал головой.
Хотя они оба учились в Университете Линьчжоу, тот был слишком велик, и вовсе не обязательно, что они были знакомы.
К его удивлению, Чжан Сяолоу тихонько ахнула: — Братец Чэнь, ты тоже знаешь Лю Сиюань? Она моя однокурсница, правда, характер у нее какой-то замкнутый, она не любит общаться с людьми.
Услышав это, Чэнь Цзянхэ почувствовал острую жалость.
Пока Лю Цзяньбо был жив, у Лю Сиюань оставался старший брат, на которого можно было положиться.
Но после гибели Лю Цзяньбо она пострадала от рук Ван Хая, из-за чего ее сердце постепенно закрылось от мира.
— Сяолоу, не могла бы ты приглядывать за Сиюань? Мы с ее старшим братом были названными братьями, но он пал на поле боя, поэтому я считаю ее своей родной младшей сестрой. Однако она всё же девушка, и я не до конца понимаю устройство ее девичьей души. Эта просьба заставила Чжан Сяолоу почувствовать тяжесть лежащей на ее плечах задачи, но она всё же решительно кивнула.
— Братец Чэнь, об этом можешь не беспокоиться, я хорошенько позабочусь о нашей сокурснице, — улыбнулась Чжан Сяолоу.
Чэнь Цзянхэ кивнул: — Спасибо тебе.
Они расстались.
Глядя вслед уходящему Чэнь Цзянхэ, Чжан Сяолоу внезапно вспомнила фразу: — В сердце живет свирепый тигр, но при этом он нежно внюхивается в аромат роз.
В этот момент Чжоу Шутин с любопытством спросила: — Сяолоу, мне так жаль за то, что произошло сегодня...
Чжан Сяолоу отвела взгляд и равнодушно бросила: — Все уже прошло, не нужно больше об этом вспоминать.
Чжоу Шутин была бесконечно благодарна.
— Сяолоу, а кто вообще этот твой братец Чэнь? Почему мне кажется, что он какой-то странный, будто совсем не боится связей Ли Вэньси? — ее снесло жгучее любопытство.
Обычный человек, услышав о влиянии Ли Вэньси, наверняка бы до смерти перепугался.
Но только не Чэнь Цзянхэ.
В нем сквозили лишь беспредельное равнодушие и невозмутимость.
Вспомнив, как отец то и дело пытался свести ее с Чэнь Цзянхэ, Чжан Сяолоу поняла, что братец Чэнь — человек абсолютно не заурядный, по меньшей мере стоящий на одном уровне с ее отцом.
Она легко фыркнула: — Братец Чэнь — человек великих возможностей, однако советую тебе даже не пытаться зариться на него.
Сердце Чжоу Шутин ёкнуло, и она тихо пролепетала: — Я знаю.
И все же...
Она твердо решила докопаться до истины.
Ради продвижения наверх она была готова на любые усилия.
С другой стороны.
Вернувшись домой, Чэнь Цзянхэ намеревался позвонить Чжан Цяньхэ, чтобы тот был в курсе событий этой ночи. Нажав кнопки, он уже хотел вызывать абонента, но в последний момент передумал и после долгих колебаний все же отбросил эту затею.
Старший Чжан сейчас был не в лучшей форме, лишний раз волновать его не стоило.
А если Ли Вэньси посмеет явиться за реваншем — что ж, тогда пусть не пеняет на безжалостность Чэнь Цзянхэ!
Отбросив эти мысли.
Чэнь Цзянхэ вдруг вспомнил, что Ван Хай так и не вышел на связь, из-за чего невольно нахмурился: — Ван Хай, неужели ты решил порвать со мной окончательно? Ты ведь должен понимать, что я даю тебе шанс.
— Мне правда не хочется поднимать на тебя руку.
Помолчав с минуту, Чэнь Цзянхэ вздохнул и больше не стал забивать этим голову. Завтра впереди целый день, быть может, в самый последний момент Ван Хай одумается?
Ночь пролетела незаметно.
Чэнь Цзянхэ по привычке поднялся спозаранку, сделал утреннюю зарядку, а затем умылся.
Он полагал, что это будет самый обычный день, однако ближе к полудню неожиданно получил звонок от Цзян Чоумянь. С улыбкой Чэнь Цзянхэ произнес: — Директор Цзян, неужели ты соскучилась по мне?
— Не мог бы ты вести себя серьезно? — с досадой и смущением отозвалась она.
Тогда Чэнь Цзянхэ перешел к делу: — Ладно, давай сразу к сути, к чему эти окольные пути.
— Видишь ли, моя компания разрабатывает новый вид лекарства, и кто-то, судя по всему, слил информацию, из-за чего на него зарится множество людей. Поэтому я хотела спросить: не мог бы ты стать моим телохранителем?
— Не сомневайся, я заплачу сполна, либо назови свою цену.
Цзян Чоумянь испытывала трепет.
Причиной, по которой она обратилась к Чэнь Цзянхэ, во-первых, было то, что он действительно отлично владел боевыми искусствами — в чем она убедилась на личном опыте; во-вторых, у него было безупречное прошлое и за плечами служба в армии; а в-третьих, она испытывала к нему определенную симпатию.
Колеблясь, Чэнь Цзянхэ ответил: — Деньги меня не интересуют.
— Если только...
— Директор Цзян не отдастся мне?
Глава 25. Кодовое имя — Нюйва!
Цзян Чоумянь на мгновенье замерла.
Вместо того чтобы сразу отказаться, она произнесла: — Если ты сможешь защищать меня до того дня, как препарат будет разработан, пожалуй, это возможно.
Чэнь Цзянхэ усмехнулся: — Это часом не пустые обещания?
— А как ты думаешь? — парировала она.
Не став дальше дразнить Цзян Чоумянь, Чэнь Цзянхэ с легкой улыбкой сказал: — Давай обсудим всё лично, по телефону такие вещи не решаются. Через полчаса жду тебя в кофейне на первом этаже твоего офисного здания.
— Хорошо!
Спустя полчаса.
Чэнь Цзянхэ прибыл к высотке, где располагалась фармацевтическая компания «Лошуй», и с первого же взгляда заметил Цзян Чоумянь, сидевшую у окна в кофейне.
Улыбнувшись, он вошел внутрь и устроился напротив нее.
Цзян Чоумянь как раз была занята постукиванием по клавишам ноутбука, и внезапное появление Чэнь Цзянхэ до смерти ее напугало. Захлопнув крышку, она проговорила: — Ты чего ходишь беззвучно, чуть инфаркт мне не устроил!
— Сделал тебе сюрприз, — ответил Чэнь Цзянхэ.
Цзян Чоумянь подвинула к нему чек, но Чэнь Цзянхэ лишь бросил на него беглый взгляд и покачал головой: — Директор Цзян, я же четко сказал по телефону: деньги меня абсолютно не интересуют. Единственное, что меня интересует, — это ты сама.
— Прекрати болтать глупости! — мочки ушей Цзян Чоумянь мгновенно покраснели от смущения.
— Если тебе не нужны деньги, тогда озвучь свои условия, я рассмотрю их.
Убрав с лица шутливое выражение, Чэнь Цзянхэ посмотрел на Цзян Чоумянь: — На самом деле, я и сам не знаю, чего хочу. Защищать тебя — почему бы и нет, но я не могу дежурить рядом с тобой круглые сутки, на мне все еще висят служебные задачи.
Цзян Чоумянь слегка погрустнела.
Выходит, он ей отказал?
Заметив тоску в ее глазах, Чэнь Цзянхэ поспешил пояснить: — На первом месте у меня стоят задания, но когда появится время, я с радостью помогу тебе разобраться с неприятностями. Что до денег — брать их я не стану, ведь, как я уже говорил, я намерен нести за тебя ответственность.
Цзян Чоумянь кивнула: это был наилучший из возможных вариантов.
Любопытство взяло верх, и Чэнь Цзянхэ спросил: — Что за лекарство вы разрабатываете в компании, раз оно привлекло столько жадных взглядов?
Цзян Чоумянь явно замялась, не будучи до конца уверена, стоит ли посвящать Чэнь Цзянхэ в детали.
— Если это неудобно, можешь не говорить, — оставил ей путь к отступлению Чэнь Цзянхэ. Сжав зубы, Цзян Чоумянь произнесла: — На самом деле здесь нет особого секрета. Наша компания работает над генно-модифицированным препаратом, способным направленно изменять определенный участок человеческого генома. Если разработку удастся завершить, появится шанс продлить жизнь человека на несколько десятков лет, а также усилить функциональные возможности организма!
— Кодовое имя этого препарата — Нюйва!
— В китайских мифах богиня Нюйва сотворила все человечество, и я надеюсь, что это лекарство позволит эволюционировать всему человечеству!
Цзян Чоумянь увлеченно рассказывала Чэнь Цзянхэ, и ее голос становился все более воодушевленным.
Она даже не заметила, как на мужественном лице Чэнь Цзянхэ отразилось потрясение: из всего этого длинного монолога он уловил лишь два заветных слова — Нюйва!
Придя в себя.
Чэнь Цзянхэ сурово спросил: — Кодовое имя Нюйва... Кто надоумил тебя дать ему такое название?
Цзян Чоумянь показалось, что Чэнь Цзянхэ ведет себя как-то странно, да и тон его стал предельно серьезным. Поколебавшись секунду, она ответила: — А что не так с этим названием? Это кодовое имя я придумала сама. Впрочем, этот проект запустила не я одна, во главе исследований стоял мой дедушка. Раньше на него ежегодно уходило семьдесят процентов прибыли нашего клана, что вызывало немалое недовольство среди родственников.
Именно поэтому после падения дедушки фармацевтическая компания «Лошуй» оказалась неспособна противостоять серьезным рискам.
Денежный поток иссяк.
Цзян Чоумянь также поделилась с Чэнь Цзянхэ важной деталью: оказывается, прежде старейшина называл этот проект просто «X».
— А нет ли у вас проекта с кодовым именем Куафу? — поинтересовался Чэнь Цзянхэ.
Цзян Чоумянь растерялась еще сильнее и покачала головой: — Нет, по крайней мере, пока таких планов не было.
Чэнь Цзянхэ постарался выровнять дыхание и обратился к девушке: — Извини, директор Цзян, мне нужно выйти сделать звонок, а затем я дам тебе ответ.
— Ага, хорошо.
Чэнь Цзянхэ быстрыми шагами вышел из кофейни и набрал старика, чтобы допросить его: — Старик, скажи мне, Нюйва — это какая-то генная разработка?
— Я как раз собирался связаться с тобой по этому поводу, а ты сам звонишь, — раздался в трубке голос Цинь Чжуншаня.
— В смысле? — не понял Чэнь Цзянхэ.
Цинь Чжуншань продолжил: — Разве ты в прошлый раз не спрашивал меня про линьчжоуский клан Цзян? Я велел людям проверить фармацевтическую компанию «Лошуй», и к своему удивлению действительно кое-что накопал: новый препарат, которым занимается девчонка из клана Цзян, носит кодовое имя как раз Нюйва. И не мы одни такие умные — наши старые недруги как внутри страны, так и за рубежом тоже почуяли запах крови и стремятся урвать свой кусок пирога.
Чэнь Цзянхэ внезапно подумал, что Цинь Чжуншань все-таки неисправим.
— Погодите, да какого черта вы такие бестолковые? Отправляете меня искать Нюйву и Куафу, а сами даже понятия не имели, что это такое?
— Тогда откуда вообще пошел слух об этих поисках?
Слова Цинь Чжуншаня звучали туманно, и у Чэнь Цзянхэ едва не закипал мозг. Цинь Чжуншань поспешил объясниться: — Сначала я, как и ты, не понимал, с какой стати верхи вдруг озаботились поисками этих двух кодовых имен. Но позже, разобравшись, я выяснил, что за последние несколько лет власти созывали мастеров цзянху, чтобы те предсказали будущее, и в итоге им явились эти два загадочных кодовых имени. Считается, что тот, кто сумеет отыскать их оба, обретет власть над Поднебесной.
— Бред собачий! На дворе какой век, а они до сих пор верят в эту чушь? — выругался Чэнь Цзянхэ.
Что до прорицателей из цзянху, то они сплошь шарлатаны.
Горько усмехнувшись, Цинь Чжуншань ответил: — Сяо Чэнь, раньше я рассущал точно так же и даже крепко поцапался из-за этого с людьми из верхушки. Именно тогда они поведали мне о другой секретной тайне.
Сердце Чэнь Цзянхэ дрогнуло, он стал ждать продолжения.
— Ты слышал о западных пророках?
— В последние годы на Западе тоже неоднократно собирали так называемых пророков со всего света, чтобы заглянуть на тысячелетие вперед, и они тоже вывели эти два кодовых имени. Вот почему оттуда непрерывным потоком шлют людей для борьбы за них в нашей стране.
— Слыхал что-нибудь о южно-азиатских колдунах-знахарях? Они тоже пришли к аналогичному выводу.
— Именно поэтому даже наверху толком не понимают, означают ли эти кодовые имена двух людей, две реликвии или две вещи, вовсе не существующие в материальном мире.
Чэнь Цзянхэ впервые испытал глубокое потрясение.
Если доморощенных магов цзянху еще можно было списать на пустую болтовню, то как объяснить пророков и знахарей с Запада и юга?
Если одна вещь может быть совпадением, то цепочка подобных событий — уже нет.
— Подождите.
— У меня еще один вопрос, — произнес Чэнь Цзянхэ.
— Раз эти люди столь могущественны и способны вычислить, что грядущая удача связана с Куафу и Нюйвой, почему они не заставят тех высчитать, где именно появятся эти кодовые имена?
Цинь Чжуншань тихонько захихикал, и его тон приобрел жутковатый оттенок.
— Этот вопрос я тоже задал за тебя, и получил ответ, от которого у меня кровь в жилах застыла.
— Все те мастера цзянху, западные пророки и южно-азиатские знахари, что замешались в это дело, поголовно скончались при загадочных обстоятельствах.
Глава 26. Душевный узел
— Это...
Зрачки Чэнь Цзянхэ сузились до размеров игольного ушка.
Раньше он сохранял невозмутимость в любых ситуациях, но сейчас был близок к тому, чтобы потерять самообладание.
— Старик, ты шутишь? В какой век живем, а ты веришь в потустороннюю чушь, — серьезным тоном произнес Чэнь Цзянхэ, однако Цинь Чжуншань вовсе не шутил — в конце концов, дело было слишком серьезным.
— Я понял, — сказал Чэнь Цзянхэ.
Цинь Чжуншань напутствовал его: — Тогда присмотри как следует за девчонкой из клана Цзян, заодно расследуй истинную причину болезни ее деда — мне кажется, там все не так просто.
— И еще...
— Не концентрируйся целиком на одной лишь Цзян Чоумянь. Куафу пока себя не проявил, да и эта Нюйва вполне может оказаться совсем не тем, что мы ищем, понимаешь?
Чэнь Цзянхэ кивнул.
Препарат, который разрабатывает Лошуй, с большой долей вероятности мог быть тем самым, но гарантии не было.
Будучи человеком дела, Чэнь Цзянхэ мгновенно уловил всю вероятность заложенного здесь риска.
— Да, и будь осторожен, не вляпайся по глупости. Наши старые соперники забросили сюда немало людей, и все они нацелены именно на эти две вещи. Пока Цинь Чжуншань продолжал ворчать, Чэнь Цзянхэ не удержался от смешка: — Старик, ну вылитый Тан Сюаньцзан. Если уж даже я не смогу защитить Цзян Чоумянь, на кого тогда вообще надеяться?
В этом не было высокомерия — лишь чистая уверенность в собственных силах!
Цинь Чжуншань рассмеялся: — Тоже верно, постарайся только не разочаровать старого дурака.
Перед тем как повесить трубку, Чэнь Цзянхэ неожиданно спросил: — Старик, а как обстоят дела с тем поручением, о котором я просил тебя раньше?
Чэнь Цзянхэ невольно напрягся.
Скобя себя помнил, он всегда был сиротой.
Раньше его целью было просто выжить, но теперь, когда у него появились определенные возможности, ему страшно хотелось разыскать своих биологических родителей.