Смотря вслед удаляющемуся Инь Чжэню, Ши Юньло словно накрыла тень, выражение её лица расплывалось, оставаясь неразличимым.
— Госпожа Ши, спасибо, что перевязали мне рану, — с благодарностью глядя на Ши Юньло, произнесла Цуй Цзиньси. В этих задних покоях, где людские чувства скудны, кому какое дело до маленькой дворцовой служанки?
— Возьми эту мазь, если нанесешь её несколько раз, рана заживёт, — мягко проговорила Ши Юньло.
Видя благодарность на лице Цуй Цзиньси, Ши Юньло с удовлетворением улыбнулась про себя.
Эта Цуй Цзиньси в будущем станет грозным оружием, нужно получше её привязать к себе.
Инь Чжэнь поспешил во Дворец Юнхэ, но его не пустили за ворота. Матушка-няня, стоявшая на страже, сказала:
— Четвертый принц, госпожа изволит отдыхать после обеда, прошу вас немного обождать.
С этими словами она оставила Инь Чжэня за воротами, даже не предложив провести его в боковые покои отдохнуть.
Полуденное солнце палило нещадно, Инь Чжэнь стоял под его лучами, покрываясь холодным потом. Телосложение Инь Чжэня и без того было слабее, чем у других принцев, и после долгого пребывания на солнце его начало покачивать.
А внутри покоев Де-фэй как раз беседовала с Исю. Матушка-няня тихо доложила:
— Госпожа, Четвертый принц ждет за воротами уже довольно долго, вид у него неважный.
— Хм, Четвертый научился дурному от Императрицы Сяои — притворяться больным, чтобы вызвать сочувствие. Не обращай внимания, пусть постоит ещё, — вспомнив Императрицу Сяои, Де-фэй почувствовала досаду и тут же решила наказать Инь Чжэня, заставив его стоять дольше.
Исю, наблюдавшая за этим со стороны, боялась разгневать Де-фэй, и слова просьбы, готовые было сорваться с губ, застряли в горле.
Время шло минута за минутой, и наконец Инь Чжэнь, не в силах больше держаться, потерял сознание.
Как раз в это время Император прибыл во Дворец Юнхэ навестить Де-фэй. Увидев эту сцену, он пришел в ярость.
Быстрым шагом войдя в зал, он со всего размаху ударил Де-фэй ладонью, и та слетела с кровати — лицо её мгновенно распухло и покраснело.
— Де-фэй, вот как ты обращаешься с Четвертым?
— Император, гневаться извольте, ваша наложница и не знала, что Инь Чжэнь всё ещё за воротами. Это, верно, ленивые слуги не провели его в боковые покои отдохнуть, прошу Императора разобраться! — закрывая лицо руками, Де-фэй залилась слезами, словно орошенная дождём груша.
Император прищурился:
— Вот как? Значит, слуги нерадивы. Эй, люди! Дать каждой из приближенных служанок Де-фэй по тридцать ударов тяжёлыми батогами!
Услышав это, Де-фэй резко вскинула голову, встретилась взглядом с угрожающими глазами Императора и вынуждена была смотреть, как её доверенных людей уводят.
Негодование на Инь Чжэня в её сердце поднялось ещё на одну ступень. В душе она затаила злобу, но ничего не могла поделать.
Император вошел в главный зал и, глядя на лежащего на кровати Инь Чжэня, исполнился жалости. Когда-то его покойная двоюродная сестра предсмертно наказала ему хорошо заботиться об Инь Чжэне. Он думал, что, вернувшись к Де-фэй, тот получит хороший уход, но никак не ожидал увидеть такое.
Инь Чжэнь, открыв глаза, встретился взглядом с полными вины глазами Императора. Он поспешно попытался под