Она без колебаний бросилась вперед, чтобы заслонить его собой от смертельного удара. Божественный меч мгновенно пронзил сердце Цинь Сяоя.
Тан Усе пришел в себя, увидел истекающую кровью Цинь Сяоя и немедленно прекратил процесс очищения Божественного треножника Тайсюань.
Одним шагом он оказался рядом с Сяоя, подхватил ее на руки и начал вливать в нее духовную энергию, стараясь залечить раны. Вторая жена Гуань Ваньтин и третья жена Лань Чиюэ тоже окружили их, обеспокоенно спрашивая:
— Сестренка Сяоя, что с тобой случилось?
Тан Усе, бросив яростный взгляд на Нин Юйфэй, непонимающе спросил:
— Почему ты хотела навредить Сяоя?
Однако, прежде чем Нин Юйфэй успела ответить, два холодных божественных меча незаметно вонзились ему в бока. Это Гуань Ваньтин и Лань Чиюэ нанесли удар исподтишка, пока он был отвлечен.
Тан Усе смотрел на свои кровоточащие раны, затем на угасающую в его объятиях Цинь Сяоя, перевел взгляд на трех женщин перед собой и гневно воскликнул:
— Почему? Почему вы так поступили со мной и Сяоя?
Гуань Ваньтин холодно усмехнулась:
— Почему? Потому что мы давно уже не любим тебя. Мы любим младшего брата Гу Чжэяня, и все это время оставались рядом с тобой лишь для того, чтобы помочь ему занять пост главы секты.
Лань Чиюэ добавила с торжеством:
— Мы вовсе не собирались действовать так поспешно, хотели достичь цели постепенно. Но после того, как ты получил Божественный треножник Тайсюань, у нас больше не осталось бы шансов, если бы мы промедлили. Поэтому мы только что тайно сговорились, как тебя убить.
Нин Юйфэй в это время тоже заговорила:
— Я не хотела убивать Сяоя, но она сама наткнулась на мой меч, так что не вини меня. Раз уж все зашло так далеко, советую тебе не сопротивляться. Просто отдай Божественный треножник Тайсюань и пост главы секты, и мы пообещаем пощадить тебя и Сяоя.
Услышав это, Тан Усе понял, что не только стал рогоносцем из-за собственного младшего брата, который еще и жаждал убийства ради власти, но и был предан окружавшими его людьми. Хотя ярость жгла его сердце, сейчас было не время сводить счеты. Самым важным было немедленно покинуть это место, найти убежище и залечить свои и Сяоя раны.
Тан Усе немедленно нажал пальцами, фехтуя мечом, на свои акупунктурные точки, вытащил острые клинки и остановил кровотечение из ран. После этого он одним ударом ладони отшвырнул Нин Юйфэй и остальных, убрал Божественный треножник Тайсюань в Кольцо для хранения и, подхватив Цинь Сяоя, вылетел из пещеры.
Однако, как только он покинул пещеру, снаружи его уже поджидала целая группа людей. Во главе их стоял его младший брат Гу Чжэянь.
— Старший брат, не стоит так спешить!
Тан Усе был вне себя от ярости:
— Гу Чжэянь! Вернусь и обязательно рассчитаюсь с тобой.
Сказав это, он попытался улететь, ведь божественный меч Нин Юйфэй был слишком опасен — он был пропитан злой аурой ледяного яда. Цинь Сяоя уже впала в беспамятство, ее жизненные силы постепенно угасали, и если она не получит исцеления, то погибнет.
Но Гу Чжэянь метнулся вперед и снова преградил ему путь.
— Старший брат, ты уже тяжело ранен. Если ты послушно отдашь мне Божественный треножник Тайсюань и уступишь пост главы секты, я гарантирую, что оставлю жизнь тебе и старшей сестре Сяоя.
В этот момент Тан Усе горько пожалел, что не распознал истинное лицо Гу Чжэяня раньше. В порыве гнева он нанес по Гу Чжэяню мощнейший удар и тут же бросился прочь.
Однако способности Гу Чжэяня и его сообщников были не такими уж слабыми — не прошло и десятка вдохов, как они догнали Тан Усе. Окружив его, они начали яростную атаку.
Несмотря на тяжелые ранения и злую ауру ледяного яда, сковывающую движения и поражающую внутренние органы, Тан Усе, защищая Цинь Сяоя, смог убить нескольких противников.
Гу Чжэянь, увидев это, был поражен.
В это время подоспели Нин Юйфэй, Гуань Ваньтин и Лань Чиюэ.
— Младший брат, пути назад уже нет. Убей Тан Усе немедленно, иначе погибнем мы!
— Хорошо, женушки! — Гу Чжэянь коварно улыбнулся.
Следом он применил секретную технику, заставив всех оставшихся людей броситься на Тан Усе и одновременно подорвать свои даньтяни.
Раздался страшный грохот...
Тан Усе снова очнулся от сна. Сделав несколько глубоких вдохов, он внезапно почувствовал прилив сил, и в этот момент в его сознании вспыхнул поток бесконечной информации. Множество техник культивации, боевые искусства и сверхспособности, даосское мастерство мистической школы, искусство алхимии и создания артефактов, божественная медицина...
Более того, десятитысячелетние события сна стояли перед глазами так четко, будто все происходило по-настоящему.
— Неужели целый год я лежал на больничной койке и видел сны, в которых прожил десять тысяч лет и стал Великим императором?
Тан Усе не мог поверить в абсурдность этого сна.
— Божественный треножник Тайсюань? Хорошо бы он оказался реальным, — пробормотал он.
В ту же секунду его сознание уловило странное волнение в даньтяне. Как только он попытался направить туда свое Божественное чувство, то почувствовал резкую боль в голове, будто она вот-вот взорвется. В этот миг из его даньтяня вырвались золотые лучи, озарившие всю комнату. Следом из его тела прямо перед глазами возник таинственный огромный треножник.
— Это... это Божественный треножник Тайсюань! Значит, все эти десять тысяч лет культивации — правда?
Тан Усе машинально потянулся к артефакту, желая узнать, в чем его тайна, может ли он действительно, согласно легендам, заставить всех владык миров склониться перед его волей? Однако, как только его пальцы коснулись Божественного треножника Тайсюань, он почувствовал внезапную дрожь, будто все силы покинули его, а лицо стало бледным и безжизненным.