Из-за его появления атмосфера в покоях немного смягчилась.
Государыня императрица совладала со своими эмоциями:
— Избавься от поклона.
Пэй Цзыянь поднял голову и, заметив бледное лицо Юнь Сюэяо и дурное расположение духа государыни императрицы, невольно нахмурился:
— Что случилось с матушкой?
— Спроси свою будущую законную супругу наследного принца, — с неудовольствием произнесла государыня императрица. — Вчера в дом Юнь явилось несколько лавок за долгами, одна только Павильон Сокровищ требует больше двухдесят тысяч лямов. При таких колоссальных расходах даже императорская казна не выдержит.
— Я правда не со зла, — глаза Юнь Сюэяо покраснели, в них заблестели слезы. — Его Высочество Наследный принц, я просто в прошлом месяце подарила матушке-вдовствующей императрице ширму из белого нефрита, а в этом — комплект украшений для волос государыне императрице... Я... посчитала, что раз статусы вдовствующей императрицы и государыни столь высоки, дарить нужно самое лучшее, поэтому и не подумала о цене...
Температура во взгляде государыни императрицы резко упала:
— Ты хочешь сказать, что все эти два с лишним десятка тысяч лямов ушли на подарки мне и вдовствующей императрице? Или ты забыла упомянуть, что только на свои собственные драгоценности ты потратила больше десяти тысяч лямов серебра?
— Я...
— Сюэяо, тебе предстоит стать женой наследного принца, как можно быть настолько расточительной? — лицо государыни императрицы помрачнело и стало холодным. — Ты совершенно не знаешь счета деньгам. Годового жалования твоего отца и братьев вместе взятых не хватит на твои походы по лавкам.
С таким транжирством как она в будущем возьмет в свои руки управление внутренними покоями Восточного Дворца?
Юнь Сюэяо закусила губу, но ее глаза в упор смотрели на Сяо Цинсюэ:
— Требователи долгов явились вчера, а сегодня сестрица Сяo уже знает точную сумму моих долгов. Откуда у сестрицы Сяо такие быстрые вести?
Лицо Пэй Цзыяня изменилось, он перевел взгляд на Сяо Цинсюэ.
— Я умею предвидеть будущее, и новости у меня доходят быстро, — с насмешкой ответила Сяо Цинсюэ.
— Ты просто намеренно сеешь раздор, хочешь, чтобы государыня императрица осталась мной недовольна, — в голосе Юнь Сюэяо звучала обида. — Ты — женщина с дурными замыслами! С виду хочешь расторгнуть брак с наследным принцем и на словах утверждаешь, что это не угроза, а на самом деле все это время подрывала мои отношения с наследным принцем! Ты... ты просто ужасна!
— Думай что хочешь, — Сяо Цинсюэ поклонилась государыне императрице. — В ближайшие десять дней я не приду с приветствиями к государыне императрице, и надеюсь, что при следующей встрече у меня на руках уже будет бумага о расторжении брака.
С этими словами она, даже не взглянув на Пэй Цзыяня, решительно развернулась и ушла.
— Цинсюэ, — государыня императрица сдержала гнев. — Я знаю, что ты искусна в медицине, но врачевание служит для спасения людей, а не для их вреда, тебе лучше...
— Императрица заблуждается, — Сяо Цинсюэ на мгновение замедлила шаг и обернулась с улыбкой. — Пока посторонние не лезут ко мне, я не стану применять яды против них. Мое пари с вами на десять дней никак не связано с медициной.
Сказав это, она зашагала прочь, больше ни к кому не прислушиваясь.
Лицо Пэй Цзыяня переменилось несколько раз, он в упор уставился на государыню императрицу:
— Матушка, что за пари на десять дней она имела в виду?
Государыня императрица нахмурилась:
— Цинсюэ только что принесла бумагу о расторжении брака, желая расторгнуть союз с тобой, но я ее порвала. Она сказала, что заключает со мной пари: пройдет не больше десяти дней, как я сама добровольно попрошу тебя расторгнуть с ней брак.
У Пэй Цзыяня упало сердце.
Десять дней?
Чего ради Сяо Цинсюэ затеяла все это?
Внезапно в душе Пэй Цзыяня поднялась паника, не заботясь ни о чем другом, он повернулся и зашагал к выходу.
— Его Высочество Наследный принц! — поспешно окликнула Юнь Сюэяо. — Подождите меня!
Она поднялась на ноги, торопливо поклонилась государыне императрице, а затем бросилась в погоню:
— Его Высочество Наследный принц! Его Высочество Наследный принц!
Государыня императрица утомленно прислонилась к императорскому ложу, ее мрачное выражение лица омрачилось оттенком холодной брезгливости:
— Избранная императором для наследного принца жена — поистине не добродетельная особа.
Ближняя пожилая служанка нахмурилась и произнесла:
— С этим ничего не поделаешь. Кто виноват, что здоровье Его Высочества Наследного принца прежде было слабым, и он так долго пролежал в постели? У него нет прочной опоры при дворе, остается прокладывать путь для Его Высочества через династические браки. Иначе положение наследника пошатнется, не говоря уже о престоле.
Государыня императрица потерла переносицу:
— То, до чего додумалась ты, никак не может понять Цинсюэ. В первый год своего прибытия в императорский город она дни и ночи напролет без сна лечила и исцеляла принца от ядов, почему же теперь она не может проявить чуточку понимания к наследному принцу?
Служанка усмехнулась:
— Возможно, все дело в слишком сильной привязанности, оттого она и капризничает? Государыне императрице не о чем беспокоиться, у наложницы низкое происхождение, куда ей деваться? Его Высочество найдет время ласково утешить ее, а если утешить не удастся, в худшем случае можно посадить под домашний арест, временно лишив свободы. Когда принц сыграет свадьбу и войдет в Восточный Дворец, наложница увидит, что дело решено, и сама примет истину.
Государыня императрица помолчала немного и медленно кивнула:
— Ничего другого не остается.
Стоявшая высоко на недосягаемой высоте государыня императрица, судя по всему, вовсе не принимала всерьез пари Сяо Цинсюэ.
Раз та пообещала не использовать медицинские знания и яды во вред, императрица не верила, что у нее найдутся другие таланты, способные перевернуть всё вверх дном.
Даже прислуга при ней считала само собой разумеющимся сопротивление жены императорского принца — к тому же жены невысокого происхождения, — сопротивление, на которое не стоит обращать внимания.
Если муж дорожит ею, он потратит силы на уговоры.
Если мужу до нее нет дела, не обойдется без применения средств усмирения, чтобы она послушно покорилась.
Что же до так называемого расторжения брака...
Это сущая фантастика.
Среди жен, вошедших в императорский род, найдется ли во всем мире другой мужчина, который осмелится взять ее в жены? Даже после расторжения брака, пока наследный принц не отпустит ее, она точно так же останется заперта в императорском городе и не сможет сделать ни шагу на свободу.
Не говоря уже о происхождении Сяо Цинсюэ из семьи лекарей.
Даже жизнь и богатство Юнь Сюэяо из Резиденции генерала точно так же находятся в руках императора.
— Когда в будущем Его Высочество прочно утвердится на императорском троне, сосредоточит всю полноту власти в своих руках и взрастит собственных верных полководцев и сподвижников, если барышня Юнь останется столь же легкомысленной, в тот момент можно будет найти повод и сместить ее, — голос служанки звучал расчетливо, так рассуждал лишь человек, проведший во дворце долгие годы. — По мнению этой старой слуги, учитывая благородство характера барышни Цинсюэ и чувства к ней Его Высочества Наследного принца, стоит ей проявить терпение, как рано или поздно она вытеснит барышню Юнь.
Ее слова принесли государыне императрице большое облегчение, настроение заметно улучшилось.
— Ты дело говоришь, — вздохнула та. — Боюсь лишь, у Цинсюэ слишком упрямый нрав, она вовсе не пожелает терпеть и идти на компромиссы.
Служанка ничего не ответила, вспомнив недавнюю реакцию Сяо Цинсюэ, на душе у нее было неспокойно.
— Цинсюэ! — Пэй Цзыянь последовал за Сяо Цинсюэ из Дворца Фэнъи и, настигнув ее, схватил за запястье. — Объясни мне толком, что значит это пари на десять дней?
Лицо Мин Юэ похолодало:
— Прошу принца отпустить госпо—
— Его Высочество Наследный принц! — выбежала следом Юнь Сюэяо и с отчаянием закричала. — Его Высочество Наследный принц, не идите так быстро! Его Высочество Наследный принц!
Услышав ее голос, Пэй Цзыянь почувствовал, как на лбу запульсировала жилка, а на лице промелькнуло выражение сдерживаемого терпения.
— Твоя невеста идет за тобой, Его Высочеству лучше сперва успокоить ее, — Сяо Цинсюэ стряхнула руку Пэй Цзыяня и, не оглядываясь, повернулась и пошла дальше.
Мин Юэ презрительно фыркнула и зашагала следом за хозяйкой.
— Сяо Цинсюэ, а ну стой! — Юнь Сюэяо в два счета нагнала ее и гневно закричала. — Ты наговаривала на меня перед государыней императрицей, я еще не свела с тобой счеты, куда ты бежишь?