— Где же герцог Лэн? — спросил Янь Чжэнь, обводя взглядом мужскую половину зала.
Лэн Ханьюй, опустив голову, шагнул вперёд и опустился на колени рядом с Янь Бэйе.
— Ваш слуга приветствует императора и императрицу!
— Встань, — сказал Янь Чжэнь.
— В Особняке Гуна две дочери, и Я, император, не указывал, какую именно из них герцог Лэн должен выдать замуж! — произнёс Янь Чжэнь. — Раз уж сегодня обе во дворце, дело и решим!
Лэн Жолинь, сидевшая рядом с Лэн Суйсуй, с торжеством в глазах нарочно понизила голос:
— Сестрице и впрямь повезло!
Лэн Суйсуй было не до этой дурочки.
Лэн Ханьюй ответил, почти не колеблясь:
— Старшая дочь вашего слуги уже достигла возраста замужества, посему он отдаёт старшую дочь в жёны Регенту-князю!
Глаза Янь Чжэня прищурились:
— А не желает ли старшая госпожа Лэн войти во дворец?
Лэн Суйсуй глубоко вздохнула, поднялась и вышла вперёд.
— Ваша слуга приветствует императора и императрицу!
Все взгляды устремились на Лэн Суйсуй.
Она была во дворце впервые. Раньше до неё доходили лишь слухи, будто старшая дочь герцога Лэн слаба характером и труслива, как мышь, сущая никчёмность.
— Подними голову!
Голос Янь Бэйцзэ прозвучал у неё над головой. Лэн Суйсуй медленно подняла голову, встретившись взглядом с Янь Чжэнем.
Говорят, мысли государя неисповедимы, но почему ей почудилась во взгляде Янь Чжэня тень брезгливости?
Хотя красавицей её не назовёшь, но и дурнушкой она не была.
Голос Янь Чжэня прозвучал ровно:
— Встань!
— Благодарю императора! — Лэн Суйсуй поднялась, и в нос ей ударил запах, исходивший от Янь Бэйе, — лёгкий аромат лекарств, очень приятный.
Янь Чжэнь вновь перевёл взгляд на Янь Бэйе:
— Это и есть старшая госпожа Лэн, Драгоценная жемчужина на ладони Великого генерала Лэн. Сегодня мы отдаём её тебе в жёны — это великая удача!
— Верно! — подхватила императрица с улыбкой. — Прекрасная пара, наши взоры видят, как они подходят друг другу!
Драгоценная жемчужина? Подходят? Удача?
Лэн Суйсуй хотелось блевать. Она и без слов знала, как эти люди посмеиваются над ними обоими.
Один — бессильный, другая — никчёмная. Как же им не подходить друг другу?
Лэн Жолинь и Лэн Фэнъи внизу были вне себя от радости.
Особенно Лэн Жолинь — она прямо-таки задирала нос до небес.
— Довольно! — Янь Чжэнь махнул рукой. — Я утомлён, пируйте сами. С вами мне здесь тоже не по себе!
С этими словами он не забыл наставить будущих молодожёнов:
— Свадьбу назначаю на пятнадцатый день следующего месяца. Вы видитесь впервые, так что ступайте, знакомьтесь поближе!
Император с императрицей удалились, и все продолжили пир.
Молодые люди и девушки собрались вместе, продолжая обсуждать забавные истории.
И только двое, связанные браком по приказу, следуя воле императора, безучастно созерцали дворцовые красоты, якобы знакомясь друг с другом.
— Кхм! — когда рядом никого не оказалось, Лэн Суйсуй, которая не могла сидеть сложа руки, наконец не выдержала и заговорила первой. — Может... представимся друг другу?
Янь Бэйе слегка замер, повернул голову и взглянул на женщину, достававшую ему лишь до груди.
— Как госпожа Лэн желает представиться?
Голос, чистый и холодный, на удивление приятный!
Лэн Суйсуй задумалась, потирая подбородок рукой:
— Можешь не звать меня старшей госпожой Лэн. Мы ведь скоро поженимся, может, познакомимся поближе?
Взгляд Янь Бэйе стал сложным. Он смотрел на стоявшую перед ним женщину и не удержался от вопроса:
— Госпожа Лэн уже смирилась?
Любой другой на её месте вряд ли бы принял этот брак.
Ведь это по сути ломает женщине жизнь.
— Я же сказала, не называй меня старшей госпожой Лэн, — вздохнула Лэн Суйсуй, прислоняясь спиной к искусственной скале. — А что мне остаётся? Не могу же я безрассудно ослушаться указа. Лучше жить в нужде, чем умереть в довольстве!
Янь Бэйе слегка нахмурился и спросил спокойно:
— Как ты хочешь, чтобы я к тебе обращался?
Лэн Суйсуй почесала затылок, подумала мгновение:
— Можешь называть меня просто по имени. Или Суйсуй — тоже сойдёт.
Лэн Суйсуй было всё равно, просто ей было непривычно слышать «старшая госпожа Лэн».
— Хорошо.
Увидев, что Янь Бэйе кивнул в знак согласия, Лэн Суйсуй подняла голову и посмотрела на него:
— Тогда я буду звать тебя Дикий Князь!
Янь Бэйе: «...»
— Что, не нравится? — заметив, как дёрнулся уголок его губ, Лэн Суйсуй предложила вариант: — Тогда, может, Е Гэ?
Янь Бэйе было двадцать пять, на десять лет старше этого тела. К тому же, когда она сама умерла в своём мире, ей было всего двадцать три. Называть его «старшим братом» было вполне уместно.
Янь Бэйе вздохнул, смиряясь с её причудливой манерой придумывать прозвища:
— Как хочешь.
Договорившись, они снова погрузились в молчание.
Лэн Суйсуй, считавшая себя королевой общения, перед лицом этого многострадального Регента-князя не знала, о чём говорить.
Его в пятнадцать лет отправили в государство Аньхуай, он ничего не знал о столице. Говорить им было не о чем.
Не обсуждать же с ним Аньхуай. Лэн Суйсуй была уверена: хвастаться перед другими, ступая по их ранам, — верный способ утонуть в озере.
Пока Лэн Суйсуй судорожно искала тему для разговора, чей-то жеманный голос прервал их:
— Ах, сестрица?
Лэн Суйсуй закатила глаза. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы знать, какая это дрянь.
Она с трудом выдавила улыбку, повернулась и сделала удивлённое лицо:
— Какая встреча!
Рядом с Лэн Жолинь стоял Янь Мушань.
Неудивительно, что она окликнула — хотела похвастаться.
Но взгляд Янь Муцюаня был прикован к Янь Бэйе, и презрение в нём было готово выплеснуться наружу.
Лэн Суйсуй обернулась и взглянула на Янь Бэйе. Тот лишь с равнодушным видом, без единого лишнего движения.
Атмосфера стала странной, будто в воздухе незримо боролись два соперничающих начала.
Разумеется, только со стороны Янь Муцюаня по отношению к Янь Бэйе.
И Лэн Суйсуй очень хотелось сказать Янь Мушаню, что Янь Бэйе выше его, и его задранная голова с надменным видом выглядит просто по-идиотски.
В конце концов первым заговорил Янь Бэйе. Голос его, как всегда, был нетороплив и спокоен:
— Наследный принц.
Янь Мушань усмехнулся:
— Янь Бэйе, десять лет не виделись, а ты сильно изменился.
Если считать по возрасту, Янь Бэйе был на два года старше Янь Муцюаня.
Но тот был наследным принцем и презирал Янь Бэйе, поэтому называть его прямо по имени было в порядке вещей.
Янь Бэйе ответил бесстрастно:
— Наследный принц же, как всегда, неизменен.
Янь Мушань с гордостью произнёс:
— Ещё бы!
Лэн Суйсуй опустила голову, до боли сжимая кулаки, чтобы не рассмеяться вслух.
Она серьёзно подозревала, что титул «первый талант» Янь Мушань присвоил себе сам.
Судя по скудным воспоминаниям прежней хозяйки, до пятнадцати лет Янь Бэйе был небесным любимцем.
Юноша в ярких одеждах на горячем скакуне — сколько девушек мечтали о нём.
Тогда Янь Мушань ещё не был наследным принцем, а был самым обычным сыном князя.
Но этот человек был горд и честолюбив, он всей душой стремился сравниться с Янь Бэйе.
Только всё время проигрывал.
Янь Мушань заложил руки за спину и с злорадством спросил:
— Янь Бэйе, а помнишь ли ты Нин Сянъинь?
Янь Бэйе молчал.
Янь Мушань слегка наклонился, насмехаясь:
— На второй год после твоего отъезда в Аньхуай она уже вошла во дворец и стала наложницей моего отца-императора!
Лэн Суйсуй подняла голову. Нин Сянъинь? Это ещё что за чертовка?
Лэн Жолинь, заметив недоумение Лэн Суйсуй, «по-доброму» объяснила:
— Сестрица не знает? Нин-фэй в своё время была первой красавицей и талантом Верхней столицы. Она и Регент-князь были друзьями детства, и у них была помолвка. Вот только теперь... — Лэн Жолинь прикрыла рот рукой и усмехнулась. — Она уже наложница императора!
Лэн Суйсуй хлопнула глазами и подняла голову, глядя на Янь Бэйе.
Янь Бэйе вздохнул с досадой:
— Это было много лет назад. Помолвка давно расторгнута, между нами не осталось ничего.
Лэн Суйсуй кивнула и отвела взгляд.
Напугал. А она уж подумала, что совершила двоебрачие.
— Не осталось ничего? — Янь Мушань, услышав это, расхохотался. — Янь Бэйе, ты и вправду забыл её? Тогда в Верхней столице все признавали вас прекрасной парой. А теперь, увидев её, ты должен звать её Нин-фэй!
Янь Мушань говорил это лишь для того, чтобы досадить.