Она признавала, что Чжоу Сынянь — человек обаятельный, и верила, что его моральные качества не подведут, но, имея перед глазами горький опыт с Хань Сяо, она решила, что впредь в сердечных делах будет следовать лишь велению сердца. В противном случае, даже если через силу сойтись, ничего хорошего из этого не выйдет.
Мать Цинь на мгновение замерла, но тут же снова улыбнулась:
— Разве мама может разочароваться в такой мелочи? Мама будет счастлива, пока ты счастлива.
— Вот и славно.
Цинь Вань с улыбкой ответила, встала и направилась в ванную переодеваться в пижаму. В этот момент зазвонил телефон матери Цинь. Та взглянула на экран, поднялась и вышла из спальни Цинь Вань, нажав кнопку ответа.
Голос Цяо Юя, как всегда, звучал надменно:
— Ты обдумал то, о чём я с тобой говорил? Каков твой ответ?
— Никак. Ещё не решил, — Цинь Чжичжоу обернулся, убедился, что Цинь Вань его не слышит, и лишь тогда холодно произнёс.
— Тогда я советую тебе поторопиться с решением. В конце концов, судьба твоей дочери не ждёт. Чем раньше я признаю её статус, тем больше у неё будет выбора в замужестве. Иначе она навсегда останется с клеймом «незаконнорождённой», и ни одна уважаемая семья в Аньчэне не возьмёт её.
Цяо Юй говорил о Цинь Вань так, словно речь шла о товаре — без эмоций, один лишь расчёт.
Цинь Чжичжоу усмехнулся:
— Похоже, прорехи в корпорации Цяо гораздо серьёзнее, чем ты описываешь, раз ты так спешишь заключить со мной сделку.
— Хм! Я просто жалею Цинь Вань, на которую все тычут пальцем, и хочу протянуть ей руку помощи. К тому же я прошу немного — всего сто миллионов. Для тебя сейчас это сущие пустяки.
Цяо Юй, как и двадцать лет назад, был беспринципен:
— Отдай сто миллионов и получи для своей дочери законный статус. Отныне семья Цяо станет её опорой. Ты не прогадаешь. И ещё…
Цинь Чжичжоу, не желая слушать его дальнейшую болтовню, просто повесил трубку.
Он обернулся, посмотрел на спальню Цинь Вань и погрузился в раздумья.
После концерта Цинь Вань, сославшись на занятость, поручила своей ассистентке Фан Кэ заниматься совместным проектом с Чжоу Сынянем. Вплоть до завершения начального этапа она больше не появлялась.
Во-первых, она сама не умела сглаживать неловкость, а во-вторых, считала, что примешивать личные чувства к работе легко может повлиять на качество и сроки. Поэтому она решила на время не показываться, а оценить результат по окончании проекта.
Фан Кэ, хоть и была младшим ассистентом Цинь Вань и только год назад окончила университет, обладала выдающимися рабочими качествами и была сообразительной. Ей почти не нужно было ничего объяснять — она сама взяла на себя всю координацию и своевременно докладывала Цинь Вань, не допуская никаких задержек.
Так начальный этап проекта завершился. После запуска рекламная кампания дала отличные результаты. Цинь Вань была очень довольна отчётом о продажах за первую неделю, и даже Цинь Чжичжоу, взглянув на него, не переставал хвалить её за отличную работу. Как раз в это время Чжоу Сынянь прислал ей новый план второго этапа.
Поскольку речь шла о спортивной одежде, основное направление его рекламной кампании на втором этапе было сосредоточено на внедорожных походах. Он предложил снимать рекламный ролик на горе Юньфэн, неподалёку от Аньчэня — это должно было дать не только красивые кадры, но и нужную атмосферу.
Цинь Вань, взглянув на фотографии в плане, сразу поняла, что это снова будет успешная кампания. Поэтому, забыв о прежних неловкостях, она тут же согласилась, назначила время для обеих команд и решила в выходные отправиться на гору и начать съёмки.
Когда начались съёмки на горе, Цинь Вань всё больше убеждалась, что Чжоу Сынянь — настоящий гений. На фоне зелёных гор и прозрачной воды модели в одежде от Цзявэя выглядели в рекламных кадрах ничуть не хуже, чем в роликах международных спортивных брендов.
— Ну что, заказчик доволен?
Чжоу Сынянь, стоя рядом и видя воодушевлённое лицо Цинь Вань, не удержался от подколки.
— Не то чтобы довольна — это просто шедевр.
Цинь Вань не скупилась на похвалу. Она повернулась к Чжоу Сыняню:
— Генеральный директор Чжоу, ручаюсь, что не пройдёт и полугода, как ваша компания станет ведущей рекламной компанией в Аньчэне.
Чжоу Сынянь был очень доволен, глядя на улыбку Цинь Вань. Он приподнял бровь:
— Будем надеяться, что твои слова окажутся пророческими.
Благодаря тому, что съёмки шли гладко, изначально рассчитанные на три дня, они уложились в два. Сотрудники понимали, что это отличный проект, поэтому работали с большим энтузиазмом, и даже вечером, когда ставили палатки, всё ещё обсуждали сценарий.
Ужин в основном состоял из полуфабрикатов, приготовленных командой Чжоу Сыняня. Они привезли с собой гриль и напитки, что создавало атмосферу настоящего пикника. В команде в основном были молодые люди, все наслаждались вечером, а после еды даже начали шумно играть в «правду или действие».
Правила были просты: пустую бутылку раскручивали в центре, и на кого указывало горлышко, тот и «попадался».
Первые несколько раз «попадались» операторы. Их, конечно же, засыпали вопросами вроде «кто самая красивая?» или «у кого лучшая фигура?». Но операторы были людьми застенчивыми, в итоге краснели, но так и не могли ответить, и им приходилось выпивать по нескольку стопок. Все покатывались со смеху.
На четвёртый раз бутылка, покрутившись, указала на Чжоу Сыняня. Тут несколько молодых моделей мгновенно оживились. За время съёмок они все уже успели заметить этого красивого, богатого и молодого босса и не собирались упускать такой шанс. Одна из моделей, с великолепной фигурой по имени Аньни, тут же спросила:
— Генеральный директор Чжоу, вы выбираете правду или действие?
Чжоу Сынянь видел, что они решили его поддеть, но не испугался:
— Как скажете.
— Тогда правду!
Аньни тут же решила за него и с воодушевлением спросила:
— Скажите, среди всех девушек, присутствующих здесь, есть ваша идеальная пара?
— Эй, зачем ты так мягко спрашиваешь? Спрашивай сразу, кто больше всего похож на идеал генерального директора Чжоу!
Тут вмешалась другая модель, задав более прямой вопрос.
— Да-да, именно это и спрашивай! Генеральный директор Чжоу, отвечайте быстрее!
Несколько моделей, перебивая друг друга, заинтриговали всех присутствующих. Все уставились на Чжоу Сыняня в ожидании ответа.
Чжоу Сынянь покачивал в руке банку с пивом, на губах его играла лёгкая улыбка:
— Моей идеальной пары здесь нет.
— О-о-о…
Все разочарованно загудели, но тут же снова услышали голос Чжоу Сыняня:
— Но моя богиня здесь!
— Ого!
Тут все мгновенно заинтересовались, бросились расспрашивать, кто же это. Цинь Вань почувствовала, что разговор принимает нежелательный оборот, и не знала, как быть. В этот момент зазвонил её телефон. Она взглянула на экран и тут же встала:
— Вы продолжайте играть, мне нужно ответить на звонок.
Сказав это, она направилась вглубь леса.
— Алло, Юю?
На том конце провода была её давняя подруга Сюй Юю, с которой она не виделась больше года из-за отъезда той за границу.
— Зайка, скучала по мне?
Голос Сюй Юю звучал очень весело, будто у неё была хорошая новость.
— Конечно, скучала! Почему ты так долго не звонила?
— В последнее время оформляла все визы для мамы. Здесь с документами такая волокита, но хорошая новость в том, что сегодня я наконец-то всё уладила. Скоро смогу вернуться на родину!
— Правда?
Цинь Вань очень обрадовалась и тут же принялась расспрашивать о точной дате возвращения.
— Билеты я ещё не купила, но, думаю, в течение двух недель. Я уже попросила своего агента начать искать мне работу. Как только вернусь в Аньчэн, сразу начну зарабатывать!
Почти два года без работы — сбережения Сюй Юю почти иссякли, и это была одна из причин, по которой она торопилась вернуться.
Услышав это, Цинь Вань поспешила успокоить её, чтобы та не переживала. Они начали болтать, и Цинь Вань, разговаривая с Сюй Юю, бесцельно бродила по лесу. И только когда раздался сигнал низкого заряда батареи, она поняла, что всё это время шла и даже не заметила, как далеко забрела.
— Ай, Юю, давай пока, у меня телефон разряжается.
Опомнившись, Цинь Вань оглянулась, пытаясь понять, где находится, но вокруг были только высокие деревья, и она совершенно не представляла, куда забрела.
— Хорошо, созвонимся в другой раз.
Сюй Юю повесила трубку, и Цинь Вань поспешила развернуться, чтобы пойти назад. Но пройдя несколько десятков метров, она заметила, что вокруг становится всё темнее, даже лунный свет померк. Её охватила паника. Она сменила направление, но вдруг оступилась, подвернула левую ногу, потеряла равновесие и рухнула на землю.
— Ай!
Острая, пронзительная боль пронзила её. Цинь Вань вскрикнула от боли. В этот момент зазвонил телефон. Подумав, что это Чжоу Сынянь, она, не глядя, нажала кнопку ответа:
— Сынянь, извини, пожалуйста, приди и встреть меня…
На том конце провода повисла секундная тишина, а затем раздался низкий голос Шэнь Яньцы:
— Цинь Вань, ты специально?
— Что значит «специально»! Я умираю от боли! — Цинь Вань взглянула на экран и поняла, что это Шэнь Яньцы. У неё не было времени с ним препираться. Увидев, что телефон вот-вот выключится, она быстро сказала: — Ладно, мне некогда. Нужно срочно вызывать кого-нибудь на помощь, иначе мне придётся ночевать в горах.
С этими словами она собралась повесить трубку.
— Подожди! Где ты сейчас?
— Я на горе Юньфэн. Заблудилась и подвернула ногу. Я… — гудки, гудки.
Цинь Вань не успела договорить, как в телефоне раздались короткие гудки, и экран погас.
В этот момент Цинь Вань по-настоящему испугалась.
Она поспешно нажала кнопку включения, но телефон никак не реагировал. Она попыталась встать, но лодыжка болела так, что на неё невозможно было опереться. В отчаянии она принялась громко звать на помощь, но в ответ услышала лишь шелест листьев на ветру.
— Боже мой, коллеги ведь хватятся меня и придут искать?
Цинь Вань была готова расплакаться от собственной глупости. Оставалось только надеяться, что коллеги заметят её отсутствие и выйдут на поиски.
Тем временем Чжоу Сынянь действительно заметил, что Цинь Вань нет уже долгое время. Он позвонил ей, но телефон был выключен. Почувствовав неладное, он позвал нескольких коллег-мужчин, и они разошлись на поиски.
Они искали около часа, но безрезультатно. Ассистентка Цинь Вань, Фан Кэ, волновалась больше всех и прямо сказала:
— Генеральный директор Чжоу, может, сразу вызовем полицию? Уже слишком поздно, я боюсь, что если мы затянем, с директором Цинь может случиться беда.
Гора Юньфэн, хоть и считается полутуристической зоной, имеет много неосвоенных участков. Если Цинь Вань по неосторожности свернула не туда и забрела в дикий лес, никто не мог гарантировать, что с ней не случится.
Чжоу Сынянь тоже посчитал слова Фан Кэ разумными. Он достал телефон, чтобы вызвать полицию, но вдруг услышал над головой гул мощного двигателя. Оператор поднял голову и узнал:
— Это маленький вертолёт! Кажется, спасательный вертолёт из больницы Хуакэ!
— Точно! Он, кажется, летит в ту сторону!
— Неужели это директор Цинь его вызвала?
Все зашумели и, не сговариваясь, направились в ту сторону, куда улетел вертолёт. Минут через десять они увидели, что вертолёт, словно определив цель, сделал несколько кругов над одной из полян и медленно приземлился.
Когда Чжоу Сынянь подбежал туда, он увидел, как Шэнь Яньцы уже вышел из леса с Цинь Вань на руках и, с помощью медперсонала, ловко погрузил её в только что приземлившийся спасательный вертолёт.
Цинь Вань сквозь гул двигателя заметила своих коллег. Выглядела она встревоженной. Она о чём-то переговорила с Шэнь Яньцы у дверей вертолёта. Шэнь Яньцы, казалось, немного раздражён, но всё же подошёл к Чжоу Сыняню, остановился и холодно произнёс:
— Цинь Вань подвернула ногу. Я отвезу её в больницу на обследование. Остальную работу прошу вас взять на себя.
Чжоу Сынянь бесстрастно смотрел на Шэнь Яньцы, в его глазах сквозила прохлада:
— Доктор Шэнь прибыл очень вовремя. Только вот, как это врач-кардиолог занимается вопросами экстренной помощи?
— Экстренная помощь — не моя обязанность, но за своих я отвечаю.
Шэнь Яньцы прекрасно уловил намёк в словах Чжоу Сыняня и ответил без утайки, в его взгляде даже читался вызов.
Взгляд Чжоу Сыняня стал ещё тяжелее, на лице застыла кривая усмешка:
— Я что-то не знал, что Цинь Вань стала твоей.
— Ты многого не знаешь, это не единственное.
Шэнь Яньцы встретился взглядом с Чжоу Сынянем, в его глазах не было ни тени сомнения:
— Но я хотел бы напомнить тебе одну вещь: в следующий раз, когда будешь кого-то преследовать, сначала убедись в её безопасности. Не стоит из-за собственного эгоизма тащить человека в такие опасные, необжитые лесные дебри.
Сказав это, Шэнь Яньцы развернулся и направился к вертолёту. Быстро поднявшись на борт, он дал команду, и вертолёт тут же взлетел, возвращаясь тем же путём, откуда прилетел. В лесу снова стало тихо.
Чжоу Сынянь, не отрываясь, смотрел вслед удаляющемуся вертолёту, и в его глазах застыл холод.
Вертолёт вернулся в больницу, где на крыше уже ждала медсестра с передвижной койкой. Две медсестры помогли Цинь Вань спуститься, и её быстро доставили в травматологию.
После серии снимков и осмотра подошёл врач-мужчина, выглядевший на несколько лет старше Шэнь Яньцы:
— Судя по снимкам, ничего серьёзного. Кости целы, отдыхать неделю-другую, и всё пройдёт.
— Хорошо, спасибо, доктор Лян.
Вежливо поблагодарил Шэнь Яньцы.
— Да что ты, коллеги, это же мелочи.
Врач махнул рукой:
— Эту растирку наносить дважды в день, таблетки — раз в день. Если будут проблемы, зовите.
— Хорошо.
Шэнь Яньцы проводил доктора Ляна, перекинулся с ним парой слов у двери и вернулся в палату Цинь Вань.
Цинь Вань, вспоминая свои сегодняшние «невероятные приключения», была совершенно вымотана. Увидев вернувшегося Шэнь Яньцы, она с ноткой обречённости сказала:
— Хочешь посмеяться надо мной — смейся, только быстро, а потом уходи. Я смертельно устала, хочу только спать.
— Это первое, что ты говоришь своему спасителю?
Шэнь Яньцы скрестил руки на груди, стоя у кровати и глядя на неё сверху вниз.
Цинь Вань терпеть не могла его высокомерного тона, словно он был пупом земли. Она раздражённо бросила:
— Какой ещё спаситель? Я тогда тоже из последних сил спасла тебе жизнь, так что мы квиты.
Восемь лет назад Цинь Вань впервые увидела Шэнь Яньцы в высохшем колодце на заднем дворе старой усадьбы семьи Цяо. Тогда Шэнь Яньцы уже просидел в колодце целые сутки, его охрипший голос не мог издать ни звука. Цинь Вань обнаружила его случайно, подтащила верёвку и, напрягая все силы, вытащила его наверх.
При упоминании этого случая Шэнь Яньцы усмехнулся:
— А теперь ты признаёшь, что это ты меня спасла? А тогда ты клялась, что это Цяо Инин меня вытащила?
— Ты, ты… убери свои руки!
Цинь Вань сбросила руку Шэнь Яньцы. Ей стало почему-то не по себе, словно он задел какую-то тайную струну.
Шэнь Яньцы, видя её реакцию, решил больше не дразнить её. Он взглянул на часы:
— У меня скоро операция. Ты пока спи, завтра приду навестить тебя, если будет время.
— Не надо. Завтра за мной приедет моя ассистентка, можешь не приходить.
Цинь Вань и сама не знала, почему она так упрямится, но у неё было ощущение, что их общение с Шэнь Яньцы уже перешло границы безопасной зоны, и это чувство неконтролируемости было ей очень непривычно.
Сейчас она больше хотела бы вернуться к их прежним отношениям, когда они, встречаясь, делали вид, что не знакомы.
Шэнь Яньцы, кажется, тоже почувствовал её неловкость. Он снова подошёл к кровати, несколько секунд пристально смотрел на неё и наконец произнёс:
— Хорошо.
С этими словами он развернулся и вышел из палаты.
На следующий день Цинь Вань связалась с Фан Кэ и попросила привезти рабочие документы. У неё была травмирована только нога, что не должно было помешать нормальному рабочему процессу.
Но она не ожидала, что Фан Кэ приедет не одна, а вместе с Чжоу Сынянем. Чувствуя неловкость, Фан Кэ извинилась перед Цинь Вань:
— Простите, директор Цинь, когда вы позвонили, генеральный директор Чжоу был как раз у меня, так что мы приехали вместе.
Фан Кэ понимала, что проявила самодеятельность, и боялась, что Цинь Вань будет её ругать. Ведь любому было ясно, что интерес генерального директора Чжоу к ней выходит далеко за рамки делового партнёрства.
Цинь Вань, видя это, не стала ничего говорить. Вспомнив причину своей травмы, она почувствовала себя неловко и сказала:
— Мне правда очень жаль, что из-за меня задержался рабочий процесс.
— Это мне следует извиняться. Я не учёл фактор безопасности при выборе места съёмок, и вот ты в больнице.
Чжоу Сынянь был полон раскаяния. Хорошо ещё, что Цинь Вань просто подвернула лодыжку, если бы случилось что-то похуже, он бы себе этого не простил.
— Это послужит уроком.
Цинь Вань кивнула:
— В будущем в бизнес-планах обязательно нужно уделять внимание и фактору безопасности. Всё-таки мы занимаемся продвижением проектов, и репутация очень важна.
С некоторой долей умысла Цинь Вань незаметно перевела разговор обратно в рабочее русло. Фан Кэ, стоявшая рядом, тут же протянула ей документы и доложила о ходе дел. Втроём они быстро углубились в обсуждение работы, и незаметно пролетело всё утро.
Когда приблизилось время обеда, Фан Кэ заказала еду и спустилась, чтобы её забрать. В палате остались только Цинь Вань и Чжоу Сынянь. Как раз подошло время менять повязку. Медсестра принесла лекарство для наружного применения и собралась делать перевязку, но Чжоу Сынянь сказал:
— Давайте я.
— Не надо, пусть медсестра…
— Если родственник может помочь, будет просто замечательно. А то я как раз ещё не обедала, большое спасибо!
Цинь Вань не успела закончить фразу, как медсестра, сияя от радости, бросила лекарство и выбежала из палаты. Цинь Вань стало неловко, и ей оставалось только позволить Чжоу Сыняню закатать рукава и начать накладывать ей мазь.
Опухшая лодыжка выглядела ужасно, Цинь Вань и сама не могла на это смотреть, но Чжоу Сынянь предельно аккуратно, следуя инструкции, мягкими движениями наносил мазь. За всю свою жизнь, кроме мамы, никто не относился к ней с такой заботой. Та неловкость, что была вначале, постепенно сменилась умилением.
Чжоу Сынянь почувствовал перемену в её настроении и вдруг улыбнулся:
— Девушкам не стоит быть слишком чувствительными к подобным проявлениям заботы, иначе их легко могут обмануть плохие мужчины.
Цинь Вань не ожидала от него такого замечания и заинтересованно спросила:
— Почему ты так говоришь?
— Потому что «хорошее отношение» мужчины — это самое эфемерное. Он может в любой момент его забрать. И если ты, тронутая этим в моменте, поверишь в эту доброту, то это будет равносильно тому, что ты поставишь своё счастье на шаткие, ненадёжные весы.
Тон Чжоу Сыняня был спокойным, но каждое его слово было правдивым.
Цинь Вань была полностью с ним согласна. Она была удивлена его способностью сопереживать женским ситуациям и не удержалась, чтобы не спросить:
— А что, по-твоему, является самым настоящим в мужчине?