Эрцян взял да и объявился во дворе, такой весь из себя живой и невозмутимый.
Улыбающееся лицо тетушки Хань, которая выглядела из дома, слегка застыло. Она никак не ожидала, что Эрцян снова явится на порог. Глядя на плод собственного чрева, она — пусть и прекрасно понимая, что Эрцян из себя представляет — все же спросила:
— Чего это ты заявился средь бела дня? Поел хоть?
Глава 143