Эта фраза была высказана абсолютно от чистого сердца: вовсе не потому, что он — Фу Ханьчжоу, не из-за его богатства и уж тем более не из-за того, что сейчас она целиком и полностью находится в его власти…
Услышав её слова, Фу Ханьчжоу на мгновение замер.
Он никак не ожидал, что Су Юйжань вдруг станет его расхваливать.
К тому же её взгляд был таким искренним — совсем не похожим на ту льстивую наигранность, с которой она обычно держалась перед ним…
Фу Ханьчжоу бросил:
— Машина приехала! Пойдём!
Сказав это, он, не дожидаясь её реакции, направился к автомобилю.
Если приглядеться, можно было заметить, что его уши слегка покраснели.
Конечно, в такой темноте Су Юйжань никак не могла этого разглядеть.
Глядя на его отстранённый и надменный вид — он никак не отреагировал на её похвалу, — Су Юйжань оставалось только послушно следовать за ним.
И всё же то, что он только что сделал в палате, тронуло её:
— В любом случае, спасибо тебе за то, что произошло! Я всё время переживала, что в моем отсутствие они будут плохо обращаться с бабушкой, но теперь, после твоих слов, я уверена — им не на что будет жаловаться!
Су Юйжань ещё никогда не видела господина и госпожу Су в таком прижатом к стене положении. Она ненавидела Фу Ханьчжоу всеми силами души, но, как он и сказал, они действительно не могли ничего сделать её матери.
Обычно дома те привыкли командовать без возражений, где же им было терпеть подобное унижение?
Фу Ханьчжоу ответил:
— Ты просто всё слишком усложняешь и думаешь, что без тебя рухнет небесный свод… Если ты будешь бояться их, они станут заходить всё дальше и дальше. Госпожа Фу, тебе ещё многому предстоит научиться, ясно?
— … — он ведь явно её отчитывал, но почему-то сейчас Су Юйжань ни капли на него не сердилась.
Шагая рядом с Фу Ханьчжоу и молча любуясь его профилем, она впервые подумала, что он вовсе не тот страшный мужчина, который в минуты приступов видел в ней лишь живое лекарство и нагонял на неё ужас.
Они вернулись в машину, и Фу Ханьчжоу устроился на сиденье рядом.
Он молчал.
Заметив впереди Помощника Цю, Су Юйжань сама заговорила с ним:
— Помощник Цю, вы ещё не закончили работу?
Помощник Цю ответил:
— Я волнуюсь за господина Фу.
Су Юйжань произнесла:
— Скажите, вам не кажется, что даже в такой одежде господин Фу выглядит очень красивым?
Обычно, сидя рядом с Фу Ханьчжоу, Су Юйжань не смела болтать ни с кем о посторонних вещах.
Но сейчас она чувствовала себя на удивление расслабленно.
И даже позволила себе подшутить над нарядом Фу Ханьчжоу вместе с Помощником Цю.
Помощник Цю отозвался:
— Разумеется! Даже в таком виде с господином Фу не сравнится ни один простой смертный.
Фу Ханьчжоу, который минуту назад был погружен в свои мысли, услышав их разговор, перевёл на Су Юйжань глубокий, тяжёлый взгляд:
— Тебе так весело шутить надо мной?
У неё уголки губ почти до затылка разъехались в улыбке!
Разве она обычно бывает такой улыбчивой?
Только сейчас Фу Ханьчжоу заметил, что в его присутствии Су Юйжань редко смеётся так искренне и радостно.
Су Юйжань невинно произнесла:
— Я вовсе не шучу над вами, я говорю Помощнику Цю чистую правду. Верно ведь, Помощник Цю?
Помощник Цю кивнул:
— Да.
Фу Ханьчжоу протянул руку, ухватил Су Юйжань за запястье и притянул к себе на колени. Глядя на неё, он произнес:
— Что такое, неужели теперь ты меня не боишься? Не боишься, что я тебя съем?
Су Юйжань и сама не понимала, откуда у неё взялась такая смелость: оказавшись в его объятиях после этих слов, она не только не отпряла, но и осмелела:
— Это в каком смысле съешь?
Фу Ханьчжоу посмотрел на неё, его глаза слегка потемнели. Они сидели невероятно близко: её мягкость прижималась к его груди, от неё исходил молочный аромат…
В памяти у обоих невольно всплыли картины его приступов…
Помощник Цю взял в руки телефон и сделал вид, что страшно занят.
Взгляд Фу Ханьчжоу упал на губы Су Юйжань — розовые, нежные, абсолютно без единой складочки, похожие на фруктовое желе, так и манящие надкусить.
Он непреодолимо подался вперед и накрыл её губы своими…
Су Юйжань не стала уворачиваться, лишь глядя на этого мужчину…
Если не считать того раза, когда она без конца ругала его, и он в ярости заткнул ей рот поцелуем, это, кажется, был их первый настоящий поцелуй.
Она медленно прикрыла глаза, чувствуя, как её сердце колотится так быстро, будто готово выпрыгнуть из груди.
Ближе к концу поцелуя Фу Ханьчжоу прижал её к себе ещё крепче, её губы касались его шеи, их близость стала абсолютной…
На переднем сиденье водитель вел машину.
Помощник Цю копался в телефоне…
И только Су Юйжань во всей машине знала, что этот мужчина сейчас возбуждён до раскалённого состояния.
Обнимая её, Фу Ханьчжоу то и дело целовал её за ухом, а его рука скользнула под одежду, по её тонкой талии, поднимаясь всё выше…
Стоило ему коснуться её, как Су Юйжань судорожно выдохнула. Грудь, оставшаяся без ласки на столь долгое время, от его прикосновения отозвалась легкой болью, она невольно захватала ртом воздух…
Фу Ханьчжоу спросил:
— Больно?
Лучше бы он молчал. От его слов Су Юйжань залилась краской. Вспомнив, что в машине находятся водитель и Помощник Цю, она через силу выдавила:
— Терпимо.
Всю дорогу Фу Ханьчжоу не выпускал её из объятий. Когда они прибыли в Усадьбу Фу, Помощник Цю и водитель поспешно выскочили из машины.
В салоне остались только Су Юйжань и Фу Ханьчжоу.
Внутри стояла абсолютная тишина — стих даже гул автомобильного мотора…
Глядя на сидящего перед ней мужчину и видя, что он вовсе не собирается её отпускать, она тихо произнесла:
— Они уже вышли.
Если она и Фу Ханьчжоу будут задерживаться в машине, трудно было представить, что те подумают…
Едва она закончила говорить, как Фу Ханьчжоу уже задрал её кофту и склонил голову…
— Ах… — сорвался с её губ невольный стон.
Глядя на мужчину перед собой, она ощутила в глубине души сложную бурю чувств.
Раньше, каждый раз оказываясь с ним рядом, она чувствовала себя так, будто просто выполняет очередную работу, и каждый раз это приносило лишь тяжесть и унижение.
Но сейчас, глядя на Фу Ханьчжоу, она почему-то уже не испытывала к нему прежней ненависти…
В этот момент снаружи раздался голос Помощника Цю:
— Госпожа Цзян.
— Разве моего брата нет внутри? — голос женщины приближался, она направлялась прямо к машине.
Су Юйжань испуганно шепнула Фу Ханьчжоу:
— Кто-то идет!
Заметив, что Цзян Янь приближается, Помощник Цю поспешно выпалил:
— У господина Фу кое-какие дела. Давайте сначала вернемся в дом!
А уж сообразительности ему было не занимать.
Цзян Янь произнесла:
— Я слышала, что невеста моего брата сбежала со свадьбы, и семья Су прислала вместо неё другую! И теперь на нем женилась некая Су Юйжань?
Голос Цзян Янь звучал холодно.
Она была крайне недовольна тем, что Фу Ханьчжоу женился на Су Юйжань.
Услышав этот голос, Су Юйжань почувствовала, как её тело мгновенно напряглось.
Она знала Цзян Янь — видела её несколько раз, когда бывала здесь раньше…
И знала, что Цзян Янь — младшая сестра Фу Ханьчжоу.
Та не была кровной родственницей семьи Фу, но выросла в их доме.
Она входила в число тех немногих людей из клана Фу, кто знал Су Юйжань в лицо и понимал, зачем та находится рядом с Фу Ханьчжоу.
Помощник Цю кивнул:
— Да.
Цзян Янь возмутилась:
— Какая-то Су Юйжань — и вдруг стала женой моего брата? Что за бред! Раз невеста сбежала, нужно было просто расторгнуть помолвку с семьей Су. Как ты вообще выполняешь свою работу?
Помощник Цю кашлянул, но перед лицом отповеди госпожи Цзян ему оставалось только промолчать.
Су Юйжань молча выслушала слова Цзян Янь, отчетливо ощущая, насколько та её презирает.
Фу Ханьчжоу был раздосадован тем, что разговор снаружи прервал их уединение. Подняв голову и глядя на окаменевшее лицо Су Юйжань, он велел:
— Приведи себя в порядок.
— Хорошо.
Опережая момент, когда Цзян Янь бросится открывать дверцу автомобиля, Фу Ханьчжоу сам вышел наружу.
Су Юйжань осталась в салоне, поправляя одежду, которую только что расстегнул Фу Ханьчжоу…
Увидев вышедшего навстречу Фу Ханьчжоу, Цзян Янь резко остановилась и уставилась на него:
— Брат.
Фу Ханьчжоу бросил:
— Смелости тебе не занимать.
Цзян Янь тут же оправдалась:
— Что ты делал в машине? Я испугалась, что тебе нездоровится, хотела проверить.
Настроение у Фу Ханьчжоу было испорчено, ощущение праздности момента рассеялось, и тон, которым он обратился к сестре, стал более строгим:
— Когда ты вернулась?
— Сегодня, — ответила Цзян Янь. — Ты не представляешь, как на Санья палит солнце, посмотри, я совсем загорела!
Сидевшая в машине Су Юйжань прислушивалась к голосам брата и сестры.
Фу Ханьчжоу оборвал её:
— Ладно, пошли в дом!
— Я сегодня не уеду, останусь ночевать у тебя, — заявила Цзян Янь. — Брат ведь не станет меня выгонять?
— Как знаешь.
Услышав, что их шаги стихают в отдалении, Су Юйжань наконец толкнула дверцу и вышла.
Цзян Янь услышала звук, обернулась и, заметив выбравшуюся из салона Су Юйжань, нахмурилась:
— Вы что, вместе приехали?
А на Фу Ханьчжоу к тому моменту были лишь повседневная одежда да отсутствие очков на переносице.
Цзян Янь окинула его взглядом:
— Брат, откуда на тебе эта одежда? Во что это ты нарядился?
Фу Ханьчжоу ответил:
— Разве плохо?
С этими словами он бросил сестре:
— Идём.
Су Юйжань послушно последовала за ними, и все вместе они вошли в гостиную.
Цяо Цинцин тут же поспешила им навстречу:
— Господин Фу, госпожа Цзян.
Цзян Янь распорядилась:
— Принеси чай в комнату отдыха. Я давно не видела брата, нам нужно поболтать.
Вскоре Фу Ханьчжоу и Цзян Янь поднялись наверх.
Взгляд Цяо Цинцин упал на Су Юйжань, и она злорадно протянула:
— Приехала госпожа Цзян, теперь твоя песенка спета! Она терпеть тебя не может! Уж она-то точно не позволит тебе спокойно жить рядом с господином Фу.
Наблюдая за выражением лица Цяо Цинцин, Су Юйжань мгновенно сообразила, почему Цзян Янь при встрече сразу же принялась поливать её грязи.
Уж Цяо Цинцин наверняка приложила к этому руку, наговорив про неё с три короба.
Впрочем, нелюбовь Цзян Янь была вполне объяснима.
В её глазах она была всего лишь живым лекарством…
Су Юйжань не стала тратить время на перепалку с Цяо Цинцин. Она поднялась наверх, в комнату, которую делила с Фу Ханьчжоу, приняла душ и заодно постирала снятую одежду.
Комплектов, привезенных Су Юйжань из дома, было совсем немного — всего пара вещей…
Ей приходилось стирать их сразу после носки.
Она планировала при удобном случае купить себе пару новых нарядов, но из-за бесконечной суеты всё никак не могла выкроить время.
Тем временем в комнате отдыха Фу Ханьчжоу и Цзян Янь заваривали чай.
Девушка обратилась к нему:
— Брат, я слышала, ты поселил Су Юйжань в своей спальне?
Фу Ханьчжоу бросил:
— Ты слишком много суешь нос в мои дела.
— С чего бы это я сую нос? — возмутилась Цзян Янь. — Я просто переживаю! Кто такая эта Су Юйжань? Ты разве не понимаешь, кто она? Как твоей женой может стать женщина подобного сорта?
Фу Ханьчжоу промолчал.
В памяти всплыли события сегодняшнего дня в машине…
Раньше он пользовался ею исключительно во время приступов.
Но сегодня…
Что он вообще творил?
От этих мыслей Фу Ханьчжоу почувствовал раздражение на самого себя.
Заметив его молчание, Цзян Янь продолжила:
— Брат, с твоими данными рядом должна быть только самая лучшая женщина! Мало того, что ты женился на этой Су Юйжань, так ты еще и в свою спальню её пустил! Да она в подметки не годится даже Цяо Цинцин! Хоть Цинцин и дочка тетушки Чжан, но она по крайней мере старается, стремится к чему-то… Как ты мог связаться с такой особой, как Су Юйжань?
— Сейчас она твоя невестка.
— Невестка? — презрительно фыркнула Цзян Янь. — Я никогда её не признаю! И слово это из меня клещами не вытянешь! Она всего лишь лекарственное средство, если бы не твоя болезнь… Женщина, которая продает свое тело ради денег, даже близко не имеет права появляться в доме Фу!
На этот раз Фу Ханьчжоу не стал возражать сестре…
Хотя ему безумно хотелось это сделать.
Но для него Су Юйжань оставалась лишь инструментом.
К тому же через три года они планировали развестись…
Он размышлял о том, не слишком ли много личных чувств он вкладывает в Су Юйжань!
Обычный инструмент не стоил того, чтобы портить отношения с Цзян Янь, выросшей вместе с ним.
Су Юйжань закончила все дела и легла в постель, вспоминая то, что произошло в машине, и слова Цзян Янь.
Стоило ей только позволить себе испытать к Фу Ханьчжоу крошечную симпатию, как суровая реальность тут же безжалостно вернула её на землю.
Понимая, что он будет занят сестрой и вряд ли вернется в спальню, она погасила свет и уснула.
Сквозь сон она почувствовала, как вернулся Фу Ханьчжоу.
Он принял душ, лег в кровать, и от него повеяло прохладным ароматом геля для душа…
Ненавязчивый, едва уловимый запах — если не принюхиваться специально, его и вовсе не почувствуешь.
Его раскаленное тело придвинулось ближе, заключая её в крепкие объятия, а руки привычно легли на её тело. Разговор с Цзян Янь оборвал их близость на самом интересном месте, и теперь, стоило ему прижаться к ней, страсть вспыхнула с новой силой…
Су Юйжань перехватила его руку:
— Не надо.
Фу Ханьчжоу спросил:
— Проснулась?
— Я очень хочу спать, — ответила она.
В машине её настрой был совсем другим, но теперь её вдруг охватил страх перед тем, что может произойти.
Прежняя нежность куда-то испарилась…
Между ней и Фу Ханьчжоу непреодолимой стеной встали её собственная робость и неуверенность…
Как вообще она посмела питать хоть малейшие чувства к этому мужчине?
Услышав её слова, Фу Ханьчжоу бросил:
— Спи.
Однако рука его не остановилась: ему нравилось само ощущение близости с Су Юйжань — даже просто засыпая с ней в обнимку, он отдыхал куда лучше обычного.
И хотя сестра битый час отговаривала его от связи с ней…
Он был не против предаться утехам с Су Юйжань, пока их брак ещё имел силу.
В конце концов…
Он ведь не любит её.
После развода он не испытает ни малейшего сожаления.
Фу Ханьчжоу был абсолютно уверен в своих чувствах: она привлекала его исключительно своим телом, и не более того.
Чем больше он так думал, тем сильнее Су Юйжань теряла сон. Наконец она не выдержала:
— Госпожа Цзян уже ушла?
— Она останется здесь на несколько дней, — ответил Фу Ханьчжоу. — Что, злишься на неё?
Су Юйжань повернулась к нему:
— Фу Ханьчжоу, какой тип женщин тебе нравится?
Услышав этот вопрос, Фу Ханьчжоу на секунду оцепенел, вспомнив, как сегодня утром она стояла перед ним у больницы и говорила: Фу Ханьчжоу, до чего же ты хорош!
Он и сам не понимал, почему в памяти всплыл именно тот момент.
Тем не менее, услышав её вопрос, Фу Ханьчжоу разжал объятия.
И поинтересовался:
— Ты часом не возомнила, будто я могу полюбить тебя?
Полюбить?
Да он, Фу Ханьчжоу, сроду никого не полюбит!
Эти слова прозвучали так резко, что недавний вопрос Су Юйжань стал казаться верхом глупости.
Пытаясь хоть как-то спасти лицо, она бросила:
— Да я вовсе не это имела в виду, просто из любопытства… Ты ведь раньше был помолвлен с Сун Миньэр, она что, твой идеал?
— Разумеется, нет, — поморщился Фу Ханьчжоу, услышав имя этой неприятной особы. — Брак с семьей Су был решением дедушки.
— А если бы не этот брак, какие женщины тебе нравятся?
В комнате горел лишь слабый ночник.
Фу Ханьчжоу посмотрел на неё:
— С чего это вдруг тебе стало интересна моя личная жизнь? Насколько я помню, в соглашении четко прописано: тебе запрещено совать нос в мои дела?
— … —
Су Юйжань глядела на холодное лицо мужчины и думала: ну конечно…
Всё произошедшее сегодня было лишь плодом её воображения.
— Больше не буду спрашивать! — бросила она.
Она отвернулась к стене и попыталась уснуть.
Фу Ханьчжоу смотрел на её жалкую, сникшую фигурку, словно он действительно обидел её.
Впрочем, даже если бы и обидел — что с того?
Но почему-то в душе впервые в жизни шевельнулось подобие угрызений совести.
…
Утешать её он не стал.
Только вот…
Фу Ханьчжоу, рассчитывавший, что в присутствии Су Юйжань его больше не посетит бессонница, на этот раз проворочался всю ночь.
Утром он встал очень рано и сделал две пробежки вокруг усадьбы.
Не дожидаясь, пока проснется Су Юйжань, он сел в свой старый «Куллинан», давно пылившийся в гараже, и уехал из дома.
Фу Ханьчжоу редко сам садился за руль.
Обычно он привык работать прямо в дороге.
Но сегодня по его виду было заметно, что настроение у него хуже некуда.
…
Утром Су Юйжань поднялась по будильнику.
На удивление, спалось ей прошлой ночью куда лучше, чем Фу Ханьчжоу.
Когда на душе тяжело, стоит как следует выспаться, и весь мир кажется совсем другим.
Вечером она была так подавлена, но стоило проснуться, как показалось, будто ничего страшного в мире вообще не существует!
Да она ведь изначально не питала к Фу Ханьчжоу никаких иллюзий!
С чего бы ей расстраиваться?
С самой первой минуты брака она прекрасно знала, что является лишь инструментом!
У инструмента не должно быть эмоций.
Появившись в офисе, Су Юйжань обнаружила, что после вчерашнего увольнения заместителя начальника отдела все взгляды прикованы к ней.
Ладно бы только старая история с Сюй Хэном, так теперь ещё и новенький Фу Янь вился вокруг неё павлином. Те самые коллеги, что еще недавно шушукались у неё за спиной, теперь в корне переменили мнение и готовы были умолять её провести мастер-класс по обольщению мужчин.
Ей стоило только сесть за стол, как Юй Инъин тут же подлетела соседа:
— Су Юйжань, доброе утро!
Прикрыв рот рукой, та заговорщицки зашептала:
— Я слышала про вчерашнее! Ты просто гений! Этот зам вечно любил показывать здесь свой характер, а вылетел из компании благодаря твоим стараниям!
— Это не имеет ко мне никакого отношения, — тут же открестилась Су Юйжань.
Прошлогодняя шумиха с Сюй Хэном ещё не утихла, к чему же теперь поползли новые слухи?
Она ведь пальцем о палец не ударила, её всего-то отчитал заместитель начальника…
Юй Инъин не поверила:
— Брось ты оправдываться! Теперь во всей компании только об этом и говорят! Все знают, что ты знакома с Генеральным директором Фу! Он такой красавчик, как тебе удалось его охмурить, колись давай!
Глядя на это сияющее от любопытства лицо, Су Юйжань только тяжело вздохнула…
С каких это пор она успела охмурить Фу Ханьчжоу?
Не дожидаясь её ответа, Юй Инъин затараторила снова:
— Этот Генеральный директор Фу — племянник самого Фу Ханьчжоу, такая шишка… Как же тебе повезло!
Юй Инъин была девушкой любопытной, и любые офисные сплетни Су Юйжань неизменно узнавала от неё. При этом злого умысла в ней не было: даже в те дни, когда весь остальной офис смотрел на Су Юйжань волком, Юй Инъин продолжала с ней общаться.
Су Юйжань не держала на неё зла и даже находила приятным поддерживать с ней дружеские отношения.
Сегодня Фу Ханьчжоу в компании не появился.
Хоть он и числился прикомандированным к дизайнерскому отделу, забот у него хватало и без того.
Да и расспрашивать о нём Су Юйжань не горела желанием…
Вчерашнее замечание Фу Ханьчжоу насчет того, что ей запрещено лезть в его личные дела, задело её за живое.
Но винить оставалось только собственную наивность.
После окончания рабочего дня Су Юйжань собиралась ехать прямиком в больницу.
Но, вспомнив, что ей необходимо обзавестись новой одеждой, она решила заглянуть вместе с Юй Инъин в торговый центр через дорогу от офиса…