Юй Сюньгэ, применив навык маскировки, отправилась в магазин с наличными, чтобы купить различные инструменты для алхимии, а также оружие: арбалет, длинный нож, электрошокер и прочее.
В тот же день она выявила новые особенности навыка [Только мертвые послушны].
Когда она приказала дрозду неподвижно сидеть на столе, за двенадцать часов израсходовалось всего два очка. Однако от мертвой птицы уже начинало попахивать.
Похоже, этот навык хоть и позволяет умершим сохранять способность двигаться, но не может остановить разложение трупа.
Вечером Юй Сюньгэ подъехала на машине к торговому центру неподалеку от дома Лю Хуншэна. Затем в туалете, используя навык 4 [Броня, приди!] из Таланта Бога-вора, она переоделась в другой комплект одежды, хранившийся в игровом рюкзаке, и только после этого вышла из кабинки. Взглянув в зеркало на совершенно незнакомую женщину, она невольно цокнула языком — навыки игрового таланта и впрямь были верхом антинаучности.
Изменились не только рост и черты лица, но даже волосы стали короче.
Юй Сюньгэ поймала такси и уже через семь минут была у подъезда дома, где жил Лю Хуншэн. Ее дрозд следовал за ним с самого конца рабочего дня, когда тот вышел из офиса. Хотя она и не понимала, почему он не вернулся в особняк, ее это не волновало.
Юй Сюньгэ расплатилась с водителем наличными и вышла.
Спустя три минуты она нажала на звонок квартиры Лю Хуншаня.
Дверь открыла чувственная, привлекательная женщина в сексуальном шелковом халате на бретельках. Взглянув на Юй Сюньгэ, она спросила:
— Кого ищешь?
Юй Сюньгэ четко и размеренно произнесла:
— Я к своему боссу, Лю Хуншэну. Нужно срочно доложить по работе.
Женщина кивнула, открыла внешнюю дверь и впустила ее в квартиру. По выражению лица невозможно было понять, рада она или нет. Из спальни доносился шум воды — видимо, Лю Хуншэн принимал душ. Юй Сюньгэ сказала:
— Я могу подождать его в кабинете? Просто скажите ему, что его ищет агент по фамилии Лю по очень важному делу, он поймет.
Женщина, судя по всему, обладала покладистым характером. Она проводила Юй Сюньгэ в кабинет и даже налила ей стакан воды.
Юй Сюньгэ встала за дверью, достала из пространственного хранилища электрошокер и сжала его в руке. На душе у нее был только азарт, ни капли страха. Она иногда сомневалась, уж не родилась ли она любительницей приключений — иначе в прошлой жизни, бесчисленное количество раз балансируя на грани жизни и смерти, она чувствовала лишь, как кровь закипает, а не боль.
Вскоре шум воды стих, послышались голоса мужчины и женщины, переговаривающихся между собой. Еще через некоторое время кто-то направился к кабинету.
Дверь открылась, скрыв фигуру Юй Сюньгэ. Как только знакомая фигура вошла в кабинет, Юй Сюньгэ левой рукой захлопнула дверь, а правой ткнула электрошокером в шею Лю Хуншэна.
Через несколько секунд он, дергаясь в конвульсиях, рухнул на пол. Юй Сюньгэ включила шокер на полную мощность и прижала его к области сердца, не отпуская. Через пять минут он перестал двигаться. Юй Сюньгэ попыталась применить к Лю Хуншэну навык [Только мертвые послушны], и в следующее мгновение он открыл глаза. Взгляд его был несколько отсутствующим.
Она заставила Лю Хуншэна подняться и проводить себя из кабинета. На глазах у женщины он попрощался с ней.
К тому времени, когда Юй Сюньгэ села в машину, чтобы вернуться в торговый центр, до окончания действия маскировки оставалось семнадцать минут.
Закрыв глаза, она заставила Лю Хуншэна попрощаться с женщиной, а затем отправить Лю Чжэнлю сообщение с просьбой встретиться в офисе.
…
Лю Чжэнлю в это время покупала алкоголь и размышляла, куда бы завтра пригласить Юй Сюньгэ выпить, чтобы Лю Хуншэну было удобно действовать, а самой остаться в стороне.
Если честно, Юй Сюньгэ относилась к ней неплохо: высокая зарплата, хорошие бонусы, да и став звездой, она от нее не избавилась. Но вот доли в доходах не было, хотя ведущие агенты могли получать процент от прибыли артистов. Всякий раз, когда она поднимала этот вопрос, ей отказывали.
Лю Чжэнлю не хотелось предавать Юй Сюньгэ, но условия, которые выдвинул Лю Хуншэн, были слишком хороши. Если удастся взять Юй Сюньгэ под контроль, то в будущем ее, Лю Чжэнлю, поставят специально развлекать партнеров компании. Тогда она будет зарабатывать не только на процентах, но и получит под свое крыло несколько новичков с нынешних отборочных шоу…
Она как раз предавалась мечтам о будущем, когда получила сообщение от Лю Хуншэна.
Лю Чжэнлю ничего не заподозрила. Оба были тертыми калачами и прекрасно знали, что в таких тайных делах текстовые сообщения не оставляют — обычно договариваются при личной встрече.
Она схватила сумку с бутылкой вина и вернулась в офис. Там еще работали с десяток молодых сотрудников. Лю Чжэнлю улыбнулась им и на виду у всех заказала для них еду на ужин, а затем, под их благодарные возгласы, вошла в кабинет Лю Хуншэна.
У Юй Сюньгэ не было привычки заставлять труп вступать в связь с врагом. Как только Лю Чжэнлю вошла в кабинет, она, управляя телом Лю Хуншэна, вложила нож в ее руку.
Лю Чжэнлю, ничего не понимая, застыла в недоумении:?
А затем увидела, как Лю Хуншэн своими холодными руками крепко сжал ее ладонь, сжимавшую нож, и с силой вонзил лезвие ему в живот.
Охваченная ужасом и паникой, Лю Чжэнлю даже не смогла закричать. Она просто остолбенело смотрела, как уже остывшая кровь медленно-медленно сочится из раны, стекая по ее руке.
Пока ее мысли лихорадочно метались, Лю Хуншэн вдруг, зажав рукой торчащий из живота нож, бросился к выходу, на бегу с ужасом оглядываясь на Лю Чжэнлю и издавая полные страха крики:
— А-а! А-а!!
Лю Чжэнлю казалось, что все это сон, и даже не проснувшись, она боялась пошевелиться.
Тем временем запас маны у Юй Сюньгэ таял с огромной скоростью, расходуя примерно по одному очку в минуту. Сейчас оставалось всего три очка, но этого было достаточно.
Лю Хуншэн, зажимая живот, промчался мимо десятка с лишним практикантов, подошел к окну, убедился, что внизу никого нет, и прыгнул вниз.
…
Юй Сюньгэ массировала виски, которые разболелись от опустошения маны. Хотя у нее не было недостатка в зельях маны, сейчас она была дома и могла подождать, пока она восстановится сама — по одному очку в минуту, через три с лишним часа будет полный запас. Если бы она продолжала есть мясо, процесс пошел бы быстрее, восстанавливая по пять очков здоровья и маны в минуту.
На следующий день Юй Сюньгэ разбудил дверной звонок. Открыв дверь, она увидела на пороге охранника и двоих полицейских — мужчину и женщину. Управляя дроздом, она отправила его ждать снаружи, а на лице изобразила уместное удивление, приглашая служителей закона войти.
Налив гостям по стакану воды, полицейские поинтересовались, знает ли она об отношениях между Лю Хуншэном и Лю Чжэнлю.
Юй Сюньгэ сжала губы, молча выражая свое нежелание отвечать.
После неоднократных требований полицейских она наконец произнесла:
— Знаю. И еще знаю, что Лю Чжэнлю хотела меня обмануть.
Она могла бы притвориться, что ничего не знает, но это не объяснило бы ее странное поведение последних дней. Внезапно, вопреки обыкновению, она взяла три дня отгула, вела себя как капризная дива, а будучи такой домоседкой, поселилась одна в своем особняке. Независимо от того, насколько глубоко полиция раскопала эти детали, она решила отвечать так, будто они уже обо всем осведомлены.
Оба полицейских, очевидно, были обучены контролировать мимику. Внешне они оставались невозмутимы, но, задав еще с десяток вопросов, собрались уходить. Тут Юй Сюньгэ спросила:
— Простите, они оба что-то натворили, раз их арестовали?
Полицейские дали стандартный ответ, велев ждать уведомления.
Днем Юй Сюньгэ получила звонок от Юй Циншаня. Его голос звучал мягко и ласково. Он спросил, не столкнулась ли она с какими-то трудностями, поинтересовался ее самочувствием и посоветовал отдыхать, если устала.
Юй Сюньгэ, сыгравшая уже немало спектаклей, заговорила срывающимся, но мужественным голосом. Она сказала, что действительно устала и хочет передохнуть, что у ее агента и, кажется, в компании тоже проблемы, и что она вложила все свои деньги в инвестиции, так что сейчас испытывает сильное давление.
Собеседник, не колеблясь ни секунды, не прерывая разговора, перевел ей миллион со словами:
— У папы есть деньги, милая доченька, бери и трать!
Повесив трубку, Юй Сюньгэ бесстрастно подошла к окну и уставилась на виднеющийся вдалеке пейзаж.
Юй Циншань и Юй Сюньхуань были словно искуснейшие рыболовы: если им нужна была крупная рыба, они забрасывали отличную приманку и время от времени отпускали леску, чтобы рыба потеряла бдительность.