Дыхание Байли Панпана становилось всё тяжелее и тяжелее, среди всех наказанных бегунов он тащился уже предпоследним.
Если вы спросите, кто же прибежал первым, то на лице этого парня читалось легкое раздражение, он вечно ходил с задиристым видом. Казалось, будто он смотрит на всех свысока, впрочем, судя по всему, так оно и было.
Шэнь Цинчжу вальяжно плелся в самом хвосте колонны, его движения были расслабленными — в нем не чувствовалось ни пылающей юношеской крови, ни юношеского задора.
Глава 96