Где меня приземлило? В Хогвартсе, что ли?
Девушка за дверью лифта молча отвела руку, опустив голову так, что челка скрыла глаза, а плечи мелко дрожали.
— Ты не поедешь на лифте?
Цзян Линьюань, удерживая кнопку открытия дверей, задал вопрос.
Девушка помолчала, отвела взгляд и принялась перебирать кончики волос:
— На самом деле я собиралась на следующий этаж.
— На следующем этаже парковка, она обычно для преподавателей, — ответил Цзян Линьюань.
Девушка, борясь с неловкостью, от которой, казалось, ее ноги сейчас вгрызутся в пол, шагнула в лифт.
Двери медленно закрылись.
Спустя мгновение она с облегчением выдохнула и, словно собравшись с духом, выпалила скороговоркой:
— Вообще-то я так сделала, чтобы снять напряжение, я обычно так себя не веду, просто из-за собеседования немного разволновалась, да и потом, иногда читать вслух цитаты из фильмов — это вполне нормально, я вообще не...
Слушая этот непрекращающийся треск, доносящийся из соседнего угла, Цзян Линьюань невозмутимо отозвался:
— Я только что ничего не слышал.
Воздух снова наполнила мертвая тишина.
Девушка открыла рот, а затем кивнула.
Все остальное время они не обменялись ни словом, пока лифт снова не открылся.
В этот момент Цзян Линьюань внезапно произнес:
— Обливиэйт!
Голос его прозвучал довольно громко, по крайней мере, так показалось девушке.
Она замерла на месте, не в силах пошевелиться.
— В присутствии маглов запрещено применять магию, это железное правило, юная волшебница.
Бросив это через плечо, Цзян Линьюань решительно вышел наружу, а девушка, почувствовав, как ее щеки стремительно пылают, охваченная неконтролируемой дрожью, закрыла лицо руками и издала сдавленный крик стыда и ярости.
Забавная первокурсница, — усмехнулся про себя Цзян Линьюань, вспоминая недавнее уведомление Системы.
Объект: Линь Илинь, уровень стервозности: D.
Он в приподнятом настроении вошел в аудиторию, но возле стойки набора в Департамент внешних связей увидел неожиданную фигуру.
— Глава, вы же говорили, что не придете? Соскучились по мне?
Цзян Линьюань приветливо помахал рукой, приближаясь.
Шэнь Ваньюй холодно взглянула на него, указала на свою сумку и собралась уходить:
— Похоже, мне не о чем беспокоиться.
Проходя мимо Цзян Линьюаня, она добавила:
— Разберись со слухами на Стене признаний, не порти репутацию департамента.
Сказав это, она коротко и ясно удалилась из аудитории.
Тц-тц-тц, ну и вредина-глава, призналась бы уже, что переживаешь. Цзян Линьюань вздохнул и, заняв место за стойкой для набора, снова услышал холодное фырканье.
Он покосился в сторону — это был Ван Юнь из отдела пропаганды.
Да что он вечно фыркает, как не в себя?
— Глава Ван, у вас что-то с ротовым аппаратом? Слова не идут?
Глаза Ван Юня полыхнули гневом, но, вспомнив предостережение Лю Тинтин, он лишь язвительно бросил:
— Удивительно, как люди с такой подгнившей моралью вообще попадают в Студенческий совет.
Цзян Линьюань расплылся в улыбке:
— И правда, как? Полагаю, через распускание слухов и очернение конкурентов, чтобы вытеснить их?
Лицо Ван Юня окаменело, он смущенно отвел взгляд и перестал обращать внимание на Цзян Линьюаня.
Видя, что Ван Юнь изобличен в собственной грязной совести, Цзян Линьюань лишь усмехнулся.
Не спеши, пусть пули летят.
Ван Юнь, конечно, знал, что вся эта история на Стене признаний — полнейшая чушь.
Но он был уверен, что никто не узнает, кто именно это написал. Распускать слухи просто — затраты копеечные, а в интернете любая ложь держится на одном только языке.
Сначала он хотел лишь немного насолить Цзян Линьюаню, но не ожидал, что обсуждение наберет такой оборот.
Ван Юнь украдкой глянул на улыбающегося Цзян Линьюаня, почувствовав, как внутри все похолодело, и, быстро отведя взор, попытался успокоить себя.
Ничего страшного. Об этом я говорил только Тинтин, он никак не мог узнать. Невозможно.
Цзян Линьюань наблюдал за ерзающим на месте Ван Юнем, наслаждаясь тем, как тот нервничает.
Эй, я ведь знаю, что это ты, но молчу. Просто играюсь.
Вскоре начались собеседования, и в аудиторию хлынул поток студентов.
В конце концов, Студенческий совет — организация университетского масштаба, и бонусов тут хватает.
Официально — это дополнительные баллы для оценки рейтинга, что дает преимущества при поступлении в магистратуру и получении стипендий.
Что касается невидимых преимуществ, то все зависит от личных талантов: связи, доступ к информации на шаг впереди других… как использовать это все — каждый решает сам.
Приемная кампания развернулась полным ходом.
— Привет, первокурсница, в какой отдел Студенческого совета хочешь попасть? Сначала заполни вот эту анкету, держи, ручка здесь. Если что-то непонятно, можешь спросить меня.
— А, а, хорошо.
Девушка, стоявшая перед Цзян Линьюанем, посмотрела на него и на секунду остолбенела, а потом, быстро заполнив бланк, набралась храбрости:
— Старшекурсник, можно ваш чат?
— Нельзя, — Цзян Линьюань отказал сразу, и расстроенная девушка смутилась, не ожидая такого прямого ответа.
— В таких вопросах инициатива должна исходить от парня, — он одарил ее улыбкой.
Цзян Линьюань взглянул на нее и произнес:
— Девушка, не дадите ли мне шанс добавить вас в чат?
Настроение девушки мгновенно переменилось, она покраснела, добавила контакт и вприпрыжку выбежала из аудитории.
— Тц-тц-тц, хорошо, что главы Шэнь нет рядом, а то бы она точно задала тебе жару.
Как только девушка ушла, рядом с Цзян Линьюанем присел парень и начал привычно болтать.
— Ха, наши с главой отношения — это не то, что могут поколебать такие мелкие людишки, как ты.
Цзян Линьюань ответил ему легким толчком локтем в бок.
— Ваши с ней отношения еще кто-то должен колебать?
Он получил локтем, но не умолк.
Этого парня звали Чжан Шо, друг детства Цзян Линьюаня и глава учебного отдела Студенческого совета. Их кармическая связь тянулась еще с начальной школы.
В любой группе всегда найдется такой типичный технарь-гений.
Чжан Шо был именно таким: ежик на голове, худощавый, взгляд пронзительный, очки в квадратной оправе, внешне похож на ответы к билетам экзамена.
Тот самый парень, если он выбирает ответ С в десяти заданиях теста, все остальные без раздумий повторяют за ним.
Он был настоящим профи: программист, призер различных конкурсов, его полки ломились от медалей, а средний балл был безупречен.
Единственный минус — классическая болезнь таких парней, он был слишком прямолинеен.
В старших классах одна девушка проявляла к нему интерес, год использовала предлог для совместных занятий, чтобы общаться с ним.
Отношения так и не сдвинулись с места, зато оценки девушки взлетели до небес.
Позже, вспоминая об этом, он всегда с досадой вздыхал:
— Вот черт! Она же просто использовала меня как бесплатного репетитора! И даже не заплатила!
Вернемся к делу: хотя Чжан Шо и был прямолинеен, это даже к лучшему — у Цзян Линьюаня не было повода для беспокойства.
Чжан Шо проводил взглядом девушку, только что получившую контакт Цзян Линьюаня, и с завистью заметил:
— Вот бы мне быть таким, как ты.
Цзян Линьюань наставительно заметил:
— Шо-эр, ты и другие люди — это разные вещи, любовь для тебя как рыба и велосипед.
Чжан Шо тут же спросил:
— Какая связь между рыбой и велосипедом?
— Никакой, — ответил Цзян Линьюань. — Точно так же, как и у тебя с любовью.
Чжан Шо пришел в ярость и от досады даже запыхтел.
В этот момент раздался возмущенный окрик:
— Ты с этих слов начинаешь? Не знаешь, как здороваться со старшекурсниками? У нынешних первокурсников совсем нет манер?
Цзян Линьюань повернул голову на звук.
Кто это тут у нас, вишневая бомба? Заводится с пол-оборота?
А, это тот придурок Ван Юнь. Ну тогда понятно.
— Что значит нет манер? Этот пункт про интеллект в анкете, Чжан Цзюньтан не поняла, спросила, нельзя что ли?
В ответ на выпад Ван Юня прозвучал гневный голос девушки, рядом с которой стояла еще одна, опустившая голову.
Эй?
Магическая девочка-двоичный код и наивная первокурсница, которую можно обмануть ручкой.
Цзян Линьюань смотрел, как двое противостоят Ван Юню: это были Чжан Цзюньтан, которая раньше помогала нести вещи, и Линь Илинь, устроившая сцену у лифта.
— Не понимаешь, так чего пришла устраиваться? Вот поэтому вы, новички, такие проблемные.
Ван Юнь покосился на них, язвительно растягивая слова.
— Это что, манера общения старшекурсника?
— Обращайся на вы, и если что-то не нравится — дверь там, я вас держу?
Спор привлек внимание окружающих: новички недоумевали, а нынешние члены совета нахмурились.
— Что тут происходит?
В этот момент вмешался заместитель председателя Студенческого совета Цзян Цзэюнь.
— Я всего лишь спросила, что значит этот уровень интеллекта, а он вот так ответил? В университете так обращаются с первокурсниками? — Линь Илинь была в ярости. — И вообще, зачем это заполнять для собеседования в Студенческий совет?
— Заполнение анкеты вызывает у вас столько вопросов? — презрительно бросил Ван Юнь.
Цзян Цзэюнь нахмурился, взглянул на Линь Илинь и сказал:
— Мы проводим собеседование, пожалуйста, не мешайте остальным. Эта студентка, выйдите, пожалуйста.
Эти слова почти в одночасье повесили на Линь Илинь ярлык скандалистки.
Она вздрогнула от неожиданности, а затем гневно спросила:
— Он так хамит, а ты его не трогаешь, зато обвиняешь меня? Это что, покрывательство?
— Я вас не обвиняю! — повысил голос Цзян Цзэюнь, видя, что на них смотрит все больше людей. — Что бы ни случилось, у нас идет собеседование, не мешайте остальным.
— Хорошо, тогда пусть выйдет вместе с нами, и мы все обсудим, — прямо ответила Линь Илинь.
— Нет, ему еще предстоит собеседование с другими студентами, не устраивайте балаган.
Линь Илинь вытаращила глаза от недоверия.
Члены Студенческого совета понимали, какой Ван Юнь человек, и догадывались, что произошло, но притворились слепыми — зачем множить проблемы?
Более того, заместитель председателя уже встал на сторону Ван Юня, поэтому ради какой-то незнакомой первокурсницы никто не собирался и пальцем шевельнуть.
Линь Илинь обвела взглядом комнату — все отводили глаза, никто не решился заступиться. Сердце предательски сжалось.
Стиснув зубы, она почувствовала, как к глазам подступают слезы, и собралась уйти.
Досадно, настолько досадно.
Цзян Линьюань покачал головой.
Цзян Цзэюнь красиво говорит о том, чтобы не мешать другим, но на самом деле он просто давит моралью на девочку-двоичный код.
Заставляет ее проглотить обиду.
Никчемный зампред, нахватался верхушек власти, а ведет себя как важный индюк.
Один великий генерал как-то сказал: в Студенческом совете обязательно должны быть студенты!
— Какой еще балаган? По-моему, все отлично. Новички пока плохо знают наш отдел, пусть познакомятся поближе, хотя бы на примере того, как мы решаем вопросы. — Цзян Линьюань встал и неспешно подошел к Линь Илинь. — Первокурсница, как тебя угораздило пойти на собеседование именно к этому Ван Юню?
Он сделал паузу и повысил голос:
— Ты не знаешь? Просто жизнь у Ван Юня слишком унылая, вот он и пользуется случаем, чтобы поиздеваться над новенькими.
— Не бери в голову, считай его просто больным человеком.
Цзян Линьюань сказал это, посмотрел на остолбеневшую Линь Илинь и тихо рассмеялся:
— Обливиэйт, не трать нервы на этого дементора.
В аудитории все замерли, когда Цзян Линьюань вмешался в разговор. Взгляды перебегали между ним и Цзян Цзэюнем.
Типичное поведение любителей посплетничать.
— Что это значит, Цзян Линьюань? — голос Цзян Цзэюня стал тяжелым.
— Ха-ха, — Цзян Линьюань насмешливо бросил на него взгляд и перешел в наступление: — Ты что, собака Ван Юня? Он сам еще ничего не сказал, а ты уже выскочил?
Эти слова заставили лицо Цзян Цзэюня мгновенно потемнеть.
— Уж лучше прямо скажи, что хочешь подыграть, а не прикрывайся «заботой об остальных». Не смеши моих детей.
Цзян Линьюань одним махом сорвал лицемерную маску.
Этот мир — огромная папка с файлами, где у кого-то есть код, а у кого-то нет.
К таким людям, как Цзян Цзэюнь, у Цзян Линьюаня не было никаких угрызений совести.
— Что ты такое говоришь! Где твое осознание ответственности члена Студенческого совета?
Ван Юнь, и без того недовольный Цзян Линьюанем, ухватился за шанс и с яростью закричал:
— Почти забыл про тебя, — Цзян Линьюань перевел взгляд на Ван Юня и приподнял бровь. — Поначалу думал, что увидел верную собаку, защищающую хозяина, а теперь оказывается, что просто грызню за кость.
— В конце концов, такая куча дерьма, как ты, — большая редкость.
— Пффф, — Линь Илинь, услышав это, не удержалась и прыснула со смеху. В ее глазах, еще недавно покрасневших, вспыхнул яркий свет.
Лица Ван Юня и Цзян Цзэюня стали цветом с пережаренную печень.
— Этот старшекурсник такой отважный…
— Что это за зампред такой? Разве не видно, что он откровенно травит новичков?
— Мерзко, если даже зампред такой, то какая вообще атмосфера в этом Студенческом совете?
В аудитории начался ропот, и Цзян Цзэюнь, понимая, что дальше молчать нельзя, повернул голову к Ван Юню:
— Ван Юнь, выйди и поговори с первокурсницей.
Затем он снова посмотрел на Цзян Линьюаня:
— Ну что, теперь доволен?
— Меня спрашиваешь? С такой прозорливостью?
Цзян Цзэюнь запнулся, стиснул зубы и, тяжело вздохнув, снова повернулся к Линь Илинь и Чжан Цзюньтан:
— Девушки, давайте выйдем поговорим? Вы серьезно мешаете процессу.
Линь Илинь украдкой глянула на Цзян Линьюаня, очевидно, желая узнать его мнение.
— Давай без вот этого: «виновных наказали, просто пожурив», — Цзян Линьюань указал на Ван Юня. — Пусть он при всех извинится перед новичками.
Линь Илинь тоже не собиралась спускать это дело на тормозах и, заручившись поддержкой, ответила:
— Публичные извинения — это немного, но справедливо.
Ван Юнь, смущенный и разъяренный, понял, что если он при всех извинится, его репутация окончательно будет уничтожена. Он с мольбой посмотрел на Цзян Цзэюня.
— Извиняйся, — нетерпеливо бросил тот. Ему уже надоело быть втянутым в эту грязную историю.
— Я…
Ван Юнь, увидев, что даже единственный человек, стоявший на его стороне, отвернулся, покраснел до корней волос. Гордость взяла верх над здравым смыслом, он закричал на всю аудиторию:
— С чего это я должен извиняться?!
Ну ни фига себе, это как среди ночи включить фонарик в туалете — искать себе неприятности на одно место.
Цзян Линьюань был ошарашен такой глупостью Ван Юня. Ты уже попал впросак, просто извинись, но нет, ты решил пойти против всех?
— Ты в своем уме? — вытаращил глаза Цзян Цзэюнь.
— Извиняйся, живо!
— Да что это за тип, Ван Юнь? Ни грамма раскаяния.
— Мерзко, просто тошно.
— Извиняйся!
Слушая непрекращающийся гул, Ван Юнь побледнел, губы его дрожали.
— Извиниться так сложно? — Цзян Линьюань подошел к нему, легко похлопал по плечу и вполголоса с улыбкой добавил: — Если не извинишься, я разболтаю всем, как ты распускал слухи.
Ван Юнь по инерции попытался отрицать:
— Что ты несешь?! Я вообще…
— Лю Тинтин мне все рассказала, у меня есть история переписки, хочешь глянуть? — Цзян Линьюань перебил его, подняв телефон.
Услышав имя своей богини, Ван Юнь переменился в лице:
— Не может быть! Тинтин не такая!
Смешно, еще решаешь, будто у вас с ней что-то было. Ты даже в ее список кандидатов не входишь.
Цзян Линьюань не стал медлить и открыл чат прямо перед носом у Ван Юня.
Тот вытаращил глаза, не в силах оторваться от экрана. Яркий свет смартфона был для него куда ослепительнее, чем все сообщения, которые он отправлял Лю Тинтин.
Прошло много времени, прежде чем он отвел взор, совершенно раздавленный.
Ну и чего ты убиваешься?
Цзян Линьюань похлопал его по щеке и кивнул на Линь Илинь:
— Давай извиняйся, громче.
Ван Юнь, только что вышедший из состояния одностороннего разрыва, с искаженным лицом, после внутренней борьбы, подошел к Линь Илинь, поклонился в девяносто градусов и заорал на всю аудиторию:
— Извините!
Линь Илинь от неожиданности подпрыгнула.
В ее глазах Цзян Линьюань что-то прошептал на ухо Ван Юню, а потом лицо того начало меняться, как палитра художника: белое, фиолетовое, красное.
Не успела она опомниться, как тот уже стоял перед ней с извинениями.
— М, хорошо, — Линь Илинь, рассеянно приняла извинения. Вероятно, сама того не заметив, она с самого начала появления Цзян Линьюаня не сводила с него глаз.
— Илинь?
Чжан Цзюньтан дернула ее за рукав, тихо позвав.
— Прости, я доставила тебе проблем, — Линь Илинь пришла в себя, обняла подругу и потерлась щекой об ее плечо:
— Ерунда, дело было не в тебе.
— Набор продолжается. Ван Юнь, иди отдохни, — сказал Цзян Цзэюнь, решив, что инцидент исчерпан.
Но в этот момент дверь распахнулась.
Вошли двое: один — в форме охраны, из отдела безопасности, второго Цзян Линьюань хорошо знал.
Да это же куратор!
— Цзян Линьюань, Ван Юнь, подойдите сюда, есть разговор.