Пейр-о, ну ты просто зверь! Три мины — и прямо в цель, ну до чего же крут! — бойцы один за другим бросили на него восхищенные взгляды.
По их мнению, то, как проявил себя Вэнь Сань, было под силу исключительно ветерану. Начни они сами возиться с этой штукой, ушел бы добрый кусок времени только на то, чтобы разобраться, как она работает.
Оставьте мне еще три снаряда, а остальные отнесите в укрытие у подножия, — у Вэнь Сань был свой план. После пары удачных попаданий тамошние гусары, даже если не перемрут все до единого, будут напрочь рассеяны. И о каких-то попытках сходу отбить этот холм им придется забыть как о страшном сне.
Единственное, что им останется — ждать подхода основных сил, у которых на вооружении имеются минометы покруще, а то и вовсе батальонные пушки типа девяносто второго года. Тащить эти боеприпасы на саму макушку горы — только во вред себе.
Еще три мины улетели вниз, правда, накрыли всего двоих ублюдков, зато остатки вражеского сброда разбежались еще сильнее.
Впрочем, сейчас уничтожить побольше японцев было уже не так важно. Куда важнее то, что на практике опробовав эти шесть мин, Вэнь Сань в общих чертах уснул правильные приемы обращения с гранатометом. Для их отряда это станет колоссальным подспорьем.
У него на руках оставалось еще шестнадцать снарядов, и если применить их в нужный момент, они гарантированно устроят фейерверк в самом сердце вражеского строя, посеяв неожиданную и сокрушительную панику.
Если эти чертовы ублюдки захотят сплошным строем промаршировать снизу, им придется сперва спросить разрешения у мин, зажатых в руке у Вэнь Сань.
Бойцы действовали споро: излишки оружия и патронов живо перетащили в пещеру-укрытие у подножия, после чего вернулись на позиции в окопы.
Пейр-о, основные силы противника идут! — кто-то указал вдаль, где в поле зрения показался смутный черный силуэт.
Небо уже потемнело, солнце вот-вот готово было скрыться за горизонтом.
Мацуи Итиро стремительно двинулся навстречу остаткам своего отряда, и вскоре они соединились.
Мацуи-кун, разве не тебе было приказано захватить высоту впереди? Почему всё обернулось вот так? — майор Тэнъюан с нескрываемым гневом уставился на Мацуи Итиро. Ведь это был элитный отряд под его началом, не раз блестяще проявлявший себя в боях.
На той горе уже давно стоял гарнизон китайских войск, мы проявили беспечность и угодили в засаду, — с кислым видом, словно у него прихватило живот, пробормотал Мацуи.
Бага! Эдакий крошечный холмик, сколько там могло быть врагов? Ты же командовал моим элитным отрядом, и не смог взять даже такую мелочь?! — майор Тэнъюан вмиг взбесился и тут же отвесил Мацуи пощечину.
По его разумению, даже попав в засаду, императорские войска были обязаны дать бой. Разве что противник превосходил их численностью в несколько раз — только тогда врагам было по силам сдержать их натиск.
Но если взглянуть на отряд Мацуи — почти все основные вооружения утеряны, солдаты уныло плетутся хвостами вниз, разве это похоже на элитное войско?
Наверху заседает по меньшей мере целый батальон, к тому же там полно метких стрелков. У них на вооружении легкие пулеметы, минометы и прочее тяжелое железо... — Мацуи принялся нести всякую чушь, отчаянно пытаясь снять с себя вину за провал командования.
Неужели их там столько? А так называемый миномет — не те ли вы брошенные гранатометы имеете в виду? — Тэнъюан отвесил ему еще одну оплеуху.
Его не так-то просто было обвести вокруг пальца. Перед тем как сюда явиться, он осмотрел все в бинокль: на земле не было видно ни единой воронки от минометного снаряда.
Но огневая мощь у этих китайских солдат наверху была дикая, к тому же кто-то палил из гранатомета, разве это ни о чем не говорит? — Мацуи упорствовал, цепляясь за эту «истину» как за соломинку.
Майор Тэнъюан помрачнел и на этот раз не стал спорить с Мацуи Итиро. Он и сам понимал, что в гоминьдановских частях уровня роты или взвода вряд ли сыщется умелец, способный обращаться с гранатометом.
Пристрелять координаты, немедленно накрыть этот холм артиллерийским огнем! Мой батальон должен проскочить здесь на предельной скорости, чтобы перерезать отступающие основные силы китайцев, — взревел майор Тэнъюан и тут же отдал приказ артиллеристам.
Под началом майора Тэнъюан находился целый полнокровный батальон численностью около тысячи двухсот штыков. В его штате имелся артиллерийский взвод, вооруженный как раз теми самыми девяностодвухмиллиметровыми батальонными пушками.
Дальность стрельбы девяностодвухмиллиметровки была куда выше, чем у гранатомета — иными словами, японские снаряды долетели бы до самой макушки холма, в то время как гранатомет Вэнь Сань до противника не достал бы.
Всем на отход, бегом в убежище внизу, — Вэнь Сань расслышал каждое слово из разговора двух японских офицеров.
На вершине холма пятачок земли совсем крошечный, оставайся они на позициях — непременно попадут под вражеский артобстрел. После пары кругов бомбежки никто не даст гарантии, что уцелеет хоть кто-то.
Благодаря череде верных приказов Вэнь Сань никто больше не смел подвергать его слова сомнению. Бойцы подхватили снаряжение и менее чем за минуту откатились в пещеру на обратном склоне холма.
Не прошло и трех минут, как до них донесся грохот разрывов. Японцы разворачивали орудия шустро: пристрелявшись, они быстро начали закладывать снаряды прямо по вершине холма.
В тот же миг взметнулись тучи пыли и дыма, во все стороны полетели комья земли, несколько участков окопов разворотило прямой наводкой. Окажись кто-нибудь в этот момент на позициях — жди верной гибели или тяжелого увечья!
Яростные взрывы следовали один за другим. Майор Тэнъюан рассуждал по-своему: раз на горе сидит целый пехотный батальон, значит, там яблоку негде упасть от народу, а раз так — нужно зачистить всю верхушку ковровым огнем, чтобы сжечь хотя бы половину супостатов.
Сравняв вершину с землей, японская артиллерия перенесла огонь дальше, и несколько снарядов брякнулись прямо на те каменные глыбы и вокруг них. Если бы не удачное место, выбранное Вэнь Сань, это создало бы серьезную угрозу и для них.
Лейтенант Мацуи, я придаю тебе еще один взвод, вы должны взять укрепление на вершине в кратчайшие сроки! — не дожидаясь окончания артподготовки, майор Тэнъюан отдал приказ на штурм.
Он действительно спешил проскочить этот узел, и если бы не смог перекрыть дорогу, его ждал бы суровый нагоняй от вышестоящего начальства.
Благодарю вас, господин майор, в этот раз ваш подчиненный выполнит задачу! — Мацуи отдал честь и, подхватив несколько десятков солдат, бросился вперед, штурмуя возвышенность.
Он хотел влететь на верхушку холма следом за затихающими разрывами, в самое первое мгновение, чтобы смыть с себя недавний позор.
Добавьте еще один залп из минометов, выиграйте для отряда Мацуи немного времени, — снова отдал приказ артиллеристам майор Тэнъюан. Для такого огромного холма пара лишних снарядов погоды не сделает, такой расход боеприпасов он вполне мог себе позволить.
Грохот на вершине не умолкал. Большинство бойцов Вэнь Сань сидели, опустив головы, зажав пальцами уши и приоткрыв рты — чтобы смягчить разрушительное воздействие чудовищной звуковой волны от взрывов.
Вэнь Сань же в это время прикидывал в уме количество выстрелов в серии вражеского обстрела. Среди грохота взрывов каждые пять-шесть ударов сменялись короткой паузой. Если считать это за один круг, то японцы успели перепахать вершину уже трижды — лупили на совесть, безжалостно.
Если бы на этой горе действительно окопался целый батальон, потери бы превысили половину состава, а то и больше. Несколько сотен человек на столь тесном пятачке — как ни прячься, осколки найдут всех. Разве что наверху были выстроены капитальные долговременные укрепления бункерного типа.
После очередных пяти раскатов взрывов Вэнь Сань резко распахнул глаза и от души хлопнул по плечу сидевшего рядом боевика:
Живее подъем, марш в окопы наверху, вражеская бомбежка вот-вот закончится!