Ань Су услышал этот вопрос Сайлисии и в душе засомневался.
Ничтожная ведьма довольно самовлюблённая...
Эта ситуация напомнила ему сказку о злой королеве, которая постоянно спрашивала у зеркала: «Кто на свете всех красивей?».
— Конечно, вы прекраснее.
И раздумывать тут нечего: ответь он, что прекраснее Святая Дева, ничтожная ведьма, чего доброго, сгоряча «переделала» бы его в новую игрушку.
— О-о, — уголки губ Сайлисии изогнулись в улыбке, вид у неё был весьма довольный.
— Святая Дева хоть и хороша собой, но это лишь пустая оболочка, её внутренний мир никогда не сравнится с госпожой Сайлисией.
Ань Су продолжил свою тактику.
Вот она — стратегия «Группы восхвалений»!
Столкнувшись с такой самовлюблённой и заносчивой женщиной, как Сайлисия, в душе которой, однако, живёт доля неуверенности, нужно пронять её «искренностью», пробить колючую скорлупу и пробудить её чувствительную, мягкую сторону.
Ань Су чувствовал, что рано или поздно она узнает о том, что он Избранник.
А раз уж ему так просто от этой ничтожной ведьмы не избавиться...
То, прежде чем это случится, он воспользуется возможностью «Гипноза», чтобы влиять на Сайлисию изнутри, чтобы ей становилось всё жальче его убивать!
И правда, выражение лица Сайлисии сразу стало ожидающим.
Она, словно ребёнок, заторопила:
— Тогда говори скорее! Что же во мне хорошего?
— Стремление к силе, неустанное движение вперёд, несгибаемая воля, которую не сломить никаким невзгодам.
Основываясь на своём знании Сайлисии, Ань Су дал ответ на высший балл.
— Святая Дева в сравнении с вами — всё равно что светлячок рядом с сияющей луной.
— Ваша сила и амбиции приводят меня в восторг, Орден Истинного Отзвука недостоин обладать вами, сковывать вас. Госпожа Сайлисия рано или поздно обретёт куда более широкую сцену, и мир станет свидетелем вашего блеска.
После этих слов Ань Су в комнате воцарилось долгое молчание.
Сайлисия от удивления приоткрыла рот. Она не ожидала, что в глазах Ань Су у неё такой прекрасный образ.
Бледные щёки её слегка зарделись. Она опустила голову, отводя взгляд от его застывшего, безучастного взора.
Очевидно, Сайлисия ещё не привыкла к тому, чтобы её уважали и ею восхищались.
— Я... — у Сайлисии вдруг возникло чувство, что она не оправдывает таких ожиданий. Она вовсе не так хороша, как сказал Ань Су.
В конце концов, кто знает себя лучше, чем ты сам? Может ли кто-то другой знать её прошлое лучше неё?
Из-за крови демонов в жилах с детства её называли не иначе как чудовищем, дьяволом, за ней охотились и её преследовали.
Устрашающая внешность, проявившаяся из-за грязной магии, стала её «первородным грехом».
Даже ребёнок из трущоб, увидев её, жалкую, прячущуюся под карнизом, смотрел со страхом и отвращением. И даже когда она стала «Первым боевым исполнителем» Ордена Истинного Отзвука, она прекрасно знала, что Орден терпит её лишь потому, что она полезна...
Становиться сильнее, ещё сильнее! Это стало её единственной движущей силой.
К «высоким идеалам» Ордена она была, по сути, равнодушна. Возрождение Древней магической империи и та эпоха сияющих звёзд были для неё необязательны. Она просто любила магию, потому что магия изменила её жизнь.
Сайлисия всё ещё помнила тот день, когда ей было восемь лет, когда она пробудила могущественную магию и убила членов церковного Отряда охотников на демонов...
Она и сама не заметила, с какого момента отбросила всю свою чувствительную сторону. Она осторожно жила в этом полном опасностей человеческом мире, и «сумасшедшая», «нелогичная», «непостижимая» стали её маскировочной окраской.
Но сегодня Ань Су разбудил какие-то тайны, глубоко запрятанные в её душе. Со смешанными чувствами она снова посмотрела на юношу перед собой.
Первая растерянность постепенно исчезла, и появилось беспокойство: она боялась, что это станет её слабостью.
Но и убить его по-настоящему было жалко.
Улыбка Сайлисии внезапно исчезла. Она холодно уставилась на Ань Су.
Нужно обязательно продолжать углублять психологическое внушение! Только тот, кто никогда не предаст, может дать ей чувство безопасности.
Игрушка никогда не предаст хозяина.
— Запомни: ты никогда не сможешь предать меня! Если я умру, ты не останешься жить. Лишь когда я ликую, ты будешь счастлив. Наши судьбы навеки связаны!
— Каждый день повторяй это про себя...
— Пока мой образ не отпечатается в самой глубине твоей души и не исчезнет вовек!
Ань Су пришлось продолжать притворяться, время от времени молча кивая.
Хотя гипноз Сайлисии на него совершенно не действовал.
Но на душе у него становилось всё мрачнее. Неужели так будет всегда, и его судьба навеки привязана к этой ничтожной ведьме?
Только не это...
Он вовсе не гнушался самой Сайлисии. На самом деле, до того, как она столкнулась с поворотным моментом в жизни, она неплохо относилась к своим подчинённым. К тому же она каждый день маячила перед ним, и внешность у неё была достаточно приятной для глаз...
Но!
Связавшись с Сайлисией, можно ждать только одной участи: быть уничтоженным Лагерем Избранных, у которых «полные ауры». Добро в конце концов победит зло...
Хотя сейчас он сам Избранник, скрытые слои этого мира очень глубоки, и боги, как тайные кукловоды, делают все усилия Сайлисии борьбой «против небесной воли».
Её участь, кажется, была предрешена с того момента, как она начала изучать запретную магию...
Мысленно вздохнув, Ань Су ещё больше укрепился в мысли со временем «соскочить». Рано или поздно он «взорвёт» отношения с Сайлисией.
Конечно, сейчас нужно ещё подыгрывать ей.
Об остальном — потом.
...
На этот раз «Гипноз» длился гораздо дольше, чем в прошлый.
Закончив углублять внушение, Сайлисия всё равно с тревогой задала вопрос.
— Ань Су, ты будешь мне верен?
Мозг Ань Су лихорадочно заработал. Раз он уже определился с её отношением, то не собирался давать заурядный, скучный ответ.
— Да, и нет.
— М? Почему? — Сайлисия слегка опешила. Она ткнула Ань Су в голову и в замешательстве пробормотала:
— Что за ответ? Неужели повреждение мозга от продолжительного гипноза? Уже заговариваться начал?
Однако Ань Су с крайней «искренностью» произнёс слова, идущие от самого сердца.
— Никто не обязан быть вечно верным другому, если только этот другой не обладает качествами, внушающими уважение и восхищение. Моя верность госпоже Сайлисии проистекает именно из этого.
— О... — Сайлисия поняла.
— Вот оно что. Я чуть не забыла, что ты не такой, как они, — улыбнулась она, глядя на Ань Су. — Ты ведь у нас чудак~
Сайлисия не сочла такой ответ оскорбительным и не почувствовала угрозы.
Потому что была очень уверена в том, что полностью контролирует Ань Су.
Однако эти слова заставили её глубоко задуматься...
Её учитель, старейшина Саманта, пользовалась огромным уважением в Ордене и, как исполняющая обязанности Магистра, который был вакантен уже сотню лет, вершила власть от имени Совета старейшин.
Это, безусловно, объяснялось её силой и опытом, но нельзя было сбрасывать со счетов и её искусство управления людьми: у неё было несколько сильных и верных последователей.
Каждый раз, когда она выходила из долгих затворнических медитаций, все эти сброды из Совета старейшин почтительно подчинялись, и никогда не случалось ничего подобного тому, что устроил сегодня старейшина Холл.
— Значит...
Сайлисия машинально покосилась на послушного Ань Су.
— Может, стоит относиться к нему получше?
«Гипноз» наконец закончился.
Ань Су мутным взором огляделся по сторонам, и его рассеянный взгляд постепенно прояснился.
— Я где...
Несколько мгновений он пребывал в замешательстве, словно только сейчас вспомнил, что находится в доме Сайлисии. Удивлённо глядя на ведьму, наблюдавшую за ним с лёгкой улыбкой, он спросил:
— Вы... что вы только что со мной сделали? Неужели опять?
— Ничего, — Сайлисия мягко улыбнулась. — Просто поболтали. Возвращайся. Насчёт Мэри не беспокойся, я за тебя заступлюсь.
Ань Су растерянно кивнул:
— Хорошо...