Сельская грунтовая дорога, ведущая из Яуматэй в Фаньлин. Во главе процессии ехал «мерседес» в кузове W116, а за ним следовали два автомобиля «Тойота Краун».
Чжан Гобинь сидел в машине, зажав в зубах сигарету. Глядя на еще не освоенные пейзажи Новых Территорий, он подумал про себя: «Вот это и есть цзянху».
Сорок лет в одно мгновение!
Еще вчера Чжан Гобинь был главным секретарем одного из канцелярий Гуандуна образца 2021 года. Он засиделся допоздна, дорабатывая протокол совещания, и славно скончался прямо на рабочем месте. Он никак не ожидал, что в мгновение ока перенесется в Сянцын 1980-х годов в параллельном мире.
Доббиться должности главного секретаря, выйдя из семьи простолюдинов, ему позволили всего три условия.
Талант! Талант! И еще раз талант!
А еще — предельная осторожность в словах и поступках. Осторожность, осторожность и еще раз осторожность.
Почему он верил, что это реальный мир? Да потому, что в доставшихся Чжан Гобиню воспоминаниях каждый образ, каждая эмоция неизменно отражали подлинность этого мира. Стоит лишь прикоснуться к подобным переживаниям, и у тебя не останется никаких сомнений в реальности происходящего.
……
«Бушуют волны…»
«Мчатся воды…»
«Бескрайние потоки речные не иссякнут вовек…»
В воспоминаниях.
Зарубив врага, Чжан Гобинь возвращался домой и включал на стоявшем у кровати магнитофоне песню «Берег Шанхая».
Собрав дань и сведя дебет с кредитом, он садился на диван и пролистывал «Уэсли» на страницах газеты «Мин пао».
……
Ныне самого популярного актера телевидения ТВБ звали Чжоу Юньфа, а главную героиню — Чжао Ячжи. Сериал «Берег Шанхая» побил рекорд ТВБ, собрав сорок два процента зрительской аудитории, и превратился в одну из двух непреодолимых вершин наравне с «Легендой о Кондорах».
Ни Куан выпустил в свет новое произведение из серии о Уэсли под названием «Волосы», вернувшись на стезю научно-фантастического творчества.
Джеки Чан только что покинул кинокомпанию Ло Вэя, подписал контракт с кинокомпанией «Голден Харвест» и выступил в качестве режиссера и сценариста боевика «Молодой мастер». Впервые отказавшись от старомодного стиля жестких единоборств, он заложил основы юмористического, комичного направления в боевых сценах. Особенной деталью в нем запомнился момент, когда герой, закончив бить противника, трясет руками и делает вид, что ему больно...
После выхода на экраны «Молодой мастер» с успехом побил рекорд кассовых сборов в истории сянцзянского кино.
Это была первая картина в Сянцзяне, чьи сборы превысили десять миллионов.
……
В эту эпоху бандитизм уже превратился в увядающий промысел.
Что же пользовалось наибольшей популярностью?
Кинематограф.
Недвижимость.
Финансы и производство. Но уж точно не бандами промышлять, торговать белым порошком, собирать дань за крышевание, держать подпольные игорные дома и заниматься незаконной контрабандой.
……
Сянцзян восьмидесятых. Есть два простых пути заработать большие деньги.
Путь первый: снимать кино.
Путь второй: заняться строительством.
Сянцзянская администрация объявила о «Программе строительства жилья для малоимущих» менее четырех лет назад.
Всеазиатско известный Большой Будда в монастыре Поулинь пока существует лишь в виде проекта… Из девяти линий метрополитена запущена только одна, а Западный тоннель, здание Банка Китая и небоскреб HSBC еще даже не утверждены.
Печально известная практика включения площадей общего пользования в общую продажную площадь еще не предложена.
Большая часть районов Коулуна и Новых Территорий оставалась неразвитой.
Если господин Ли сумел стать богатейшим человеком за счет недвижимости, почему он не может сделать то же самое?
С восьмидесятого по девяностый седьмой год — это восемнадцать лет стремительного взлета цен на недвижимость в Сянцзяне.
Однако зацикливаться исключительно на недвижимости слишком грязно. Не приносить никакой пользы народу — какой же ты после этого капиталист? Будучи капиталистом, надо оставаться патриотически настроенным.
Зачем ему вообще становиться главарем триады?
В легальном бизнесе перспективы куда лучше!
Ну что, шаг за шагом уходить из цзянху?
«Впрочем, нынешней церемонии повышения избежать не удастся. Церемония — лишь формальность, а авторитет, территория и положение Чжан Гобиня в цзянху уже и так достаточны».
«Если не пойти на церемонию сегодня, завтра меня зарежут сидящие в руководстве триады боссы. Не стоит сужать себе дорогу». Сейчас он и рад бы стать хорошим человеком, да только обстоятельства вынуждают временно поиграть роль старшего брата.
Машина подъехала к храму Саньшэн.
— Бинь-гэ.
— Приехал? — Младший мафиози подбежал к машине, распахнул дверь и почтительно поклонился.
— Угу, а где А-Гун? — Чжан Гобинь в строгом костюме вышел из автомобиля и гордо вскинул голову.
— Бинь-гэ, А-Гун и несколько старейшин ждут вас во внутреннем зале. — В этот момент к нему торопливой походкой направился А-Лэ, приближенный сидящего в руководстве босса Хэй Чая, и, сделав приглашающий жест рукой, произнес: — Сегодня вы — главный герой, все вас ждут. — Во взгляде А-Лэ читалось жгучая зависть: интересно, когда же он сам сможет занять столь высокое положение, как Тайцзы Бинь, который подмял под себя Яуматэй, помог триаде установить монополию на всей территории от Яуматэй до Монкока и стал авторитетом?
Бросив взгляд на пышную церемонию у ворот храма Саньшэн, Чжан Гобинь почувствовал, как сердце у него ушло в пятки: «Пло дело!»
«Триада слишком сильна, уйти из нее непросто!»
На площади перед храмом Саньшэн по обе стороны выстроилась рота из сотни музыкантов, дувших в сорны и бивших в бубны.
По краям возвышались два двухметровых барабана, в которые изо всех сил колотили четверо атлетов с повязанными на головах красными лентами и обнаженными торсами, подстраивая удары под меняющуюся мелодию.
Посреди площади кружились, совершали прыжки и разыгрывали сценки нападений и шутливой борьбы четыре зеленых дракона и шестнадцать пар львов.
Вдоль горной тропы, уходящей вниз от площади храма Саньшэн, за двумястами с лишним праздничными столами уже расселись мелкие мафиози из различных банд и фракций.
Глядя на грандиозное и вычурное торжество по случаю повышения, Чжан Гобинь впервые отчетливо осознал всю мощь Хойихай.
В сопровождении Бо Большого, Адвоката Чана и Мяо из Дунгуаня он вместе с А-Лэ вошел во внутренний зал. Едва завидев его, А-Гун расплылся в улыбке и тут же представил новоприбывшего сидевшим рядом боссам: — Господа, это и есть наш нынешний любимец в Ихае, гремящий на весь Сянцзян Тайцзы Бинь.
Главари из Синъи, Хэшэнхэ и других банд устремили на него взоры.
На их лицах читалось неприкрытое одобрение.
Чжан Гобинь же мысленно взвыл: «А я вовсе не хочу быть всеобщим любимцем».
Сто ступить в цзянху — и увязнешь по самую макушку, с той поры судьба уж не твоя. Таковы законы цзянху: войти туда легко, да выйти трудно, одна нога в раю, а другая в аду. Боссы заседают в тишине своих палат и со смехом наблюдают, как молодежь сражается не на жизнь, а на смерть, но много ли среди новичков тех, кто понимает эту истину?
Палка «красный шест» принадлежит всему цзянху, и повышение до этого ранга требует обязательного присутствия свидетелей из других банд.
Церемония повышения началась.
……
«Нож этот — меч Хунмэнь, а палка — шест Дракона и Феникса. Ступивший в наш город Муян отныне принадлежит семье Хун!»
«В год Гэншэнь, в месяц Гэнчэнь, в день Гэнсюй братство Хунмэнь вновь открывает алтай благовоний. Ныне мастер благовоний Гань Чжун, глава алтая Хэй Чжай и служанка Вэнь Цзюнь проводят церемонию повышения для учеников нашего Ихая. Прошу всех павших героев нашего братства Хунмэнь быть свидетелями!»
«Ихай испокон веку принадлежит Хунмэню, пройдя пять застав, мы получаем славу Хун, уже шестьдесят лет мы равны небесам, окрасив весь мир в красный (хун) цвет!»
……
«Час настал! Братья, вводите коней в город!»
……
Тайцзы Бинь, Бо Большой и Мяо из Дунгуаня подняли пучки благовоний высоко над головами.
— Любишь ли братьев и сестер, любишь ли золото?
— Люблю братьев и сестер!
— Ищешь ли высоких чинов и богатства, ищешь ли верности и долга?
— Ищу верности и долга!
В этот момент сидящий в руководстве босс Хэй Чжай лично выступил в роли распорядителя ритуала. Облаченный в длинное черное одеяние, он подошел к алтарю, взял меч Хунмэнь и, подняв его над головой, плашмя ударил им по спинам Чжан Гобиня, Ли Чэнхао и Мяо Ишуня, сурово вопрошая.
Завершив обряд, Чжан Гобинь, Ли Чэнхао и Мяо Ишунь вышли из внутреннего зала, сжимая в руках красные деревянные шесты, соломенные лапти и белые бумажные веера, символизирующие сдачу трех экзаменов на ученые степени.
— Ученик Яуматэя из братства Хунмэнь Ихай Чжан Гобинь официально назначается на должность красного шеста ранга 426, возвысьтесь!
— Ученик Яуматэя из братства Хунмэнь Ихай Ли Чэнхао официально назначается на должность бумажного веера ранга 415, возвысьтесь!
— Ученик Яуматэя из братства Хунмэнь Ихай Мяо Ишунь официально назначается на должность соломенных лаптей ранга 432, возвысьтесь!
Церемония повышения подошла к концу.
Хотя сдавших три экзамена на ученые степени возвысили впервые и между ними существовало старшинство по положению, все они стали верхушкой триады. Бумажные веера и соломенные лапти отвечали за помощь красному шесту в управлении делами филиала.
На сей раз Адвокат Чан повышение не проходил.