Как же больно!
Чёрт… до смерти больно!
С того самого момента, как пуля пронзила тело, жгучая боль не прекращалась ни на миг.
В первую секунду ему хотелось закричать, чтобы выпустить эту боль наружу.
В детдоме его однажды жестоко избили палкой надзиратели.
Сейчас он чувствовал примерно то же самое.
Не верилось, что такая крошечная пуля способна нанести такой удар.
— Хе-хе…
Но сейчас он мог только смеяться.
Особенность «Смеющегося человека» заставляла его сохранять спокойствие и не позволяла ни выругаться, ни закричать рефлекторно.
Даже если он хотел кого-то обругать, приходилось выражать это полными предложениями, словно разговаривая сам с собой в голове.
Разумеется, такое «ругательство» не могло облегчить его боль и ярость.
Люди из особняка, ворвавшиеся в комнату виконта, вытащили его и Айлу и развели по разным помещениям.
Его заперли обратно в темницу, а Айлу — где-то наверху.
Никто не оказал ему никакой первой помощи.
В их глазах он был лишь наглецом, посмевшим приставать к хозяйке.
Его бросили на холодном каменном полу, предоставив самому себе.
Он не мог оправдаться.
На их глазах он протянул руку и коснулся груди виконтессы, да ещё и под одежду…
Его не казнили на месте только потому, что нужно было срочно заняться раненой хозяйкой.
Пол был залит его кровью.
Он лежал в луже крови, балансируя на грани жизни и смерти.
Ну как можно было додуматься заслонять своим телом пулю?
Поделом! Хотел поднять уровень симпатии — и чуть не угробил себя!
Ему даже захотелось отвесить себе пощёчину.
В Игре, даже если осталось всего 1 очко жизни, можно победить, выполнив задание.
Вернёшься в лагерь или найдёшь персонажа-целителя — и здоровье восстановится полностью.
Но реальность — не Игра.
Когда остаётся всего 1 очко жизни, это означает, что ты при смерти.
Сейчас он сидел в углу темницы, в одиночку сражаясь со смертью.
Он изо всех сил старался не терять сознание.
Если в такой момент заснуть, скорее всего, конец.
Заснёшь — замедлится обмен веществ, а вместе с ним отключатся и системы жизнеобеспечения.
Поэтому, как бы ни было больно и плохо, он должен был держаться.
— Идиот! — выругал он себя мысленно.
— Особняк из пролога третьей части? Знакомое место.
— Виконт Энаис Бергсон? Я знаю, кто ты.
— И я знаю, что случится сегодня ночью.
— Спасу её — и получу симпатию? Легко.
Если бы он действительно хотел получить спонсорство аристократа, следовало бы действовать осторожнее и подходить с большим смирением.
Если бы он относился к этому как к вопросу жизни и смерти, нужно было действовать сразу, как только ворвался в дверь, хотя бы сломать Пьеру ноги.
Но он этого не сделал.
Он недооценил того, кого нужно было убедить, и преуменьшил потенциальную угрозу.
Он знал, что заставило его потерять бдительность.
И дело было не только в самоуверенности стотысячного стримера.
«Смеющийся человек».
Эта проклятая врождённая особенность.
Даже получив шесть пуль, благодаря ей он мог спокойно думать о том, как лечить виконтессу.
Но улыбка ещё и расслабляла бдительность, порождала странную самоуверенность.
Короче говоря, не давала ему ощутить напряжение.
Говорят, улыбка вызывает выброс дофамина?
Если так подумать, «Смеющийся человек» — пугающая особенность.
Дофамин называют сильнейшим наркотическим обезболивающим.
Он фактически всё время находился под кайфом.
С того момента, как он попал сюда, он погрузился в роль «Эдстана», говорил как во сне, действовал инстинктивно.
Теперь, оглядываясь назад, он понимал, что все его поступки за последние четыре дня были странными.
И то, что случилось в лагере, и то, что произошло в особняке, — всё было как в полусне.
Он оказался в совершенно другом мире, но не испытал ни положенного шока, ни страха.
Серьёзно, это же не пафосный боевик, с чего бы ему, попав в этот жуткий мир, быть таким невозмутимым?
Да, его жизненный опыт был необычным, но в конце концов он был просто обычным современным человеком.
Играть в игру на жизнь и смерть в игровом мире, но всё это время относиться к ситуации с таким спокойствием.
Это было чистое безумие!
И только оказавшись на грани смерти, он осознал:
особенность «Смеющегося человека» уже незаметно нарушила его нормальное мышление.
Если продолжать, как в последние дни, погружаться в роль, развитие событий станет неконтролируемым.
Как будто смотришь телешоу.
Он будет глупо улыбаться, бежать по дороге к смерти.
Если не очнуться, в следующий раз он действительно умрёт.
Хе-хе, в следующий раз…
Будет ли у него «следующий раз»?
Хотя «Смеющийся человек» почти не давал ему чувствовать боль, это не значило, что раны заживали.
Его жизнь стремительно утекала.
Особенность: Быстрая свёртываемость крови
Область применения: Кровеносные сосуды
Эффект: При кровотечении из-за ранения ткани вокруг сосудов быстро затвердевают, замедляя потерю крови.
Затраты: [Очки эволюции 2]
С помощью этой наспех собранной способности он кое-как удерживался на плаву, но все остальные его характеристики были такими же, как у обычного человека.
Без своевременного лечения ему было трудно выжить.
Нет, даже если ему чудом удастся выжить…
Что, если виконтесса умрёт?
Тогда всё пропало.
Провал задания — это полбеды.
Люди в особняке его не пощадят.
* Оригинальное задание — Спонсор
Условие выполнения: Получить спонсорство от виконта Бергсона.
Награда за успех: [Очки эволюции +50]
Наказание за провал: Нет
Задание ещё не отображалось как проваленное, значит, виконтесса жива.
Но по напряжённой атмосфере среди солдат было видно, что она ещё не пришла в сознание.
Нет, может быть, она уже никогда не очнётся.
Может быть, помощь опоздала.
Если виконтесса умрёт, как он докажет, что сделал это, чтобы спасти её?
— Быстрее! Быстрее!
Сверху донёсся шум.
Что случилось?
Звук приближался, группа людей направлялась к темнице.
Эдстан, опираясь на кровать, с трудом приподнялся и сел.
Даже умирая, он хотел сопротивляться.
Он будет бороться до последнего.
Но тело уже не слушалось.
Рука, которой он опирался о стену, соскользнула, и он тяжело рухнул на пол, залитый кровью.
В этот момент дверь темницы распахнулась.
— Хе-хе-хе…
В окружении людей Эдстан потерял сознание.
Во сне он увидел финал пролога третьей части — уровень «Особняк виконта Бергсона».
###
— Ты спрашиваешь, зачем я хотел убить свою племянницу? Потому что… я получил предложение, от которого не смог отказаться.
— Что за предложение?
Пьер не ответил, а открыл медальон.
Внутри лежала фотография девушки.
У девушки были такие же каштановые волосы и похожие черты лица, как у Пьера.
— Они сказали, что смогут воскресить мою умершую дочь.
— Месье Мопассан… — Рыцарь с сожалением вздохнул.
Разбойник с сочувствием посмотрел на него.
За всё время их приключений такие сделки никогда не кончались добром.
Самобичующая улыбка на лице Пьера подтверждала, что их догадки верны.
— Ради этого я растратил средства Торговой Гильдии и спонсировал их. Я помог им построить алтарь для воскрешения мёртвых.
— И что потом?
— Поскольку я не убил Энаис, я пошёл к ним. Сказал, что если так продолжится, то ваши дела рано или поздно раскроются, и нужно придумать, как исправить положение. Но они велели мне не беспокоиться, сказали, что они — старые знакомые Эдстана. Пока Эдстан контролирует виконтессу, никто им не помешает. Они были правы.
Пьер вздохнул, в голосе звучало раскаяние.
— В итоге меня просто выгнали из совета директоров, без упрёков и претензий. Тело и душа той девочки уже были под контролем Эдстана. Нет, возможно, из-за моего предательства она стала ещё сильнее зависеть от того чёрного мага…
Пьер посмотрел на тело племянницы и вздохнул.
— А ваша дочь… что с ней стало в конце?
— Они сдержали обещание. Примерно через год они вернули мне дочь. Но она… хоть и выглядела как моя дочь, уже не была ею… Каждую ночь в деревне дохла скотина без причины, на людей часто нападали… Ах, я был так глуп! Я делал вид, что не замечаю… Хотя в душе всё понимал… Но я не мог отрицать, что моя дочь вернулась…
Пьер вытер слёзы.
Рыцарь дрожал от ярости, вызванной злодеяниями негодяев;
добросердечный разбойник покраснел от этого печального рассказа;
спокойный волшебник лишь слегка нахмурился.
Пьер перевёл дыхание и заговорил спокойным голосом:
— В последнее время, включая мою племянницу, все по всему миру, кто принимал «помощь» Эдстана, превращались в монстров.
— Да, мы тоже слышали об этом, поэтому и пришли расследовать.
— Вы знаете, почему?
— Мы ещё не знаем…
— Тот алтарь воскрешения мёртвых, о котором я упоминал, принадлежащий друзьям Эдстана… Я слышал, что остров, на котором он находится, снова активизировался.
— Воскрешение мёртвых… Неужели…
— Именно. Боюсь, что чёрный маг уже вернулся или находится на пути к возвращению.
Разбойник скрежетнул зубами: — Прямо нечистая сила!
— Отправляйтесь во Фроланд! Там вы услышите более подробные новости.
— Спасибо за информацию, месье Мопассан.
— Но… — Пьер замешкался, словно приняв решение. — У меня есть просьба.
— Какая?
— Моя вилла находится к северо-западу от Фроланда. Моё… чудовище в облике дочери заперто в подвале. Убейте её, прошу вас.
Последние слова он почти выдавил из горла.
Герои, хоть и не пережили такого сами, могли представить, что чувствует отец, просящий убить собственную дочь.
— Мы поняли…
[Побочное задание — Воскресшая дочь активировано]
— Тогда ступайте.
— Месье Мопассан, сейчас в особняке небезопасно, вам лучше пойти с нами…
— Щёлк!
Пьер достал из-за пазухи револьвер.
— Я всегда ношу с собой оружие для защиты. Не беспокойтесь обо мне.
Видя решимость Пьера, герои больше не уговаривали и покинули особняк.
Они пришли сюда, чтобы сразиться с монстром, но не ожидали услышать столь важные новости.
Алтарь воскрешения мёртвых.
И возрождение Эдстана.
— Нам нужно во Фроланд.
— Если Эдстан действительно воскрес…
— Тогда мы его уничтожим.
Герои покинули особняк.
Когда они окончательно ушли,
со стороны особняка раздался выстрел.
Бах!
Всего один.
А затем в особняке воцарилась полная тишина.