— Нет, я не толкал, я никого не толкал! — кричал он, сжавшись в комочек и изо всех сил оберегая собственные руки.
Для него эти руки были самым дорогим на свете. Он должен был играть ими множество прекрасных фортепианных мелодий — тех самых... которые так любила Сяо Цзинь.
Когда подоспевшие взрослые заметили неладное и ратащили детей в стороны, Хао Цзифэй уже был весь в синяках и с разбитым носом.
Глава 2145