Мужчина договорил и посмотрел на неё, словно пытаясь отыскать на её лице какой-то ответ.
— Что в конце концов произошло вчера? Такая сильная гроза, вы двое дрались под дождём, а он взял и… избил тебя до полусмерти?
На лице мужчины застыло выражение крайнего изумления.
Она потёрла голову, вспоминая всё, что произошло накануне. Вчера у неё начались критические дни, живот невыносимо болел, лицо побелело, а на лбу выступили крупные капли пота. Боль внизу живота была такой сильной, что она невольно согнулась пополам.
Лицо даже исказилось от боли. Хозяйка, старшая сестра Лян Ли, видя, как ей тяжело, посоветовала пораньше уйти домой и отдохнуть, поэтому она отпросилась с работы на два часа раньше обычного.
Вернувшись домой и обнаружив, что там никого нет, она подумала: куда же подевались свекровь и Лю Дачжи?
Она быстренько заварила большую чашку воды с бурым сахаром, легла на кровать и прислушалась к раскатам грома за окном — судя по всему, собирался сильнейший ливень.
Когда она уже в полудрёме почти заснула, раздался звук открывающейся двери, и до неё донеслись голоса Лю Дачжи и свекрови.
— Говорю тебе, дождь как начал лить, так сразу. Хорошо, что мы только добрались домой, как хлынуло.
Свекровь, стоило ей закончить трапезу и отодвинуть миску, только и знала, что бегать из дома в дом по соседям.
Услышав, как свекровь и Лю Дачжи произнесли её имя, Сюй До открыла глаза. Голоса беседующих доносились в комнату урывками.
— Дачжи, мне кажется, Сюй До в последнее время ведёт себя как-то странно. Теперь она уже открыто спорит с нами и перестала быть такой работящей, как раньше. Полагаю, долго в нашем доме она не задержится. В конце концов, ты же не сможешь притворяться хромым всю жизнь? Если она узнает, боюсь, тут такое начнётся — дом вверх дном перевернём.
Голос свекрови просачивался сквозь щель в двери. Сюй До, слушая это в полусонном состоянии, пережила сильнейший шок и поспешно, соблюдая осторожность, встала с кровати, прижавшись ухом к полотну двери.
Она хотела услышать, о чём толкует эта парочка мать и сын. Лю Дачжи притворяется хромым? Боже мой, да она ведь ни о чём подобном даже не догадывалась!
С каких пор он начал притворяться хромым? Неужели с самого начала? Разве Лю Дачжи не говорил, что его нога, возможно, останется покалеченной на всю жизнь и уже никогда не заживёт? Что здесь вообще происходит? Её сердце колотилось, как барабан, она затаила дыхание и продолжила подслушивать.
— Нужно придумать способ, чтобы эта женщина как можно скорее добыла для нас побольше денег. К тому же надо признать, бабёнка-то оказалась весьма способной, — донеслось из-за двери шуршание голоса свекрови.
— Если она узнает, что ты всё это время притворялся хромым, то уж точно не оставит всё просто так. Мне даже смотреть тошно, как ты изо дня к дня разыгрываешь этот спектакль. К счастью, днём она на работе, но так или иначе, рано или поздно правда выплывет наружу.
Сегодня она вернулась с работы пораньше, а Лю Дачжи со свекровью даже не заметили её прихода, полагая, что она ещё на смене.
— Если бы тогда я не расписал травму ноги в таких красках, стала бы молодая цветущая девушка связываться со мной? Я хотел, чтобы её мучила совесть, чтобы она чувствовала себя передо мной виноватой.
Тогда Цюй Сян упорно скандалила и требовала развода. Цюй Сян ушла, и что бы стало с этим домом?
Таотао и Яньян были ещё совсем малы, а ты уже в возрасте. Даже если бы моя нога не была повреждена окончательно, дома я никакой тяжёлой работы выполнять не смог бы. В таком положении я и машину больше водить не способен, к тому же моя нога пострадала тогда именно из-за того, что я спасал её. Вот я намеренно и сгустил краски, чтобы она добровольно пришла в нашу семью искупать вину и отплатить за добро.
Голос Лю Дачжи пробивался сквозь щель, и каждое слово падало на её сердце тяжёлым молотом, разбивая его вдребезги, уничтожая душу.
— По-моему, нужно срочно оформить с ней официальный брак. Как раз эта бумажка и привяжет её к нам. Без неё она уйдет, когда захочет, и ты ничего не сможешь поделать.
— Мам, ты абсолютно права. Она уже несколько раз заводила со мной разговор о том, чтобы получить свидетельство о браке. Раньше она была несовершеннолетней и не могла его оформить, но на днях мы обязательно сходим и распишемся.
— Все эти два года я не спешил регистрировать отношения лишь потому, что боялся: такая способная и красивая женщина, даже если сначала и прониклась жалостью или захотела отблагодарить, вряд ли надолго задержится в нашем доме.
А вот когда мы получим штамп в паспорте, я буду считаться разведенным. Если она вдруг сбежит, боюсь, я больше никогда не найду себе жену — третий брак, к тому же хромота и двое детей на руках, кто после такого пойдет за меня?
Кто бы мог подумать, что она проживёт у нас целых четыре года? Судя по всему, она женщина основательная и действительно хочет жить со мной нормальной жизнью.
Мать и сын снаружи продолжали неспешную беседу.
Они даже не подозревали, что в комнате Сюй До до боли сжала кулаки, её верхние и нижние зубы непрерывно стучали друг о друга, а всё тело дрожало от мелкой дрожи.
— Дождь разыгрался не на шутку. Скоро пойду встречать Сюй До с работы, она ведь зонт не взяла, а после того выкидыша её здоровье так до конца и не восстановилось.
— И в кого же ты такой бесхребетный уродился? Женщин нельзя баловать, по-моему, она совсем распустилась именно из-за твоего баловства.
Сюй До отчётливо представляла себе, как старая карга кривит рот, косит глаза и изрыгает эти злобные слова.
— Хватит уже. А Цюй Сян тогда упрямо добивалась развода исключительно потому, что вы с ней дня не могли ужиться под одной крышей. Каждый раз, когда Цюй Сян возвращалась к родителям, ты устраивала ей личный досмотр и обыск, боясь, что она утащит из дома что-нибудь в родительский дом. Да кто на её месте стерпел бы такое? Неудивительно, что у Цюй Сян за столько лет накопилось столько злости и она во что бы то ни стало решила со мной развестись.
— Да эта семейка нищих родственников Цюй Сян у меня в печёнках сидит, только глянешь — уже тошно. На свадьбу никакого приданого не дали, а всё норовили из нашего дома добро унести — и не мечтай! Даже спички ей не позволялось унести к родителям.
И слава богу, что она ушла! Разве у неё есть такие таланты, как у Сюй До? Сотня таких, как Цюй Сян, не стоит одной Сюй До.
За четыре года Сюй До заработала для нашей семьи сорок-пятьдесят тысяч юаней. И твоему младшему брату дом построили, и у твоего зятя появился стартовый капитал для бизнеса. А теперь нужно лишь заставить её пахать ещё усерднее, чтобы в следующем году мы смогли купить большую квартиру и стать настоящими горожанами, раз и навсегда забыв об этой городской деревне.
Старческий, похожий на разбитый медный таз голос старухи вновь вливался в уши Сюй До.
— Ты же сам вечно придирался к Цюй Сян, вот она и не выдержала, бросила меня с детьми и наотрез отказалась оставаться, сбежала на заработки. С Сюй До ты ведёшь себя точно так же, смотри мне, как бы и её не выжить!
Если бы не мой героический поступок, когда я отбил её у двух отморозков, при этом сам пострадал от ударов железной арматуры по ногам, разве стала бы такая красивая девушка жить со мной? И с каким же облегчением я тогда оформил развод с Цюй Сян — да только потому, что влюбился в Сюй До!
Мам, давай впредь следи за своим тоном! Неужели нельзя относиться к ней чуточку лучше, хотя бы ради того, сколько денег она приносит в наш дом? Хватит ставить меня меж двух огней.
Если ты и вправду вынудишь Сюй До уйти, я ведь останусь холостяком до конца дней своих. Во всяком случае, я на это не согласен, и отпускать её не собираюсь.
Наш дом не может без неё обойтись. Подумай сама, за эти четыре года кто из знакомых не хвалил меня за то, что я отхватил такую красивую и работящую жену? Кто не завидует мне лютой завистью? К тому же она невероятно способна, это же настоящее божество богатства, а не женщина! Мам, больше никаких фокусов с твоей стороны!
— Тьфу, глянуть противно на твоего жалкого увальня, словно отроду баб не видал! — пронзительный голос старухи взлетел на несколько десятков децибел.
В этот момент Сюй До внутри комнаты ощутила страшный холод во всём теле, казалось, вся кровь устремилась ей прямо в голову. Но мало того, что в голову — внизу живота кровь хлестала подобно источнику. Она поспешно бросилась в ванную, чтобы привести себя в порядок.
Она до боли закусила губу — казалось, её собственные зубы способны раздробить её в кровь. Одна за другой вспышки страшных молний полосовали её изнутри. Услышав слова этого мерзавца за дверью, она была готова выскочить наружу, схватить палку и снова переломать ему проклятую ногу.