— У уйгуров такие имена, посмотри на себя, не видел жизни.
— Шэнь Цзинбай, ты действительно бессердечный. — Ань Инхэ с обиженным лицом собрал свою аптечку и отошел в сторону.
Дарба, глядя на их перепалку, с понимающим видом поспешил покинуть это место.
Отдохнув, они продолжили путь. У Шэнь Цзинбая жар так и не спал, но сколько бы Ань Инхэ ни уговаривал его остаться, тот отказывался.
— Ты можешь идти, но на оставшемся пути тебе придется заботиться о себе самому. Я пришел спасать людей и не хочу, чтобы ты создавал мне проблемы.
Шэнь Цзинбай тут же согласился:
— Не волнуйся! Я в отличной форме, уж точно не доставлю тебе хлопот, кхм-кхм.
— Ладно.
Ань Инхэ, хоть и был резок на словах, но в руках у него дело спорилось. Откуда ни возьмись, он достал грелку и сунул ее в руки Шэнь Цзинбаю.
— Держи. В последние дни стало прохладно, боюсь, как бы ты не заболел и не задержал меня.
— Добро. — Шэнь Цзинбай чуть не светился от радости.
Ань Инхэ, задремав в повозке, проснулся от холода. Неизвестно, сколько времени прошло.
Сейчас было лето, самые жаркие дни в году.
Шэнь Цзинбай снял с себя куртку и накинул ее на Ань Инхэ, а грелку положил ему на тело.
— Ты что делаешь? — спросил Ань Инхэ.
Тот ответил:
— На границе температура ниже, ты одет легко, как бы не заболеть.
Ань Инхэ стянул с себя куртку и вернул ее:
— Лучше надень сам. Я тебе нужнее.
— Кхм-кхм, ничего, я все-таки мужчина, носи ты. Дарба, сколько еще осталось?
Дарба просунул голову внутрь:
— За поворотом уже будем. Если вам холодно,…
Глава 36