Чэн Жань стояла у дверного проёма машины, бросила взгляд на юношу, а затем, повернув голову вбок, увидела, что водитель за рулем мертв, а женщины на пассажирском сидении и след простыл.
Обернувшись обратно, она посмотрела на сидевшего на заднем сиденье юношу и холодно бросила: — Не выйдешь, хочешь заживо сгореть?
Цзи Синнянь не шелохнулся, лишь тяжело вздохнул: — Я бы и рад.
Он поднял руку и указал на черный ошейник у себя на шее, на котором время от времени вспыхивали цифры красного цвета: — Эта штука запрограммирована. Если я выйду из машины, меня разорвет на куски, и я умру так, что хуже некуда.
Чэн Жань бросила на него мимолетный взгляд, цокнула языком, а ее изящные брови и глаза выражали крайнее раздражение: — Тебя послали следить за людьми, а в итоге поймали самого. Неплохо устроился.
С этими словами Чэн Жань взмахнула рукой.
Парящие вокруг нее в воздухе частицы, источающие синеватое свечение, стремительно устремились к ошейнику юноши.
Синие частицы олепили черный ошейник, и цифры на табло начали хаотично прыгать.
То появляясь, то сменяясь черным экраном, устройство выглядело так, будто подхватило вирус.
Спустя добрый десяток секунд Чэн Жань, чья рука безвольно висела вдоль тела, слегка согнула указательный палец.
Щелк! Тяжелый черный ошейник расстегнулся.
Цзи Синнянь тут же небрежно сорвал его, повертел в руке, окинул презрительным взглядом и брезгливо отбросил на соседнее сиденье машины.
Освободившись от пут, Цзи Синнянь мгновенно выпрыгнул из автомобиля, действуя чисто и решительно: — Попасться — чистая случайность.
Юноша принялся оправдываться: — Вообще-то я шел по обочине и думал найти удобное место, чтобы залечь и понаблюдать, но не успел и глазом моргнуть, как эта старая карга меня узнала и вколола снотворное.
Закончив говорить, Цзи Синнянь протянул руку и потрогал себя за шею: из-за того, что ему пришлось долго носить тяжелое приспособление, кожу натерло до красноты, и она слегка саднила.
Чэн Жань пристально смотрела на шею Цзи Синняня, ее взгляд слегка потемнел.
В машине за спиной юноши огонь разгорался все сильнее, треща и потрескивая так, будто она собиралась взлететь на воздух.
Заметив это, Чэн Жань бросила туда взгляд, подняла руку и щелкнула пальцами в воздухе.
В тот же миг...
Полыхающий автомобиль мгновенно потух, а вместо этого весь его кузов покрылся толстым слоем инея.
Словно он долго стоял на зимней дороге под падающим снегом.
Почувствовав за спиной внезапный холод, Цзи Синнянь обернулся и увидел полностью заиндевевшую машину.
Кузов был усыпан белым пушистым инеем, точно на него нанесло сугробы, и внутри салона творилось то же самое; от одного взгляда на нее стоявшему рядом парню становилось зябко.
Цц.
Его старшая сестра Жань по-прежнему невероятно крута.
Потушила пожар за секунду.
Да из этого снега даже мороженое на палочке можно наморозить.
Чэн Жань молча проигнорировала полный благоговения взгляд Цзи Синняня, сунула руку в карман брюк и неторопливо произнесла: — В следующий раз, прежде чем действовать, убирай у этой женщины оружие, которое при ней. Слишком много хлопот.
Девушка пошарила в кармане брюк, после чего неспешно извлекла пачку сигарет.
Открыв пачку, она слегка качнула ее, так что одна сигарета чуть выдвинулась наружу, и зажала ее зубами.
К кончику сигареты тут же устремилась крошечная синяя точка света, медленно превращаясь в красную.
Кончик сигареты вспыхнул, и в воздух потянулись тонкие струйки белого дыма.
Юноша наблюдал за этим со стороны, и восхищение с завистью в его глазах стали еще глубже: — Но ведь такое оружие создано специально против нас, с ним не так-то просто справиться.
Если бы не то спасительное приспособление, эта старая карга, пожалуй, тоже осталась бы лежать мертвой в машине.
Чэн Жань затянулась, а затем медленно выдохнула, и белые клубы дыма заструились вокруг нее.
В дымке мерцали мириады синих световых частиц, выглядя весьма жутко.
Девушка бросила коротко: — Тогда держись подальше. Она справится и одна.
— Пошли, завтра еще нужно идти на регистрацию.
Произнеся это, Чэн Жань сунула одну руку в карман брюк, а другой зажала сигарету и, обогнав Цзи Синняня, продолжила путь вперед.
Цзи Синнянь с пару секунд молча смотрел на спину Чэн Жань, затем обреченно вздохнул, тоже засунул руки в карманы и поплелся следом.
Однако не успел он сделать и двух шагов, как почувствовал, что позади что-то не так.
Он резко развернулся и уставился на скалистый поворот дороги неподалеку.
У подножия горы не было фонарей, и все вокруг утопало в непроглядной тьме.
Цзи Синнянь не спешил отводить взгляд; прищурившись, он вглядывался в темноту добрых несколько секунд.
Наконец он хмыкнул, крутанулся на каблуках, а в глубине его глаз мелькнула убийственная вспышка.
Сделав пару быстрых шагов к Чэн Жань, он тихо проговорил: — Тот штатский нас видел, прикончить его?
В то же самое время Лу Чэнъюй одной рукой уперся о скалу, слегка откинувшись назад и скрываясь в тени. Взгляд его был мрачен, и по нему невозможно было прочитать никаких эмоций.
Чэн Жань давным-давно знала, что в той стороне кто-то есть, и шага не замедлила: — Не нужно.
Оба постепенно удалились.
Лу Чэнъюй еще некоторое время стоял на месте, прежде чем выйти из-за скалы.
Шагнув к обочине и оглядевшись, он обнаружил, что на дороге и след простыл от тех двоих, а под уличным фонарем одиноко стоял лишь фургон, врезавшийся в каменную стену.
В этот момент к нему подкатил оранжевый спорткар и остановился рядом.
Позади спорткара показался черный седан с телохранителями.
Сун Ли сидел за рулем спорткара и окликнул его: — Лу-гэ, на что ты пялишься? Садись в машину, едем назад.
В этой глухомани и ночлега толком не сыщешь.
Его только что хорошенько тряхнуло током, руки и ноги сводило от онемения, и ему пришлось изрядно постоять на месте, пока тело наконец не отошло, после чего он сразу же пригнал машину.
А вот кое у кого, кто отвечал за подачу питания, не проявилось ни малейших признаков удара током, энергии хоть отбавляй, да еще и шататься везде может — до того бодрый, что у него даже закрались сомнения: не приснилось ли ему всё это минуту назад?
Лу Чэнъюй отвел взгляд от дороги впереди, опустил глаза, пряча затаенную в их глубине мрачность, и ничего не ответил.
Сделав пару шагов, он открыл дверь заднего сиденья спорткара и забрался внутрь.
Убедившись, что спутник устроился удобно, Сун Ли тронул машину с места.
Не успели они проехать и сотен метров, как фары спорткарана выхватили из темноты стоявший на обочине фургон.
Фургон врезался в скалу, и слабый свет уличного фонаря падал прямо на него.
Заметив это, Сун Ли невольно округлил глаза от изумления: — Разве этот фургон не только что оттуда ехал?
Вот ведь черт, стоило приехать — и сразу в каменную стену.
Самое странное, что вокруг машины не было ни души.
Одолеваемый смутными сомнениями, Сун Ли продолжил движение.
Когда спорткар проезжал мимо врезавшегося в скалу фургона, из-за узости дороги пришлось сбавить скорость.
И в этот самый миг на них пахнуло ледяной волной.
Темные глаза Лу Чэнъюя тоже устремились в сторону фургона.
При тусклом свете фонаря он отчетливо разглядел сидящего за рулем мужчину: тот был спло F покрыт белым инеем, глаза закрыты, губы побелели.
Задняя дверь фургона сорвана с петель и валялась на земле.
Весь кузов пестрел бесчисленными дырами, напоминая осиное гнездо.
Словно его изрешетили градом пуль.
А на каменной стене прямо перед капотом фургона зияла огромная вмятина.
Казалось, туда врезался какой-то массивный предмет.
Но она была до смешного гигантской — почти с размеры всего корпуса фургона.
Такое повреждение явно не могла оставить обычная машина.
Сун Ли тоже все разглядел и, осторожно миновав фургон, проехал еще какое-то расстояние, прежде чем затормозить.
Он резко обернулся, в ужасе уставившись в сторону фургона: — Лу-гэ, ты это видел? С той машиной явно что-то не так.
Голос Сун Ли помимо его воли дрожал.
Умереть в автокатастрофе от взрыва или пожара — это нормально.
Но с каких пор от дорожной аварии сотрясается земля, на скале образуется кратер больше самого фургона, да вдобавок машина покрывается инеем, а водитель насмерть замерзает?
На дворе же начало сентября, самый зной.
Откуда в машине взялся снег?
Жуть какая-то!
Лу Чэнъюй не обернулся и холодно бросил: — Не твое дело, поехали назад.
Заметив странное выражение лица Лу-гэ, Сун Ли тут же выпрямился, выжал газ и погнал машину в сторону Юньцзичжоу.
Пусть причина оставалась загадкой, но, судя по аномальному состоянию той машины, оставаться там дольше не сулило ничего хорошего.
Слушать Лу-гэ — самое верное решение.
Машина какое-то время мчалась вперед.
Лу Чэнъюй сидел на заднем сиденье; автомобиль рассекал пространство, и деревья за окном неслись назад.
Мужчина опустил голову, отрешенно разглядывая собственную правую руку.
В его голове снова и снова всплывал образ увиденной им только что девушки, стоявшей на самой вершине, с черной снайперской винтовкой в руках и с ног до головы залитой кровью.
А следом — та самая девчонка из недавней встречи.
Эти два силуэта словно сливались воедино.
На душе скребли кошки, вызывая глухое раздражение.