— Я ведь тоже заступилась за тебя, когда она стала тебе перечить, — попытался оправдаться Шэнь Фэйфань.
— Теперь Шэнь Фэйвань замужем за Фу Шиянем. Как бы Фу Шиянь к ней ни относился, мать Фу всё ещё её признаёт. Если ты и впрямь перейдёшь дорогу Шэнь Фэйвань и она устроит какую-нибудь мелкую пакость в семье Фу, нам всем придётся несладко.
— Да с чего бы у Шэнь Фэйвань хватило на это ума? — Шэнь Фэйфань ни во что её не ставил. — Она с детства тупая и безвольная, чего она вообще может добиться в семье Фу? Если бы в своё время моя старшая сестра вышла замуж за Фу Шиянем, семья Шэнь уже давно взлетела бы до небес.
— Хватит с тебя, — Шэнь Цзюйчжоу не хотел продолжать этот разговор.
В конце концов, это было его величайшим сожалением.
— Как только твоя сестра спустится вниз, прекрати строить такие свирепые физиономии. У меня к ней дело.
— Какое ещё дело? — спросил Шэнь Фэйфань.
— Насчёт того, как твоя сестра устроится в Ювелирную компанию Фулань. Эту проблему обязательно должна решить Шэнь Фэйвань, — сурово произнёс Шэнь Цзюйчжоу.
Стоило Шэнь Фэйчи услышать это, как она уже не могла сдержать улыбку на лице.
Она всеми силами рвалась в Ювелирную компанию Фулань.
Как говорится, у водной глади первой достаются лунные отражения.
Со временем ей непременно удастся охмурить Фу Шияня.
— Папа, ты всё-таки лучше всех ко мне относишься. Если я попаду в Ювелирную компанию Фулань, то даже… — Шэнь Фэйчи стыдливо улыбнулась. — Короче говоря, я точно не забуду про нашу семью Шэнь и вовек не стану вести себя как неблагодарная волчица, которая столько лет замужем в семье Фу, а нам, семье Шэнь, от этого ни малейшей пользы.
Глава двадцать первая. Возвращение в семью Шэнь (3). Снятие побоев
Вилла семьи Шэнь, кабинет Старика Шэнь.
Шэнь Фэйвань вошла и остановилась перед Стариком Шэнь.
— Садись, — Старик Шэнь указал на стоявший рядом диван из красного дерева.
— Лучше дедушка сразу перейдёт к делу, — сдержанно и безбоязненно произнесла Шэнь Фэйвань.
Старик Шэнь вздохнул и промолвил:
— Все эти годы ты всё ещё затаила обиду на семью Шэнь.
— Дедушка считает, что я не должна? — с улыбкой спросила она.
— У семьи Шэнь тоже были свои безвыходные ситуации.
— И расплачиваться за них должна была я? — горько усмехнулась Шэнь Фэйвань.
— Ну не совсем так, просто твой отец действительно поступил неправильно.
— Давайте всё же о деле, дедушка, — Шэнь Фэйвань не хотела это слушать.
Всё те же напыщенные слова и не более.
В точности как тогда, когда над ней измывались Шэнь Фэйчи и Шэнь Фэйфань, а Старик Шэнь отделался парой дежурных фраз, не принёсших никаких реальных результатов.
Напротив, это лишь разожгло её надежды.
Она могла смириться с любыми ударами судьбы, но не могла вынести крушения своих надежд — ей не хотелось растрачивать чувства попусту.
— В настоящее время компания работает над новым проектом. Из-за сроков банковского кредита средства не могут поступить вовремя, — наконец перешёл к сути Старик Шэнь. — Денег требуется немного, двадцать миллионов. Для семьи Фу это капля в море. Вернись к Фу Шияню и скажи ему, деньги нужны на следующей неделе.
Он даже не стал спрашивать, сможет ли она это сделать, просто поставил перед фактом.
Шэнь Фэйвань не рассердилась.
Привыкла.
Привыкла к бесконечным требованиям со стороны членов семьи Шэнь.
Она невозмутимо произнесла:
— Дедушка прекрасно понимает характер моих отношений с Фу Шиянем. У меня нет такого влияния, чтобы Фу Шиянь по первому требованию выделил двадцать миллионов.
— Я верю, что ты справишься, — уверенным тоном заявил Старик Шэнь. — Твой потенциал безграничен.
Шэнь Фэйвань усмехнулась.
И промолвила:
— Вызвав меня сюда, вы и впрямь не собирались праздновать со мной мой день рождения.
— Мы семья, и отмечать праздник вместе — само собой разумеющееся дело. Просто у дома возникли трудности, и тебе нужно помочь.
— А если я откажусь? — Шэнь Фэйвань прямо посмотрела на Старика Шэнь.
— Ты не откажешься, — Старик Шэнь мягко улыбнулся, но в этой улыбке не чувствовалось ни капли тепла.
— Значит, вы снова намерены мне угрожать?
Точно так же, как тогда, когда принуждали выйти замуж за Фу Шияня.
— Я не хотел прибегать к подобным методам, — прямо заявил Старик Шэнь. — Если бы не крайняя необходимость, я бы не стал тебя так теснить.
Шэнь Фэйвань горько усмехнулась про себя.
С чего она вообще взяла, будто Старик Шэнь чем-то отличается от остальных членов семьи Шэнь?
Только потому, что он открыто её не притеснял, она решила, что хорошо к ней относится?
Она чуть не забыла, что в этом доме всеми делами заправляет исключительно Старик Шэнь.
Если бы он действительно желал ей добра, разве стали бы остальные распускать руки?
— Семья Шэнь никогда тебя не обделяла, — с холодным выражением лица глядя на Шэнь Фэйвань, назидательным тоном произнёс Старик Шэнь.
Ах да.
Не обделяла.
По крайней мере, я дожила до сегодняшнего дня без оторванных рук и ног.
И меня не выставили за дверь сразу после смерти матери.
Шэнь Фэйвань развернулась и молча направилась к выходу.
Больше нечего было сказать.
Принесённый в подарок презент вручать тоже не требовалось.
Она давно говорила себе:
Не следует питать надежд.
Всё это — лишь пустая трата чувств.
Старик Шэнь не стал окликать её.
Он прекрасно знал характер Шэнь Фэйвань.
Раз она прямо не отказалась, значит — согласилась.
За дверью кабинета.
У косяка стоял какой-то мужчина.
Шэнь Фэйвань прошла мимо него, не останавливаясь.
— Ваньвань, — позвал он.
Она на мгновение замедлила шаг.
Мужчина подошёл к ней и протянул телефон с экраном, разбитым вдребезги:
— Твой мобильный.
Шэнь Фэйвань забрала его из его рук.
А затем её взгляд упал на его лицо.
Пощёчина, которую только что отвесил Шэнь Фэйфань, была не из лёгких.
Казалось, она до сих пор ощущает жжение на щеке.
— Когда вернулся? — спросила она.
— Уже два месяца как дома.
— Вот как? — Шэнь Фэйвань легко усмехнулась, не выказывая никаких эмоций, и тихо добавила: — А я думала, ты больше не верьёшь.
Мужчина поджал губы, не стал ничего объяснять и лишь спросил:
— Уходишь?
— Угу.
— Подвезти?
— Не нужно, я на машине, — отказалась Шэнь Фэйвань.
Мужчина слегка кивнул.
Оба внезапно умолкли.
В наступившей тишине.
Снизу донёсся шум и крики.
— Шэнь Фэйвань, спускайся!
Это ревмя орал разозлённый Шэнь Фэйфань.
Не колеблясь ни секунды, Шэнь Фэйвань направилась вниз.
— Ваньвань, — мужчина схватил её за руку.
Взгляд Шэнь Фэйвань дрогнул, она посмотрела на его крупную ладонь.
Мужчина тут же отпустил её:
— Не иди напролом с Шэнь Фэйфанем…
— Сюй Жуфэн, я больше не принадлежу к семье Шэнь, — повернувшись к нему, твёрдо чеканя каждое слово, произнесла Шэнь Фэйвань.
Сюй Жуфэн был приёмным сыном Старика Шэнь. Он появился в доме в десятилетнем возрасте и был старше Шэнь Фэйвань всего на три года.
Будучи приёмным сыном, он точно так же не имел права голоса в этой семье.
Настоящими заправилами здесь по-прежнему оставались Шэнь Фэйфань и Шэнь Фэйчи.
Впрочем, они особо не третировали Сюй Жуфэня — во-первых, он приходился им старшим по возрасту, а во-вторых, не представлял для них никакой угрозы.
Когда Шэнь Фэйвань обижали, Сюй Жуфэн никогда не вставал на её защиту, но тайком приносил ей сладости и мастерил всякие мелкие поделки, чтобы хоть как-то её развеселить.
Именно Сюй Жуфэн внушил ей, что только показывая себя с «худшей стороны» и беспрекословно повинуясь, в семье Шэнь можно жить хоть немного легче.
Позже Сюй Жуфэн первым покинул семью Шэнь и уехал за границу изучать медицину.
А со временем ушла и она сама.
Она искренне верила, что Сюй Жуфэн больше никогда не вернётся.
Оказывается, знакомая фигура, замеченная ею в больнице в тот день, вовсе не была плодом её воображения.
— Так что мне больше нет нужды терпеть, — холодно бросила Шэнь Фэйвань.
После чего спустилась на первый этаж.
Там, помимо остальных домочадцев семьи Шэнь, находились двое полицейских.
Это Шэнь Фэйвань только что вызвала полицию.
И стражи порядка всё-таки приехали.
— Шэнь Фэйвань, ты вечно ищешь на свою голову проблемы, да? — свирепо гаркнул Шэнь Фэйфань. — Ты и впрямь вызвала полицию!
Шэнь Фэйвань даже не взглянула на него и обратилась к полицейским:
— Он только что ударил меня по лицу, и теперь у меня в этом ухе звенит.
Один из полицейских окинул взглядом её лицо.
На щеке всё ещё отчётливо виднелся след от пощёчины.
— Да никто её не бил! — тут же принялся всё отрицать Шэнь Фэйфань и, повернувшись к остальным, завопил: — Вы видели, как я её бил?
— Товарищи полицейские, вы, должно быть, не так всё поняли, мы же одна семья, просто повздорили, ничего страшного. Мы сами разберёмся с семейными неурядицами, не стоит утруждать полицию… — заискивающе затараторила Цзян Хун.
— В доме есть камеры видеонаблюдения, будьте добры изъять записи. А я отправляюсь в больницу на освидетельствование, — непреклонным тоном заявила Шэнь Фэйвань.
— Ах ты, Шэнь Фэйвань! — Шэнь Фэйфань в ярости взмахнул рукой, собираясь снова её ударить.
— Руки прочь! — рявкнул полицейский.
Шэнь Фэйфань сдержался — при стражах порядка он всё же не смел распускать руки.
Шэнь Фэйвань развернулась и решительно вышла из виллы семьи Шэнь.
Глава двадцать вторая. Что с твоим лицом?
Глава двадцать вторая
Покинув виллу семьи Шэнь, Шэнь Фэйвань сразу направилась к своему автомобилю.
В дверь со стороны пассажирского сиденья кто-то постучал.
Увидев Сюй Жуфэня, она всё же разблокировала замки.
Сюй Жуфэн распахнул дверцу и молча сел в салон.
— Тоже пришёл уговаривать меня замять дело? — холодно усмехнувшись, спросила Шэнь Фэйвань.
Сюй Жуфэн был мастером сглаживать углы.
Видимо, сказывалось положение приёмного ребёнка — в этой семье он никогда не чувствовал себя в безопасности. К тому же, в детстве его бросили родители, поэтому он всегда стремился поддерживать хрупкое перемирие.
— Нет, — ответил Сюй Жуфэн. — Я поеду с тобой на освидетельствование. В этой больнице я всех знаю.
Шэнь Фэйвань прикусила губу.
— Хочешь, я поведу? — поинтересовался он, и в уголках его рта заиграла чистая, светлая улыбка.
Шэнь Фэйвань скользнула взглядом по его лицу и отвернулась:
— Не нужно.
Резко выжав педаль газа, она сорвалась с места.
Сюй Жуфэн не стал упрекать её за слишком быструю езду.
Он просто сидел на пассажирском кресле, храня молчание.
Точно так же, как в детстве: стоило ей пострадать от выходок сестёр и брата, как она тайком уединялась, чтобы выплеснуть обиду, а он молча сидел рядом, неотлучно находясь с ней…
Машина быстро домчалась до больницы.
Сюй Жуфэн проводил Шэнь Фэйвань прямо в кабинет судмедэкспертизы.
Лишь в момент прохождения экспертизы Сюй Жуфэн осознал, что слова, сказанные Шэнь Фэйвань полицейским, были чистой правдой.
Удар Шэнь Фэйфаня разорвал ей барабанную перепонку, оттуда сочилась кровь, и сейчас левое ухо практически не слышало.
Но от начала и до конца, помимо явного покраснения на щеке, никто бы и в догадках не потерялся, насколько серьёзно пострадала Шэнь Фэйвань.
Даже сейчас, во время медицинских процедур, она лишь невозмутимо поинтересовалась у врача:
— Какая это степень повреждений?
— Лёгкий вред здоровью второй степени, — ответил доктор.
— Хорошо, спасибо.
Обработав ухо, врач дал наставления:
— Травмы уха очень легко воспаляются, поэтому необходимо поддерживать абсолютную сухость и чистоту. Я выписал вам противовоспалительные препараты и капли для наружного применения. Используйте их по инструкции и понаблюдайте неделю — если слух не начнёт восстанавливаться, обязательно обратитесь к врачу повторно. Через две недели, независимо от улучшений, я жду вас на контрольный осмотр состояния барабанной перепонки.
— Хорошо.
Выйдя из больницы, Шэнь Фэйвань и Сюй Жуфэн расстались.
Она сразу поехала в полицейский участок, а Сюй Жуфэню велела возвращаться домой.
Ей не хотелось впутывать его в свои разборки с семейкой Шэнь.
У каждого своя позиция в этой жизни.
Шэнь Фэйвань передала заключение экспертизы в полицию.
К тому моменту Шэнь Фэйфаня уже доставили в отделение для допроса в рамках стандартной процедуры.
Едва переступив порог участка, можно было услышать возмущённый голос Шэнь Фэйфаня:
— Я же русским языком сказал — это семейный конфликт! Да, я дал Шэнь Фэйвань пощёчину, и что с того?! На каком основании вы приволокли меня сюда?! Где Шэнь Фэйвань? Я хочу её видеть!
— Потише, вы в отделении полиции, а не у себя дома! — пригрозил страж порядка.
— Фэйфань, успокойся. Подожди, пока придёт Шэнь Фэйвань, тогда и поговорим, — попыталась успокоить его Цзян Хун.
И тут в помещение вошла Шэнь Фэйвань.
Там же находились Шэнь Цзюйчжоу и Шэнь Фэйчи.
При виде Шэнь Фэйвань их лица помрачнели.
— Ваньвань, ты когда-нибудь прекратишь этот цирк? — сурово произнёс Шэнь Цзюйчжоу. — Тебе мало позора от того, что в день рождения твоего дедушки всю нашу семью притащили в полицию?
— Позорище — это не я, я людей не била, — чеканя каждое слово, ответила Шэнь Фэйвань.
— Всё, хватит с меня пустых разговоров, марш к следователю, оформляйте примирение сторон, — отдал приказ Шэнь Цзюйчжоу.
Шэнь Фэйвань едва не рассмеялась от такой наглости.
Неужели после всего, что она сделала, они до сих пор думают, что она шутит?
Она молча положила перед полицейским медицинское заключение:
— Вот официальное заключение врачей, лёгкий вред здоровью второй степени.
Офицер полиции взял бумагу, пробежал её глазами и произнёс:
— Умышленное причинение легкого вреда здоровью наказывается лишением свободы на срок до трех лет…
— Чего?! — услышав про реальный срок, Шэнь Фэйфань едва не сорвался с места.
Он взбешённо бросился на Шэнь Фэйвань:
— Ах ты тварь, посмела заявить на меня! Я прибью тебя!
— А ну заткнись! — рявкнул полицейский, грозно глядя на Шэнь Фэйфаня. — Мало тебе статьи, ещё хочешь срок схлопотать?!
— Вы…
— Фэйфань, не горячись, — Цзян Хун испуганно схватила сына за руку.
Слова полицейского действительно её напугали.
Она прекрасно знала, что Шэнь Фэйвань привыкла терпеть побои от братца. С детства Шэнь Фэйфань лупил её бесчисленное количество раз, и нынешняя пощёчина казалась сущим пустяком — ей и в голову не приходило, что из-за обычной затрещины сына могут арестовать и приговорить к тюрьме!
— Офицер, ну они же родные брат и сестра, неужели из-за такой ерунды стоит доводить дело до суда?
— При чём здесь брат и сестра? Даже если бы родные отец с дочерью, состав умышленного причинения вреда здоровью остаётся неизменным, — беспристрастно ответил полицейский. — Всё зависит от потерпевшей стороны: если она настаивает на привлечении к уголовной ответственности, дело доведут до конца. За исключением тех случаев, когда потерпевшая сторона изъявляет желание примириться.
Иными словами, сядет Шэнь Фэйфань в тюрьму или нет, целиком и полностью зависело от Шэнь Фэйвань.
Услышав это, Шэнь Цзюйчжоу грозно прикрикнул на дочь:
— Ваньвань, хорош палку перегибать! Скажи полиции, что мы идём на мировое.
— Никакого примирения, — чеканя слог, отрезала Шэнь Фэйвань. Её позиция была непреклонной.
— Шэнь Фэйвань! — Шэнь Цзюйчжоу затрясся от гнева. — Ты и впрямь хочешь упрятать родного брата за решётку?!
— Родного брата? Разве родной брат стал бы кричать, что хочет меня убить?
— Он просто вспылил на эмоциях.
— Если он имеет право срывать злость на мне, почему я не могу поступить так же?
— Шэнь Фэйвань, имей совесть, в конце концов…
— У меня с совестью всё в порядке, — грубо оборвав отца, Шэнь Фэйвань снова обратилась к следователю: — Я настаиваю на возбуждении уголовного дела по статье об умышленном причинении вреда здоровью.
— Хорошо, пройдемте со мной для составления протокола.
Шэнь Фэйвань молча последовала за сотрудником полиции.
Не сказав семье ни единого лишнего слова.
Шэнь Цзюйчжоу трясло от бешенства.
А Шэнь Фэйфань продолжал хорохориться:
— Пусть подает в суд! Не верю я, что из-за одной пощёчины меня запрут за решётку, ни за что не поверю! Пап, найми мне адвоката, самого лучшего адвоката!
— По-моему, эта девчонка совсем потеряла берега, — Цзян Хун теперь тоже была в ярости. — Подумаешь, шлепнула разок! Нашла из-за чего раздувать скандал. Раз добра по-хорошему она не понимает, пусть хлебнет лиха.
— Верно, пап, нельзя же идти у неё на поводу, — подливала масла в огонь Шэнь Фэйчи. — С тех пор как она вышла замуж за Фу Шияня, она вообще перестала считать нас за людей. Если сейчас мы позволим ей продавить нас, она потом совсем нам на шею сядет!
— Ладно, — со злостью бросил Шэнь Цзюйчжоу. — Я поеду к адвокату проконсультироваться, но я не позволю Шэнь Фэйвань крутить нами как захочется!
Глава двадцать третья. Вмешательство Фу Шияня
Оформив протокол в полицейском участке, Шэнь Фэйвань вернулась домой.
Она никак не ожидала застать Фу Шияня дома.
До полудня было ещё далеко.
Сегодня даже не выходной, так что он, судя по всему, снова прогулял работу.
При таком подходе к делам — три дня рыбачит, два дня сети сушит, — как бы Линь Нуаньнуань ни расхваливала его деловую хватку, она ни за что не поверила бы, что он способен нормально управлять компанией.
Фу Шиянь, разумеется, тоже заметил её возвращение.
Он нахмурился.
На душе у него и так скребли кошки, а вид Шэнь Фэйвань лишь подлил масла в огонь.
— Чего это ты так рано вернулась? — с холодным сарказмом бросил он.
— А ты разве не на работе? — парировала Шэнь Фэйвань.
Раньше она бы промолчала.
Привыкла к его ледяному тону и язвительности.
Но сегодня она признавалась себе — самообладание трещало по швам.
Брови Фу Шияня сошлись на переносице.
Похоже, он никак не ожидал услышать от неё такой тон.
Пристально глядя на неё, он тяжело прищурился.
И в этот самый момент словно бы разглядел что-то неладное на её лице.
От пристального взгляда Фу Шияня Шэнь Фэйвань стало неуютно.
Она рефлекторно дотронулась до щеки и только тут вспомнила про ту злосчастную пощёчину Шэнь Фэйфаня.
Интересно, с какой силой он её врезал.
Следы на коже держались до сих пор.
Горько усмехнувшись, она повернулась, намереваясь уйти в комнату.
— Шэнь Фэйвань, — неожиданно окликнул её Фу Шиянь.
Она замерла на месте.
Ей действительно не хотелось собачиться с Фу Шиянем.
Их брак тихий и незатейливый, где они элементарно не лезут в дела друг друга — вот и весь рецепт.
Ей казалось, что сейчас Фу Шиянь невыносимо раздражает.
И в ту секунду она просто не сдержалась, сорвавшись на крик:
— Да, я ленивая прихлебательница, падкая на роскошь! Я вышла замуж ради денег, чтобы кто-то содержал меня без всякой работы, и моя жизненная цель донельзя примитивна! Так что можешь сколько угодно язвить, мне всё равно, плевать я хотела на твои шпильки!
Фу Шиянь на секунду остолбенел от подобной вспышки гнева.
За три года совместной жизни они редко проводили время вместе, но при редких встречах Шэнь Фэйвань всегда держалась почтительно, в положенный день супружеского долга исправно выполняла свои обязанности, и в его глазах у неё вообще не было характера.
В его представлении она была именно такой ничтожной особы, какой только что сама себя описала.
Но в эту минуту.
На душе у Фу Шияня почему-то заскребло смутное, необъяснимое гнетущее чувство.
Неужели всё дело в том, что его психика оказалась не готова к внезапной отповеди со стороны Шэнь Фэйвань?!
Он так и стоял, ошеломлённо глядя на неё, не в силах вымолвить ни слова.
Прождав какое-то время и не дождавшись ответа, Шэнь Фэйвань обронила:
— Если больше вопросов нет, я иду к себе.
— Что с тобой? — сорвалось с губ Фу Шияня практически помимо его воли.
Даже при полном непонимании её характера было очевидно — сегодня с Шэнь Фэйвань творится что-то неладное.
Без веской причины такого просто не бывает.
Конечно, он вовсе не считал себя обязанным лезть в чужие дела.
Но…