— А как же твой бойфренд?
— …
— Я не собираюсь быть третьим лишним, тебе лучше сначала с ним расстаться.
Сейчас же, немедленно.
Сюй Цинхуань машинально хотела сказать, что никакого бойфренда у неё в помине нет, но разве это не означало бы, что днём она отказала ему намеренно?
Если она станет так метаться туда-сюда, не решит ли Фу Яньши, что она просто водит его за нос?
Поэтому, помедлив, она лишь кивнула:
— Я расстанусь с ним прямо сейчас.
— Ладно, уже слишком поздно, завтра утром поедем регистрировать брак.
Сюй Цинхуань подумала, что всё происходит слишком быстро, но теперь пусть будет так, как он говорит — какая у неё вообще может быть возможность возражать?
Из-за того, что на её плечах была накинута куртка Фу Яньши, в нос проникал исходящий от него слабый запах табака, который неожиданно дарил Сюй Цинхуань ощущение покоя.
Пожалуй, из-за того, что только что натянутые нервы немного отпустили, её желудок некстати громко заурчал.
В тот же миг Сюй Цинхуань смутилась так, что ей было стыдно поднять голову!
— Ты не ужинала?
— Ела. — Ей было донельзя неловко, и продолжать эту тему ей совершенно не хотелось.
Фу Яньши тоже не стал допытываться, лишь поднял запястье и взглянул на часы:
— Я устроил твою мать в VIP-палату, за ней приставлен сиделка. Как только она придёт в себя, врач тебе сообщит, а пока пойдём со мной.
Сюй Цинхуань опешила:
— К-куда?
— Ужинать.
— …Я правда уже поела!
Он изогнул губы, и на его обычном, пугающе холодном и отрешённом красивом лице вдруг проступило немного нежности:
— Составишь мне компанию.
Сюй Цинхуань уже не смела спорить и кивнула:
— Хорошо.
Видя, как Фу Яньши повернулся и зашагал вперёд, она поколебалась секунду и последовала за ним.
Можно ли считать, что она... нашла себе покровителя? Оказывается, каково это — иметь за спиной опору.
Усевшись в машину Фу Яньши, Сюй Цинхуань всю дорогу тупила взгляд в собственные туфли. И лишь когда рядом раздалось ровное дыхание, она осторожно перевела глаза на спутника.
Он, похоже, сильно устал и, откинувшись на спинку сиденья, уснул.
В пробивавшемся сквозь автомобильное стекло свете уличных фонарей были видны его густые опущенные ресницы, изящные и глубокие черты лица, а резкая линия подбородка даже во сне излучала властную ауру.
Сюй Цинхуань видела его спящим не впервые.
Она помнила, как в средней школе, поскольку ей приходилось подрабатывать, она вечно не успевала к началу занятий. Учительница жалела её и оставляла после вечерней самоподготовки, бесплатно подтягивая по предметам.
В то время у Фу Яньши, сидевшего с ней за одной партой, дома тоже вроде бы что-то случилось, поэтому после вечерних уроков он тоже никуда не уходил.
Но ему не нужно было учиться — он просто падал лицом на стол и спал, пока за ним не приедет семейная машина.
Сюй Цинхуань смутно помнила Фу Яньши тех лет: он вечно носил под форму майку для баскетбола, ясные глаза, короткая стрижка, весь светился юношеской энергией. Мало того что красивый и высокий, так ещё и круглый отличник в масштабах всей школы.
Хм, любовных писем ему присылали столько, что они не помещались, а некоторые даже по ошибтке совали на её парту.
Кто бы мог подумать, что спустя столько лет метаний она окажется связана с Фу Яньши и даже собирается завтра идти в ЗАГС регистрировать брак!
Конечно, Сюй Цинхуань прекрасно понимала, что этот брак не имеет ничего общего с чувствами — просто ему нужен громоотвод или что-то в этом роде.
Миновав самые оживлённые улицы города Бэйчжэнь, машина в конце концов остановилась у ничем не примечательного ресторана.
Фу Яньши медленно приоткрыл глаза, и Сюй Цинхуань торопливо отвела взгляд.
Шагнув вперёд своими длинными ногами, он вышел первым, и тут же зазвонил его телефон — надо полагать, снова дела по работе.
Сюй Цинхуань за его спиной на мгновение растерялась, не зная, стоит ли ей выходить следом, как вдруг подняла глаза и встретилась взглядом с личным помощником, сидевшим за рулём.
— Госпожа Сюй, это я звонил вам пару минут назад.
На лице помощника застыла слегка натянутая улыбка:
— Ах! Большое вам спасибо…
— Это моя обязанность! В тот момент господин Фу был на совещании. Когда я передал ему ваши слова, он попытался перезвонить, но никто не ответил, и он тут же сорвался в больницу!
— …
В глазах помощника Сюй Цинхуань уловила лёгкий оттенок лести.
Он наверняка неверно истолковал её отношения с Фу Яньши, вообразив, будто она значит для того невероятно много!
Не зная, как ответить, она промаялась несколько секунд и выдавила из себя с неловкой улыбкой:
— Угу, господин Фу — хороший человек.
Увидев, что снаружи Фу Яньши закончил разговор по телефону, она наконец вылезла из машины и подошла к нему.
— Это кухня Цзинчжоу.
Его голос звучал прохладно и низко, словно виолончель.
— Ох. — Сюй Цинхуань слегка удивилась. Выходило, что Фу Яньши всё-таки помнил, как они сидели вместе за одной партой в средней школе?
А может... он знал об этом с самого начала.
Стоя рядом с Фу Яньши, Сюй Цинхуань чувствовала себя совершенно не в своей тарелке! На нём был безупречный костюм — с первого взгляда было ясно, что перед тобой баловень судьбы. А если посмотреть на неё — на лице буквально крупными буквами значилось слово помощник.
Войдя за ним в ресторан и усевшись за стол, Сюй Цинхуань сразу же занервничала.
Что ей положено делать в такой ситуации? Не тащить же его в самом деле вспоминать школьные годы!
В отличие от её неловкости, Фу Яньши выглядел так, будто общается со старым другом, которого видит каждый день. Точёными пальцами он расстегнул манжеты рубашки, а затем подозвал официанта и заказал несколько блюд.
— Проект Хуае ведешь ты?
Когда её неожиданно упомянули по работе, Сюй Цинхуань торопливо закивала:
— Я.
— Ты внимательно изучила финансовое положение компании? — Фу Яньши чуть откинулся назад, ожидая ответа.
— Изучила, их финансовые отчёты состоят из реальных цифр, я всё сверила пункт за пунктом, подделки нет.
Он усмехнулся, взял со стола стакан с водой и сделал глоток:
— Сюй Цинхуань, то, что цифры не поддельные, еще не значит, что с финансами всё в порядке.
Она замерла. Фу Яньши извлек из кармана папку с документами и подвинул к ней.
— В Хуае легкореализуемых оборотных средств на счетах всего пятьдесят миллионов, однако в их письме-обязательстве о собственных средствах указано восемь миллионов. Как ты думаешь, кто в итоге будет покрывать эту недостачу?
— …
— Нельзя спешить, берясь за проект. — Тон Фу Яньши разительно отличался от того, с которым он отчитывал менеджера Чэня; в нём проступало даже нечто вроде отеческой заботы.
Сюй Цинхуань прикусила нижнюю губу — с одной стороны, она досадовала на собственную беспечность, с другой — не могла не восхищаться способностями Фу Яньши.
Проект только-только передали на рассмотрение, а он уже успел так быстро вычленить проблему.
После таких слов у неё и вовсе пропал аппетит, хотелось лишь поскорее вернуться в офис и провести более детальный аудит Хуае.
Словно угадав её намерения, Фу Яньши переложил палочками в её пиалу только что поданное блюдо:
— Поешь. У нас впереди целая ночь.
Ц-целая ночь?
Сюй Цинхуань в изумлении подняла взгляд:
— Я буду жить у тебя сегодня?
Фу Яньши слегка приподнял густые брови:
— Так будет удобнее завтра утром сразу поехать в ЗАГС.
— Я не это имела в виду. — Она сжала кулаки под столом, прежде чем набраться храбрости и спросить напрямую: — Я к тому, что после регистрации... нам обязательно жить вместе?
И ей придется по-настоящему делить с ним одно ложе?
— А как иначе?
Вопрос прозвучал так, будто она спрашивала о чём-то совершенно глупом.
Сюй Цинхуань и сама понимала, если подумать.
Ради спасения матери он не только задействовал связи, чтобы выйти на светил медицины, но и взял на себя колоссальные расходы на операцию и лечение — неужели всё это ради того, чтобы просто поставить штамп в паспорте?
Фу Цзяцзя была права: мужчины в душе хотят только одного! Просто она оказалась слишком наивной.
— Есть какие-то вопросы?
— Нет.
— Вот и славно, поешь побольше.
Мягкий тон Фу Яньши и забота, с которой он подкладывал ей еду, создавали полное ощущение, будто они действительно парочка молодожёнов, готовящаяся к свадьбе.
За весь ужин Сюй Цинхуань так и не притронулась к еде, на душе у нее скребли кошки.
Особенно когда машина покатила в сторону дома Фу Яньши — чем ближе они подъезжали к цели, тем сильнее её охватывала паника.
Сидевший рядом Фу Яньши не смотрел на неё, тихо отдавая помощнику указания по работе, а в самом конце неожиданно добавил:
— Да, купи по дороге несколько пачек презервативов и завези.
Подобно удару молнии, это известие оглушило не только Сюй Цинхуань, но и самого помощника.
Сколько лет он следовал за господином Фу, рядом с тем отродясь не появлялось ни единой женщины, а теперь тот приказывает купить подобную вещь — тут любой догадается, к чему всё идет!
— Хорошо, господин Фу.
При звуке этого диалога щеки Сюй Цинхуань запылали пожаром. Однако в присутствии Фу Яньши она не могла позволить себе выглядеть зажатой, а потому изобразила невозмутимость и отвернулась к окну.
Она уже всё хорошенько обдумала: согласиться на предложение Фу Яньши было её собственным осознанным решением. Если сейчас начать мяться и ломаться, мужчина просто потеряет к ней интерес. В конце концов, она же не заправская девственница, чтобы при наличии огромных денег и абсолютной власти цепляться за старорежимные предрассудки! Если говорить начистоту, это сделка по обоюдному согласию: он платит, он обеспечивает.
В данный момент важнее всего было ублажить Фу Яньши, чтобы он пребывал в хорошем расположении духа. По крайней мере, в ближайшее время ей не придётся бегать в поисках денег на лечение, да и рядом с Фу Яньши удастся многому научиться в плане работы.
Но как бы она ни настраивала себя рационально, когда она действительно приняла душ, переоделась в шёлковый халат и легла на кровать, избежать волнения всё равно не удалось.
Вернувшись в спальню после завершения международной видеоконференции, Фу Яньши застал именно такую картину.
Она чинно лежала на самом краю постели в его халате, который из-за её хрупкой фигуры казался чересчур большим, а свободная ткань едва прикрывала молочно-белую кожу и ровные стройные ноги.
Сказать, что при виде этого у него не промелькнуло ни единой греховной мысли, было бы ложью.
Но он не стал давать волю желаниям, по крайней мере, не сегодня.
— Сюй Цинхуань.
— Я здесь.
— Я только что обвёл все сомнительные места в проекте Хуае. Если завтра что-то будет непонятно — спросишь. Ложись спать.
Сюй Цинхуань моргнула:
— Разве ты сейчас не собираешься...
— Сегодня без этого.
Обойдя кровать с другой стороны, он лёг рядом и протянул руку сзади, обвивая её тонкую талию:
— Я устал. Выключи свет.
Сюй Цинхуань была уверена, что эта ночь обернется для них сплошной бессонницей, но к её удивлению, она проспала без задних ног до семи часов утра!
С трудом разлепив глаза и уставившись в незнакомый потолок, она мгновенно подскочила от неожиданности! Машинально глянув на соседнюю половину постели, она обнаружила лишь вмятину на подушке — единственное напоминание о том, что прошлой ночью здесь кто-то спал.
Поспешно умывшись, Сюй Цинхуань вышла из спальни, чтобы как следует осмотреть квартиру Фу Яньши.
Жилище располагалось в одном из самых элитных жилых комплексов города Бэйчжэнь. Три стороны гостиной представляли собой панорамные окна от пола до потолка, откуда открывался вид на море независимо от ракурса.
Она ожидала увидеть ультрароскошные апартаменты в стиле мыльных опер — с золотом и вычурным богатством на каждом шагу. Но неожиданно квартира была выдержана в сдержанной чёрно-бело-серой гамме, что в сочетании с огромной площадью гостиной производило несколько холодящее, отстранённое впечатление.
Хм, если подумать, в этом не было ничего удивительного: разве сам Фу Яньши не был подобен ледяному айсбергу?
Из кухни доносился аппетитный аромат. Сюй Цинхуань подумала, что это горничная готовит завтрак, но, приблизившись, с удивлением обнаружила, что у плиты стоит сам Фу Яньши!
Он что, сам готовит?!
Услышав шаги, Фу Яньши повернул красивое лицо и бросил на неё взгляд:
— Каша готова, отнеси на стол.
Сюй Цинхуань тупо кивнула, ещё не отойдя от пережитого шока.
Стоявшая за спиной фигура Фу Яньши словно прочла её мысли, и он пояснил:
— Я не люблю, когда в дом кто-то посторонний заходит, включая прислугу.
Она смущенно улыбнулась:
— Не думала, что господин Фу умеет варить кашу.
На самом деле Сюй Цинхуань хотела сказать: не думала, что в личной жизни господин Фу вовсе не такой... недоступный, как кажется?
Впрочем, она не забывала о своей новой роли и, подумав, произнесла:
— Завтра давай я приготовлю завтрак.
Где это видано, чтобы покровитель прислуживал?
Фу Яньши тихонько усмехнулся. Облачённый в тёмный домашний костюм, он выглядел непривычно расслабленным. Подойдя к столу, он отодвинул стул и присел:
— Тебе не обязательно так напрягаться. После того как мы зарегистрируем брак, перед законом ты — моя жена.
Видя, с какой прямотой он это говорит, Сюй Цинхуань перестала таиться и спросила напрямую:
— Тогда скажите, господин Фу, на какой срок рассчитан наш фиктивный брак? Как насчёт того, чтобы подписать соглашение? Что вы думаете?
Раз уж речь зашла о бизнесе, ей следовало очертить временные рамки.
Вдруг Фу Яньши затянет это на слишком долгий срок — ей ведь тоже нужно подумать! У мужчин золотые годы длятся долго, и когда Фу Яньши со временем выдаст ей свидетельство о разводе, он всё равно останется завидным холостяком. А вот ей не поздоровится: старородящая да еще с таким сомнительным прошлым — кто возьмет замуж?
Она заметила, как рука Фу Яньши с ножом и вилкой на секунду замерла, будто он обдумывал этот вопрос.
Спустя долгое время он кивнул:
— Хорошо. Я попрошу секретарров подготовить контракт, пока на один год.
— Договорились.
Сюй Цинхуань наконец вздохнула с облегчением и попробовала сваренную Фу Яньши кашу — та оказалась на редкость вкусной.
После завтрака, прихватив паспорта и справки, она отправилась с Фу Яньши в ЗАГС.
Фотографирование, подписание бумаг, отпечатки пальцев — вся процедура заняла меньше получаса, и вот она уже законная госпожа Фу.
Эта ярко-красная корочка казалась невероятной, даже когда её держали в руках.
— Я велю помощнику отвезти тебя в больницу к матери, а вечером после работы сразу поезжай ко мне. — Облаченный в строгий костюм Фу Яньши вновь превратился в того самого холодного и неприступного генерального директора, чей тон не терпел возражений.
Сюй Цинхуань кивнула в знак согласия и последовала за помощником.
Вскоре после их отъезда у входа плавно затормозил другой черный Майбах.
Заднее стекло опустилось, явив миру беззаботное красивое лицо Чжоу Сыцзэ:
— Иногда я просто поражаюсь тебе. Пойти на такой риск и жениться на ней, но при этом даже не признаться в чувствах — к чему всё это?
Фу Яньши бросил на него ледяной взгляд, открыл дверь, устроился на сиденье и сухо бросил:
— Сейчас она ничего ко мне не чувствует.
— И чё? — Чжоу Сыцзэ вытаращил глаза. — Ты хоть понимаешь, каковы будут последствия, если твои предки узнают, что ты женился тайком?! Ради неё оно того стоит?
По мнению Чжоу Сыцзэ, если женщина не приглянулась — переспал ночь и забыл, а если пришлась по вкусу — переспи несколько раз, делов-то! Он искренне не понимал, зачем Фу Яньши так рисковать ради какой-то мелкой помощницы.
— Если ты промолчишь, они не узнают.
— Да ты же прячешь голову в песок! — Чжоу Сыцзэ закатил глаза. — Честно говоря, мне ужасно интересно, чем закончится эта история, если питомица так и не воспылает к тебе чувствами!
Фу Яньши пропустил его слова мимо ушей, склонившись над ноутбуком, чтобы заняться работой.
Эти дела нельзя откладывать до вечера — сегодня их законная брачная ночь, и он вовсе не собирался всю дорогу изображать святошу.
Когда машина тронулась с места, Чжоу Сыцзэ вдруг что-то вспомнил и толкнул Фу Яньши в плечо:
— Кстати, на следующей неделе Ся Ваньюй возвращается на родину, нам втроём обязательно надо собраться! Ты видел её посты в соцсетях? Сейчас она выглядит просто потрясающе!
Пока тот увлеченно распинался, Фу Яньши даже не поднял головы:
— На следующей неделе и поговорим.
— Ой! А ведь она специально возвращается, чтобы помочь тебе, а ты такой сухарь!
Всю дорогу Чжоу Сыцзэ трещал о забавных случаях из их общего детства, но ни одно слово не долетело до сознания Фу Яньши.
Добрался до офиса он без единого прощального слова в адрес Чжоу Сыцзэ, сразу поднявшись наверх в эксклюзивном лифте для руководства.
— Господин Фу, насчет судебного процесса о нарушении авторских прав с компанией Гоцзинь — нужно ли привлечь дополнительных адвокатов?
Секретарь постучал в дверь, заглянув с новой папкой документов:
— Говорят, противоположная сторона наняла всемирно известного юриста.
Фу Яньши поправил золотую очковую оправу и, ни капли не смутившись, уверенно расписался внизу бланка:
— Не нужно. Всеми вопросами юридического отдела займется адвокат Ся, как только вернется.
— Адвокат Ся возвращается в головной офис? — На лице секретаря мгновенно рассеялись последние тучки беспокойства. — Вот и чудно, в таком случае Гоцзинь проиграет процесс стопроцентно!
Он ни капли не преувеличивал: за последние годы в любых крупных тяжбах корпорации Фу, если защиту вела Ся Ваньюй, не было проиграно ни единого дела.
Секретарь уже собирался удалиться, но Фу Яньши остановил его окриком:
— Зайди по пути в цветочный и фруктовый, купи корзину витаминов и отправь в больницу Чжунлянь в палату V1.
— Слушаюсь, господин Фу.
Оставшись один, Фу Яньши извлек из нагрудного кармана пиджака то самое свидетельство о браке.
На фотографии Сюй Цинхуань едва заметно прижималась к его левому плечу, а на лице застыла заученная улыбка.
Пальцы Фу Яньши нежно скользнули по снимку. Долго всматриваясь в него, он поднялся, открыл сейф и бережно уложил документ внутрь.
В больнице по-прежнему стоял удушливый запах хлорки.
Сюй Цинхуань прождала в палате V1 почти два часа, прежде чем Чжэн Цючжи наконец вышла из глубокого забытья.
На этот раз её состояние было чуть лучше — у неё хотя бы появились силы пошевелить рукой.
— Мама, ты наконец проснулась! Врачи только что заходили, я подписала все согласия на операцию, через несколько дней тебя уже прооперируют!
Подписывая бумаги, она так сильно дрожала, что едва удерживала ручку.
В отличие от радости дочери, Чжэн Цючжи лишь нахмурила брови:
— Хуаньхуань... откуда деньги на эту операцию?
— …Взяла в долг.
Конечно же, Сюй Цинхуань не собиралась говорить правду матери.
Сказать, что она заняла их, было отчасти правдой — ведь сейчас они пользовались деньгами Фу Яньши, но как только она накопит нужную сумму, то обязательно вернет ему всё до копейки!
— Там же несколько миллионов! Кто тебе мог одолжить столько? — Чжэн Цючжи попыталась приподняться, и её охватило возбуждение: — Говори правду! Не влезла ли ты в какую-то грязную историю ради этих денег?!
— Нет! — Сюй Цинхуань, не видя другого выхода, выпалила: — Я начала встречаться с парнем, это он одолжил.
Услышав это, Чжэн Цючжи заволновалась еще сильнее:
— Ни за что! Мы не будем делать операцию, возвращай ему деньги немедленно!
Сюй Цинхуань свела брови к переносице в бессильном отчаянии:
— Мама! Если ты откажешься от операции, твоей жизни будет угрожать смертельная опасность!
— Лучше я умру, чем позволю тебе тратить деньги какого-то мужика! Разве я с детства тебе не говорила, что все мужики — сплошное отребье, держись от них подальше! Особенно от таких богатеев, на них никакой надежды!
В своё время Чжэн Цючжи сама обожглась точно так же: до свадьбы клялись в вечной любви, а всего через два года после брака муж изменил ей, да еще и прижил ребёнка на стороне!
— Чего же ты от меня хочешь?
Сюй Цинхуань выбилась из сил, сорвалась, повысив голос:
— Отец для меня всё равно что мёртв, а если с тобой что-то случится, я останусь круглой сиротой!
— …
Глубоко вздохнув, она мягко погладила материнскую ладонь:
— Мама, обещаю тебе, я обязательно верну ему эти деньги, хорошо?