Услышав слова Линь Гунянь, Чэнь Тешэн вовсе не рассердился, а лишь совершенно невозмутимо посмотрел на неё, и вхгул его тронула едва заметная улыбка:
— Судмедэксперт Линь, кажется, чем-то недовольна мной?
Выслушав его, Линь Гунянь мило улыбнулась:
— Капитан Чэнь слишком много о себе возомнил. Разве я могу быть недовольна таким красивым и стильным мужчиной, как вы?
В этот момент Линь Гунянь напрямую заимствовала ту самую фразу Су Сяосяо, так заткнув рот Чэнь Тешэну, что тот долго не мог произнести ни слова, лишь завороженно глядя ей вслед.
Подойдя к кабинету Гу Чэна, Линь Гунянь постучала несколько раз. Услышав разрешающее «войдите», она толкнула дверь и шагнула внутрь.
— Что такое? — Гу Чэн не поднимал головы, по-прежнему уткнувшись носом в бумаги на столе.
— Учитель, я хотела попросить вас взглянуть на этих опарышей.
Услышав слово «опарыши», Гу Чэн наконец поднял голову. Он посмотрел на стоявшую всего в двух метрах от него Линь Гунянь, и его взгляд скользнул с её лица на личинки, зажатые у неё в руке.
— Ты тоже заинтересовалась этим? — с лёгким смешком спросил Гу Чэн. Он помнил, что она терпеть не могла подобные вещи. Сейчас, глядя на её спокойное лицо, на котором не отражалось ни единой эмоции, он невольно заинтересовался.
Заметив выражение на лице Гу Чэна, Линь Гунянь сразу всё поняла и продолжила:
— У нынешнего дела совсем нет никаких зацепок, но на трупе я нашла это. Вот и подумала, нельзя ли по циклу их развития вычислить время смерти погибшего?
Услышав это, нахмуренные брови Гу Чэна мгновенно разгладились. Он поднялся и посмотрел на Линь Гунянь:
— Иди за мной.
С этими словами он обошёл стол и направился к выходу.
Линь Гунянь развернулась и последовала за ним.
Шагая по коридору и глядя на холодную спину впереди, она на мгновение погрузилась в задумчивость. На эту спину она смотрела уже много лет.
Она всё еще помнила, как в первый день влюбилась в профессора Гу с первого взгляда и целыми днями ходила за ним по пятам, так что во всём полицейском участке не осталось никого, кто не знал бы о её симпатии. Самое удивительное произошло однажды: служебная собака вцепилась зубами в штанину профессора Гу и приволокла его прямо к ней. Тогда она не смогла сдержать улыбку, глядя на этого пса, и мысленно похвалила себя за то, что кормила его не зря. С тех пор по всему участку шутили: «Профессор Гу, даже наши служебные собаки не могут на это смотреть и сводят вас с судмедэкспертом Линь, так сдавайтесь же».
Вспомнив об этом, Линь Гунянь невольно улыбнулась. Если подумать, те люди уже получили повышения или перевелись, и даже та служебная собака отправилась на передовую борьбы с наркотиками и заслужила награду. Только они двое оставались на прежних местах: один — профессор, другая — судмедэксперт. Если бы в своё время профессор Гу не сказал ей, что видит в ней лишь студентку, она, пожалуй, до сих пор бы тешила себя наивной надеждой, что в его решении остаться здесь есть и её заслуга.
Заметив, что Гу Чэн зашёл в свою лабораторию, где он занимался исследованиями насекомых, Линь Гунянь слегка изменилась в лице, но всё же усмирила смятенные мысли и вошла внутрь.
Гу Чэн стоял у рабочего стола. Увидев входящую Линь Гунянь, он протянул руку:
— Давай сюда, я взгляну.
Услышав это, Линь Гунянь подошла ближе и протянула ему опарышей.
Подготовив всё необходимое оборудование, Гу Чэн поместил личинок под микроскоп.
Линь Гунянь смотрела на опущенную голову Гу Чэна. Волосы у него были не слишком длинные, на кончиках едва заметно завивались и казались такими мягкими, что так и манили протянуть руку и провести по ним пальцем. Он неизменно носил рубашки самых разных цветов, чья пестрота совершенно не вязалась с его образом, но на нём они почему-то выглядели удивительно гармонично — одновременно живо и солидно. Эти две черты сплелись в нём воедино, разделив его сущность поровну.
Совсем не то, что тот человек. С самой первой встречи она видела его только в чёрном пальте до колен и чёрных кожаных туфлях. От этого наряда веяло такой тоской, что даже причёска у него была старомодной — под ёжик. И хотя черты лица у него были выразительные, его вкус совершенно не совпадал с её эстетическими представлениями.
Пока Линь Гунянь витала в облаках, Гу Чэн поднял голову и посмотрел на неё:
— Пока трудно сказать, личинками какого именно вида мух являются эти экземпляры, можно лишь строить приблизительные предположения. Чтобы получить точный результат, придётся дождаться, пока они превратятся во взрослых особей.
— И сколько на это уйдет времени?
— Около недели. Но мы можем изменить условия их содержания, чтобы ускорить превращение.
Выслушав его, Линь Гунянь слегка вздохнула: судя по всему, это дело удастся раскрыть не скоро.
— Можно попросить их проверить недавние заявления о пропавших людях, вдруг кто-то подойдёт под описание, — Гу Чэн посмотрел на Линь Гунянь, чьё лицо было покрыто печатью нескрываемой усталости.
— Не перенапрягайся, устала — отдохни. А для раскрытия преступлений у нас есть другие люди.
Он всегда был таким: от него веяло мягким весенним теплом.
— Ничего, я в по... — слово «порядке» так и не сорвалось с губ. Такой капризный, ласковый оттенок в голосе лучше было не показывать. Она улыбнулась: — Учитель, тогда я пока вернусь к себе.
Гу Чэн мягко кивнул. Проводя взглядом её удаляющуюся спину, он на мгновение почувствовал укол жалости.
Хрупкая фигурка перед ним уже давно не походила на ту наивную девчонку, что вечно крутилась вокруг него. Теперь она стала намного взрослее и сильнее, но вместе с тем — всё более отстранённой. С каких пор это началось? Кажется, с того самого дня пять лет назад. Он помнил, как она тогда испуганно вбежала обратно, долго о чём-то бормотала сама с собой, а под конец заперлась в кабинете и не открывала дверь всю ночь. На следующий день, выйдя наружу, она словно превратилась в другого человека: от неё неизменно исходила какая-то холодная отчужденность, не позволявшая никому приблизиться.
Что именно произошло в тот день, не знал никто, а сама она не проронила об этом ни слова.
Выйдя из лаборатории, Линь Гунянь столкнулась нос к носу с шедшим ей навстречу Чэнь Тешэном.
Она уже хотела было подойти и рассказать ему о новой зацепке, но, заметив его ледяное выражение лица, сразу же отбросила эту мысль. Впрочем, неважно, сейчас от этого открытия всё равно не было никакой пользы.
После этого они разошлись, как совершенно чужие люди, даже не замедлив шаг и не скосив глаз в сторону друг друга.
Спустя три дня результаты были готовы. Гу Чэн с отчётом на руках направился прямо в кабинет Линь Гунянь.
— Гунянь, — Гу Чэн вошёл без стука. По какой-то причине при их первой встрече первыми его словами были: «Здравствуй, Гунянь, я Гу Чэн». Он никогда не обращался к ней по имени и фамилии, только по имени, словно она носила фамилию Гу.
Услышав стук и увидев входящего Гу Чэна, Линь Гунянь поднялась:
— Учитель.
— Результаты готовы.
На лице Гу Чэна появилась редкая улыбка, и он протянул ей бумаги.
— Спасибо за труды, учитель. Как-нибудь я угощу вас обедом.
Она бросила равнодушный взгляд на переданный отчёт.
— Зачем как-нибудь, давай сегодня после смены.
Услышав это, Линь Гунянь слегка растерялась. Сейчас Гу Чэн казался каким-то другим. Она подняла взгляд, и когда их глаза встретились, испуганно отвела в сторону, опуская голову и снова утыкаясь в бумаги. Слегка покраснев, она перевернула страницу, а с её губ сорвалось тихое, похожее на жужжание комара:
— Хорошо.