До снабженческого пункта было довольно далеко от дома второго брата Ху.
Идти туда пешком было точно нельзя: если отправиться в полдень, то и к пяти часам вечера не факт, что удастся обернуться туда и обратно.
К тому же пухленькое тело второго брата Ху не вынесло бы таких мыслей.
Сейчас.
На узкой полевой дорожке Чэнь Мин вез второго брата Ху на велосипеде отца последнего, и оба они подпрыгивали на грунтовой дороге.
Пухлое круглое лицо второго брата Ху непрерывно тряслось.
Брат Мин, как этот велосипед? — спросил второй брат Ху.
Чэнь Мин тряхнул руль велосипеда в руке: — Загляденье!
Отец второго брата Ху был бухгалтером в производственной бригаде, человеком далеко не простым.
Если оглядеть всю деревню, этот велосипед был у него в единственном экземпляре.
Впрочем, Чэнь Мин знал, что велосипед этот вовсе не был добыт какими-то кривыми путями.
Просто в свое время отец второго брата Ху проявил гражданское мужество и спас двух женщин во время аварии на каменоломне, за что коммуна наградила его общим подарком.
Это невольно заставило Чэнь Мина вспомнить о той дряни Цзян Сифэн, и в его глазах вспыхнула ярость.
Следом второй брат Ху внезапно похлопал Чэнь Мина по плечу, и его тон звучал странно: — Брат Мин?
— Чего?
Чэнь Мин не оглядываясь держался за руль и продолжал крутить педали.
— Почему мне кажется, что в последнее время, когда ты говоришь, в твоих глазах всегда сквозит какая-то зловещая аура? — с некоторой неуверенностью произнес второй брат Ху.
Чэнь Мин тут же усмехнулся: — С чего бы это?
Однако он сразу же понял, в чем дело.
Наверняка все дело было в этой дряни Цзян Сифэн.
Хотя он сейчас и переродился, огонь, бушевавший у него внутри, никак не утихал.
В прошлой жизни Цзян Сифэн изощренно измывалась над ним самыми извращенными способами и предавалась утехам прямо у него на глазах.
Стоило только вспомнить об этом, как у Чэнь Мина начинали чесаться руки от ненависти.
Вернувшись в этот мир, он теперь смотрел на всех с кровожадным блеском в глазах.
Второй брат Ху был близок с Чэнь Мином и, конечно же, хорошо знал его обычное поведение, поэтому он первым заметил неладное.
Чэнь Мин же не хотел вдаваться в подробности и перевел тему: — Куда твой батька сегодня ушел?
Когда Чэнь Мин шел сюда сегодня, он и не думал, что все пройдет так гладко.
В конце концов, будь отец второго брата Ху дома, раздобыть эти талоны на мясо было бы куда сложнее, не говоря уже о том, чтобы одолжить его драгоценный велосипед.
Всей деревне было известно, как сильно отец второго брата Ху дорожил своим велосипедом.
Говорили, что жену он еще мог одолжить кому-то, но велосипед — ни за что на свете.
По этому было понятно, как сильно он им дорожил.
Он и не ожидал, что сегодня отца второго брата Ху не окажется дома, так что ему можно сказать повезло.
Второй брат Ху широко улыбнулся.
— Батя? На похороны ушел. Кстати, когда у вас там собираются справлять поминки по невестке? — снова спросил второй брат Ху. — В последние дни многие семьи в деревне хоронят кого-то!
Услышав это, Чэнь Мин сразу же помрачнел и ничего не ответил.
Второй брат Ху почувствовал исходившую от Чэнь Мина зловещую ауру, и хотя не понимал в чем дело, расспрашивать больше не стал, а вместо этого спросил: — Брат Мин, а ты деньги с собой взял?
С талонами на мясо в снабженческом пункте просто так мясо не выдадут — нужны еще и деньги.
Свинина сейчас стоила девять мао за цзинь, а всего они принесли талонов на одиннадцать цзиней, что в пересчете составляло девять юаней девять мао, почти десять юаней.
Какая-нибудь крестьянская семья за целый год с трудом откладывала три-четыре юаня, а тут надо было выложить почти десять.
Сумма была немаленькая.
Чэнь Мин нарочно переспросил: — А ты разве не взял денег?
Услышав это, второй брат Ху остолбенел и тут же хлопнул себя по бедру: — Да у меня нет денег! Я-то думал, что это ты, брат Мин, с деньгами.
Чэнь Мин улыбнулся и ответил: — У меня тоже нет денег.
Услышав такое, второй брат Ху тут же соскочил с велосипеда и вытаращил глаза: — Брат Мин, ты шутишь? Если у тебя нет денег, мы что, грабить их пойдем?
Чэнь Мин хихикнул, нажал на тормоз, останавливая велосипед, и ободряюще бросил сидевшему позади второму брату Ху: — Залезай давай, не болтай зря. Сегодня твой брат Мин покажет тебе, как можно получать свинину вообще без денег.
Второй брат Ху опешил.
Но под непреклонным взглядом Чэнь Мина он все же поспешно забрался на заднее сиденье.
После небольшой тряски на велосипеде ехать стало намного быстрее, и через полчаса они добрались до входа в снабженческий пункт.
У входа сидел молодой человек с рябым лицом: закинув ногу на ногу и щелкая семечки, он грелся на солнышке на маленькой скамеечке, выглядя чрезвычайно довольным.
Работа в снабженческом пункте и правда была хлебным местом: сколько всего шло через него туда-сюда, прямо как в поговорке — с пролетающего гуся хоть пеышко да урвешь.
Здешний снабженческий пункт славился своими недовсами.
Принесешь цзинь зерна, а тебе недовесят несколько лянов — и это считалось в порядке вещей.
Все прекрасно это понимали.
Каждый знал, что снабженческий пункт — место доходное, и чтобы устроиться сюда на работу, обязательно приходилось давать взятки через черный ход и не скупиться на подарки.
Чэнь Мин прислонил велосипед в углу.
Штука эта была чертовски дорогая, и если бы она потерялась, то даже избиение второго брата Ху до полусмерти вряд ли уняло бы гнев его отца.
Чэнь Мин подошел ко входу в снабженческий пункт: — Здравствуйте, товарищ, не могли бы вы обменять мне пару цзиней мяса?
Рябого лицо поднял голову и, не раздумывая, протянул руку.
— Сколько цзиней?
Чэнь Мин достал талоны на мясо и протянул их: — Всего одиннадцать цзиней.
Ряболовый не задумываясь взял талоны, бегло взглянул на них и сунул в карман. — Ладно, только сегодня свинина подорожала, девять с половиной фэней.
— Чего? Подожглась? — завопил второй брат Ху, услышав это.
Чэнь Мин бросил на него презрительный взгляд: — Деревенщина.
Затем Чэнь Мин с улыбкой добавил: — Ничего страшного, раз девять с половиной, так девять с половиной, пустяки.
Услышав это, ряболовый остался сидеть на месте, и несколько человек уставились друг на друга во все глаза.
Ряболовый простоял в растерянности добрую минуту, глядя на Чэнь Мина затуманенным взором, и наконец спросил: — А деньги где?
Чэнь Мин улыбнулся: — Денег нет.
При этом он развел руки и пожал плечами.
Ряболовый сначала опешил, но через мгновение пришел в себя, вытащил талоны на мясо и швырнул их в лицо Чэнь Мину.
— В игры вздумали играть? Нет денег, какого черта приперлись за мясом? Проваливайте, проваливайте! Идите и остыньте где-нибудь в тенек!
Подумать только, в нынешние времена мало иметь одни талоны, нужны еще и деньги.
Ряболовый посмотрел на стоящего перед ним здорового парня — вроде не похож на дурачка.
И приперся получать мясо, имея на руках лишь одни талоны?!
Однако Чэнь Мин ничуть не рассердился. Подняв с земли разлетевшиеся талоны и под ошеломленным взглядом второго брата Ху, он сказал ряболовому: — Товарищ, не спеши. Может, проведешь меня к вашему заведующему? Поговорим с ним.
— К нашему заведующему? — ряболовый не понял смысла слов Чэнь Мина.
— Вот позовешь сюда своего заведующего, тогда сам все поймешь, — с абсолютной уверенностью на лице произнес Чэнь Мин.
Ряболовый озадаченно оглядел Чэнь Мина с ног до головы: неужели он какой-то родственник заведующего?
Но видя невозмутимый и уверенный вид Чэнь Мина, он немного поколебался, а затем бегом бросился во двор.
— Жди здесь, я позову его!