Когда Жиминь изо всех сил пытался вырваться из гигантской магической решетки, покрывающей всё солнце, которая была предельно слабой, тонкие нити золотой магии из Эквестрии сделали эту решетку еще прочнее.
— Хм... магия аликорна? Похоже, Скелосу все-таки повезло: даже усилившиеся Ветряные демоны не привели к его падению... Ха-ха-ха! Вот это мир! Несправедливо! Как же несправедливо! Ведь ущерб от потери контроля над магией был ничтожным, а меня зашвырнули на солнце! Еще и собрали магию всех аликорнов, чтобы наложить на меня эту проклятую решетку и вырезать руны на моем роге!
Затем последовал еще один горький смех, и вдруг Жиминь замолчал, просто молча глядя в пустую бездну космоса — словно отрезвление после бессильной истерики или затишье перед бурей.
— Магия лишь одного аликорна? Хм... Похоже, Скелос пал? Эх... если бы не тот дурацкий срыв... Тьфу... зачем вспоминать старые дела? Интересно, кто этот аликорн, способный установить связь с солнцем? Уж не та ли это стерва?
Когда развевающаяся темно-рыжая грива, скрывавшая лицо Жиминя, отодвинулась от его движения,
стали видны магические руны, вырезанные на его роге — внутри них струился магический свет, похожий на лаву. Эти руны подавляли его способность использовать магию.
Каждый раз, когда рог Жиминя пытался применить магию, руны поглощали часть солнечной энергии, чтобы нейтрализовать заклинание...
Более того, в такие моменты на теле Жиминя проступал целый узор из солнечных рун, заставляя его испытывать боль, словно лава разъедает кости, а огонь пронзает плоть... Тысячелетие таких мучений не могло не сказаться на его рассудке.
Но вслед за этим произошел мощный выброс корональной массы — настолько сильный, что даже Селестия почувствовала бурную активность Солнца!
......
— Принцесса Небес, что это значит? Как мы можем попасть на Солнце? Принцесса Луны раньше отправляла нас на Луну, но это же Солнце! —
Твайлайт Спаркл смотрела на Принцессу Небес, которая с помощью магии поднимала Рарити и других. Она с помощью магии перемещала (изгоняла) себя и всех пони на Солнце.
— Не волнуйся, Твайлайт, заклинание изгнания до некоторой степени защитит нас... —
— Сестра... может, не надо? Магия на Солнце не то же самое, что на Луне... К тому же с Жиминем лучше знакома ты, — подошедшая Луна советовала Селестии не действовать опрометчиво. Ведь друзья Твайлайт — обычные пони, не аликорны, у них не такая крепкая конституция...
— Ладно... Но... те старые дела... я, кажется, забыла... и не знаю... К тому же карта всё объясняет... — в голосе Селестии звучало колебание. Она почти не помнила тех давних событий. Когда Селестия повернулась и указала копытом на проекцию Солнца на карте, то обнаружила...
Что только её метка парила над Солнцем, а метки Твайлайт, её друзей и Луны парили над Кантерлотом...
Селестия не поверила своим глазам, подошла проверить — и правда!
— Оно... оно... когда оно изменилось?
— Эм... наверное, только что. Я не знаю, почему так, но карта обычно права. Принцесса Небес, верьте себе, — Твайлайт посмотрела на парящие над Кантерлотом призрачные метки, затем на метку Принцессы Небес, парящую над проекцией Солнца... покачала головой, развела копыта и даже подбодрила Селестию.
Однако Селестия выглядела очень взволнованной...
Но, глядя на карту Твайлайт, обычно её распределение... действительно было верным.
— Ну... хорошо... *глоток*... Я поговорю с Жиминем, — Селестия посмотрела на Солнце за окном, с сомнением сглотнула...
Затем расправила крылья и полетела к Солнцу...
— Ладно, Принцесса Луны, действуем! — с этими словами Твайлайт и её друзья вышли из картографической комнаты и направились к вокзалу...
В пустой картографической комнате...
Проекция Эквестрии и соседних стран на хрустальном столе мигнула.
Казалось, произошёл сбой, и она автоматически восстанавливается...
После ещё одной вспышки призрачные метки, парившие над Кантерлотом, исчезли и снова... закружились над проекцией Солнца...
......
Селестия смотрела на своё тело, окутанное бледно-золотой магией, обернулась, взглянув на удаляющуюся Эквестрию, затем снова повернулась и, нахмурившись, уставилась на приближающееся Солнце... Её мысли вернулись в прошлое...
Тогда Жиминь... был их с Луной другом детства...
......
— Эй, Селестия! Луна! Не хотите пойти вместе к учителю Альберту изучать магию? — крикнул Жиминь, который выглядел ненамного старше Селестии и Луны, стоя на улице перед их домом.
У аликорнов нет родителей; они — воплощение какого-либо качества или явления, рождённое самими небесами и землёй... А Скелос — это их место обитания.
Они поддерживают порядок на этой планете, причём Скелос находится не в том же пространстве, что и планета, подобно тому как небесный дворец относится к миру смертных: пока Скелос не соединится с этим пространством, обычные пони ни за что его не найдут...
У каждого новорождённого аликорна в Скелосе есть свой дом, и они должны учиться у старших аликорнов...
— Хорошо, Жиминь, подожди нас, — юная Селестия тонким голоском поздоровалась с Жиминем на улице из окна...
Затем с помощью магии взяла книги, которые могли понадобиться, и вышла; Луна следовала за своей сестрой, выглядела застенчивой и всё время шла, опустив голову.
— Как думаешь, чему нас будет учить учитель Альберт на третьей неделе?
— Наверное... Ветряным демонам? Я просмотрела книги, которые он дал, по программе — да.
— Ветряные демоны? Что это?
— Ты что, не читал книги учителя Альберта?
— Эм... читал, но мало. В основном потому что учёба скучная, к тому же я уже почти всё знаю, не забывай, я родился на несколько лет раньше тебя... Так что такое Ветряные демоны? — Жиминь виновато перевёл взгляд на улицу впереди, но, похоже, он притворялся.
На этой главной улице аликорнов было не так много; во всём Скелосе их меньше сотни...
Но убранство и архитектура напоминали Кантерлот, только более изысканные и роскошные; по обеим сторонам главной улицы стояли искусно вырезанные каменные статуи.
— Привет, Арианна, Мадлен! Как сегодня у Верховной судьи Анжелы Бэс идут дела?
Шедшая навстречу Мадлен посмотрела на Жиминя, видимо, не зная, что сказать; честно говоря, в Скелосе должность Верховного судьи была практически синекурой, и это знали все. Они двое — одна как помощник судьи, другая как стражница Судебной палаты — были ещё более свободны.
Так что приветствие Жиминя было всё равно что спросить у мастера, устанавливающего кондиционер: "А чем вы занимаетесь?"
— Всё отлично, всё замечательно.
Селестия, выдавив фальшивую улыбку Мадлен, подтолкнула Жиминя, намекая, что, если он не умеет здороваться, лучше не надо.