Санцжи-Лоденчжу заливался слезами и без конца твердил:
— Мы же братья, Гэло-Лоденчжу, не убивай меня, мы же братья…
Гэло-Лоденчжу с мрачным лицом подошел к нему вплотную, разжал ему рот, открыл крышку нефритовой курильницы, и оттуда выползла ярко-красная сороконожка, которая тотчас забралась Санцжи-Лоденчжу прямо в рот.
Глава 106