Линь Цян привела мысли в порядок, успокоилась и продолжила допрос:
— Почему вы отправились в парк Лиху?
— Цзэн И позвонила мне и попросила забрать её. — Хань Чже опустил голову, его тон был ровным, а на лице не было ни единой эмоции.
— Что вы делали после того, как встретились в парке? О чём говорили?
— Она горько плакала, и я проводил её домой. — Хань Чже опустил глаза, и его длинные чёрные ресницы легли на веки, словно вороньи перья.
— Кем она вам приходится? Почему среди ночи, под проливным дождём, вы поехали забирать её домой?
— Она постоянная гостья нашего кафе. — Хань Чже выглядел немного уставшим и вдруг опустился грудью на стол, уткнувшись лицом в скрещенные руки.
— Она всего лишь постоянная гостья, а вы сорвались среди ночи в ливень, чтобы отвезти её домой? Вы со всеми так добры? — Линь Цян подалась вперед, давящим взглядом уставившись на Хань Чже.
Хань Чже ничего не ответил.
— Ты же только что был такой красноречивый? А теперь онемел? Неужели она просто клиентка? Боюсь, тут что-то скрывают.
Хань Чже поднял глаза и посмотрел на сидевшую перед ним Линь Цян:
— С годами твой характер совсем не изменился, всё такая же, как в детстве.
Линь Цян замерла:
— Ты меня знаешь?
— О, я хотел сказать, что ты очень похожа по характеру на одну мою знакомую из детства. — Хань Чже улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.
— Я спрашиваю тебя в последний раз! Кем она тебе приходится и почему ты посреди ночи под проливным дождём поехал забирать её домой?
Хань Чже выпрямился, сменил позу и вытянул длинные ноги:
— Инспектор Линь, я не её парень, и никаких особых отношений между нами не было. Когда она мне позвонила, она безумно плакала — выглядела так, будто её бросил возлюбленный. Можете спросить у её парня.
— Парня? Как зовут её парень? — Линь Цян уловила зацепку и быстро застрочила в блокноте.
— Вот этого я, правду говоря, не знаю. Боюсь, тут уж придётся задействовать всю вашу блестящую сообразительность, инспектор Линь… — Хань Чже поднял глаза на Линь Цян, и хотя слова звучали вызывающе, взгляд его был на удивление мягким.
— Ты же сам говоришь, что у неё есть парень, неужели имени не знаешь?
— Раз в такой час у девушки может так надрываться сердце, кроме несчастной любви, ничего другого в голову не приходит. — Хань Чже снова взял в руки чашку и принялся крутить её. — Всё это мои догадки…
Линь Цян чуть не задохнулась от гнева. Догадки! От такого ответа ей так и хотелось съездить по его красивой физиономии.
Линь Цян подвинула к нему фотографию: Цзэн И лежала на земле, залитая кровью, и дождевая вода смывала её тело, превращая в похожую на распустившуюся под дождём кровавую розу.
— Это не самоубийство. Точно не оно.
— С чего такая уверенность? — Линь Цян в упор смотрела на Хань Чже, пытаясь по малейшему изменению на его лице уловить хоть какую-то зацепку.
— Потому что перед сном она приняла снотворное. С чего бы ей вдруг среди ночи подниматься и сводить счёты с жизнью? — Формально это был вопрос, но прозвучал он предельно убедительно.
— Она пила снотворное? И сколько? — Результаты вскрытия ещё не были готовы, и установить концентрацию препарата в крови погибшей пока не представлялось возможным.
— Одну таблетку. Она даже завела будильник, собираясь на следующий день на работу. — В её поведении наотрез отсутствовали любые признаки подготовки к суициду.
Когда депрессия доходит до точки невозврата и человек решается на самоубийство, всегда остаются какие-то следы: попытки покончить с собой иными способами — наглотаться тех же таблеток, вскрыть вены, задрать окна и открыть газ. Но у Цзэн И ничего подобного не было.
— Примерно во сколько вы добрались до дома? Что делали после прибытия? Во сколько ушли? Не заметили ли каких-нибудь других странностей? — Линь Цян застучала по клавиатуре, выпалив целый шквал вопросов.
— Около десяти с небольшим я привёз её домой. Она сама попросила дать ей снотворное, потом мы немного поболтали на диване, но она заснула, едва успев сказать пару слов. Я убедился, что она уснула, и только тогда ушёл. Было, наверное, около половины одиннадцатого. — Хань Чже мысленно восстанавливал события вчерашнего вечера, выстраивая хронологию.
— Ладно. На сегодня допрос окончен. — Линь Цян собрала протокол и сопутствующие материалы. — Никуда не уезжай из города в ближайшее время, держи телефон на связи. — С этими словами она подхватила ноутбук и направилась к выходу из допросной.
— Никуда я не уеду, — глядя на Линь Цян, Хань Чже вытащил из кармана бумажник, достал визитку и протянул её девушке обеими руками. — Буду рад, если инспектор Линь заглянет к нам в кафе чашечку кофе пропустить.
Визитная карточка из плотной дорогой бумаги была выполнена в белых тонах: слева красовался изящный цветок розы, справа значились название Кофейня Дикая Роза, а также имя Хань Чже и его контактные данные. На обороте было выбито стихотворение:
Я обладаю тем, что не отнять никому,
Моя любовь, и всё величие звезд.
— Рекламу кофейни теперь и в полиции двигаешь? Ну ты и кадр, — Линь Цян взяла визитку.
Впервые в её практике подозреваемый прямо в допросной вручал полицейскому визитку с приглашением зайти в гости. Этот Хань Чже и правда был тем еще типом — похоже, в голове у него вместо мозгов плескалась вода.
·
Покинув допросную, Линь Цян занялась проверкой алиби Хань Чже.
В жилом комплексе Мэньлянь камеры видеонаблюдения были установлены только в лифтах, а на лестничных пролётах и в коридорах их не было.
Зафиксировано, как Хань Чже поднимается с Цзэн И на лифте — примерно в 22:15.
Зафиксирован его выход из комплекса — в 22:30.
Возвращение на парковку живописного района Тяньли — в 22:45.
Прибытие в Кофейня Дикая Роза на улице Тяньли Фэнцин — в 22:55.
Ну а после — вызов в полицейский участок в 1:40 ночи.
Впрочем, теоретическая возможность незаметно ускользнуть из кафе, избежав камер, и вернуться к дому Цзэн И по временной шкале выглядела маловероятной, так что Линь Цян временно исключила Хань Чже из числа подозреваемых.
·
Девять часов утра, Бюро общественной безопасности района Личэн.
— Погибшая Цзэн И, 24 года, дизайнер в компании Баофан, проработала чуть больше года.
— В заключении судмедэкспертизы причиной смерти Цзэн И названа травматический шок в результате падения с высоты.
— На теле погибшей нет следов борьбы, нет следов ударов тупым предметом или иных повреждений, отсутствуют следы сексуального насилия.
— Лабораторные анализы показали отсутствие наркотических веществ в крови, однако в крови, моче и содержимом желудка обнаружен рисперидон. В крови также выявлен след снотворного — в небольшой дозировке, достаточной для глубокого сна, но позволяющей проснуться на следующий день.
Капитан Тан только сегодня утром получил на руки отчёт судмедэкспертизы:
— Давайте обсудим, у кого какие соображения по этому делу.
— По делу Цзэн И: следов насильственного проникновения в квартиру нет, ценные вещи на месте. Не исключено, что преступление совершено кем-то из знакомых, — добавил Чжан Чжэнь.
— У меня есть некоторые вопросы насчёт места преступления, — поднял руку Чэнь Пинь. Чэнь Пинь был новичком, которого набрали в прошлом году, а в этом он как раз прошёл испытательный срок и получил звание младшего лейтенанта полиции.
Обычно немногословный, во время работы над делами Чэнь Пинь преображался, загораясь энтузиазмом, и стоило ему открыть рот, как остановить его было уже невозможно:
— Свидетель в доме напротив утверждает, что погибшая выпала из окна собственной квартиры, то есть с восьмого этажа. Но её тапочки нашли на десятом. Значит, это было инсценированное самоубийство.
Линь Цян вздрогнула — Чэнь Пинь озвучил её собственную мысль.
— Чэнь Пинь прав. К тому же эту зацепку вчера вечером уже упоминала Линь Цян. Так что нам предстоит провести поквартирный обход и опросы, чтобы окончательно установить место происшествия. Также нужно проверить круг общения погибшей и убедиться, что к её смерти никто не причастен — только так мы сможем дать ответы на все вопросы. — Капитан Тан переадресовал заслуги Линь Цян ей самой, и девушка была тронута.
— Есть ещё у кого-нибудь дополнения? — спросил капитан Тан.
— Вчера я поручил Линь Цян допросить Хань Чже — последнего человека, с которым созванивалась Цзэн И. Он обмолвился, что у неё был парень. Предлагаю проверить, не сможем ли мы копнуть в сторону ревности или личных счётов, — добавил капитан Дин.
— Это очень важная нить, — капитан Тан кивнул капитану Дину и Линь Цян. — Теперь давайте проработаем маршрут погибшей за неделю до смерти: места, которые она регулярно посещала — дом, офис, кофейня и так далее. Нужно поднять записи со всех камер на этих участках.
— У каждого из нас наверняка есть и текущие задачи, так что давайте распределим обязанности. Я, Чжан Чжэнь и Линь Цян отправляемся на место для проверки. Капитан Дин займется допросом свидетеля и других причастных лиц. Ван Жань и Чэнь Пинь пусть поднимут записи с камер и проверят постоянные маршруты Цзэн И и круг её контактов. Есть ли у кого-нибудь вопросы?
— Подчиняюсь приказу.
— Никаких вопросов.
— Будет сделано.
— Раз всё решено, тогда за работу. Вечером собираемся здесь, сверим информацию, поищем новые зацепки или упущения. Совещание окончено.
Раздав указания, Тан Кай в сопровождении Чжан Чжэня и Линь Цян отправился в офис компании Цзэн И.
·
Компания Баофан занимала восемнадцатый этаж башни Цзиньмао к востоку от улицы Тяньли Фэнцин. Это был профессиональный оператор в сфере туризма и коммерческой недвижимости, специализирующийся на планировании и проектировании коммерческих объектов. С момента окончания университета в 2019 году Цзэн И работала здесь безвылазно: сначала устроилась копирайтером, а со временем переквалифицировалась в ассистента дизайнера по коммерческой недвижимости.
— Недавно Цзэн И обмолвилась, что хочет уволиться, но подавала ли она официальное заявление, я не знаю, — рассказала сотрудница, сидевшая за соседним столом. — Она вечно жаловалась, что эта работа ей не подходит, что вокруг сплошной стресс, клиенты вечно всем недовольны, макеты приходится переделывать по сто раз. Если бы не помощь менеджера Хуана, она бы бросила всё гораздо раньше.
— Вашего менеджера Хуана сегодня нет в офисе? Куда он уехал? — Тан Кай, приехав, не обнаружил Хуан Хэшэна на месте.
— Он недавно уехал в командировку в Хайкоу, вернется дня через три, — ответила коллега.
Тан Кай:
— Какого числа он убыл в Хайкоу?
Коллега:
— Седьмого мая во второй половине дня.
Тан Кай:
— Заметил ли кто-нибудь что-то странное в поведении Цзэн И в последние дни перед смертью? Или, может быть, изменилось её душевное состояние?
— Странное? Вроде бы ничего такого, — задумавшись, ответила та. — А, вспомнила! Кажется, в тот день в обед ей принесли букет цветов. К нему прилагалась открытка с приглашением встретиться в девять вечера в парке Лиху. В тот день после обеда она была очень довольна, даже говорила, что после смены заскочит в салон сделать уход за волосами и маникюр.
— Вы не знаете, где сейчас этот букет и открытка? — продолжил допрос Тан Кай.
— Это были красные розы. Открытку мы особо не рассматривали, а после работы она забрала цветы с собой.
Хуан Хэшэн был ключевой фигурой. Значит ли это, что упомянутый Хань Чже парень — и есть Хуан Хэшэн? Коллеги по работе, служебный роман — по сути, тайная связь. Сослуживцы почти ничего не знали об их отношениях. Цзэн И была местной, из Лигана, училась в Ливэньском университете, но её дом находился очень далеко от центра города, поэтому, устроившись на работу, она сняла квартиру в комплексе Мэньлянь и жила одна.
Покидая башню Цзиньмао, Линь Цян тяжело вздохнула:
— Никаких зацепок.
— Я связался с Хуан Хэшэном, он сказал, что вернется завтра, и я велел ему сразу ехать в участок. Кроме того, я уже связался с женой Хуан Хэшэна — Сюй Цань, навестим её дома, — Тан Кай понимал, что в офисе ничего не добиться, и решил зайти с семейного фронта.
— Капитан Тан! Мы тут пробили по базе: оказывается, Цзэн И уже обращалась в полицию! Вечером пятого мая она заявляла, что за ней кто-то следит, но сразу после звонка сама же перезвонила и сказала, что ей показалось. Так что официальной регистрации вызова не было. Капитан Тан, может, вернетесь взглянуть?