Внезапно зазвонил телефон, звук был особенно отчётлив в тишине салона.
Рука убралась от подбородка. Цзян Е сел прямо и снова завёл машину. Выражение его лица оставалось бесстрастным, но скорость хотя бы пришла в норму.
Сун Кэцин с облегчением выдохнула, достала телефон. Звонила Сун Лань, спрашивала, где она.
— За мной друг приехал, я поехала. Ты тоже возвращайся пораньше, будь осторожна в дороге.
Сун Лань ничего не заподозрила.
Всю дорогу, из-за случившегося, они молчали.
Хмель постепенно ударял в голову, в желудке началась тупая боль. Сун Кэцин нахмурилась, прижала руку к животу и закрыла глаза.
Она открыла их только тогда, когда машина остановилась.
Она вышла, не обернувшись на того, кто остался сзади.
Было уже поздно, тётя Тянь легла спать.
Желудок скрутило резкой волной тошноты. Сун Кэцин быстро взбежала наверх, ворвалась в туалет. После рвоты стало немного легче, но воздух в комнате пропитался стойким запахом алкоголя.
Она поморщилась, включила вентилятор.
Голова кружилась невыносимо, желудок всё ещё ныл, больно и мерзко. Она быстро ополоснулась под душем и, даже не высушив волосы, рухнула на кровать.
Цзян Е разбудил тётю Тянь и попросил сварить отвар от похмелья. Поднявшись наверх, он увидел, как Сун Кэцин скорчилась на кровати, прижимая руки к животу. Лицо у неё было белым, как мел, без единой кровинки, и её мелко трясло.
Он шагнул к ней, позвал по имени, но она не отозвалась. Не медля ни секунды, он подхватил её на руки и направился к выходу.
В следующий раз Сун Кэцин очнулась уже в больнице. В носу щипал резкий запах дезинфекции.
Только она приподнялась, как дверь палаты открылась, и вошли Шэнь Хуайчжи в белом халате и Цзян Е.
Увидев, что Сун Кэцин пришла в себя, Шэнь Хуайчжи приподнял бровь и обратился к ней:
— Ну ты и уникум! Напиться до прободения язвы желудка.
Сун Кэцин замерла:
— Прободение язвы?
Шэнь Хуайчжи кивнул:
— Судя по всему, у тебя и раньше часто болел желудок. Хорошо, что тебя доставили вовремя. Операция не понадобится, обойдёмся консервативным лечением.
Он добавил:
— Следующие два дня соблюдай постельный режим, не двигайся резко, и полный отказ от еды и воды.
С этими словами он вышел, оставив их вдвоём.
Сун Кэцин полулежала на больничной койке, глядя на Цзян Е, который сидел на диване.
Она облизала пересохшие, потрескавшиеся губы и тихо произнесла:
— Спасибо, что привёз меня в больницу.
Она благодарила его искренне.
До того, как попасть в этот роман, она попала в аварию. Машина упала в море, и она, скорее всего, погибла. Еле-еле перенеслась в книгу — и чуть не отдала концы снова.
При мысли о том, что она могла бы умереть в полном одиночестве в своей квартире, истерзанная болью, она невольно вздрогнула.
Цзян Е приподнял веки. Взгляд его был чёрным и острым:
— Ты и правда должна меня благодарить. Если бы не я, сейчас ты, скорее всего, лежала бы в ящике в морге.
Сун Кэцин:
— …
В душе она была ему очень признательна, но язык у Цзян Е был словно нож, режущий по живому. Он разрушал любую атмосферу.
Сун Кэцин просто слов не находила.
Она стиснула зубы:
— Ты не мог бы говорить нормально?
Цзян Е покосился на неё:
— Так ты разговариваешь со своим спасителем?
— А что мне сделать? Встать и в ноги тебе поклониться, когда поправлюсь? — огрызнулась Сун Кэцин.
— Не надо. Боюсь, ты меня до смерти забьёшь.
Сун Кэцин сверкнула на него глазами. Боясь, что лопнет от злости, она просто закрыла глаза.
Цзян Е тоже замолчал. Он и сам не понимал, что на него нашло.
Как только он вспомнил ту сцену наверху — как она корчилась от боли одна, пока не потеряла сознание, — его охватило необъяснимое раздражение.
Не в силах разобраться в этом, он просто открыл ноутбук на соседнем столике и начал работать.
В палате было очень тихо, только слышался стук пальцев по клавишам.
Сун Кэцин лежала на кровати. Она только что очнулась и совсем не хотела спать.
Она полежала немного с открытыми глазами.
Взгляд скользнул по комнате. Телефона своего она не нашла. Она помялась, но всё же обратилась к Цзян Е:
— Я хочу свой телефон.
Будучи заядлой пользовательницей интернета, которая не мыслит жизни без телефона, его отсутствие было для неё настоящей пыткой.
— Твой телефон дома, — сказал Цзян Е и протянул ей свой. — Пользуйся пока моим.
Сун Кэцин моргнула:
— Там нет ничего такого, что мне не положено видеть?
Не успела она договорить, как Цзян Е уже потянул телефон обратно.
Увидев это, она быстро схватила его, хихикнула:
— Не бойся, я просто полазаю по сети, поиграю в игрушки. Ничего лишнего смотреть не буду.
Цзян Е поднял на неё глаза с насмешливой улыбкой:
— Мне напомнить тебе? За кражу коммерческой тайны дают срок.
Сун Кэцин:
— …
Не до смеха.
Она скривилась:
— Пароль.
— Ноль-ноль-ноль-ноль.
Она разблокировала экран, быстро зашла в Вэйбо и нажала на иконку. Цзян Е был авторизован в корпоративном аккаунте. Только она начала листать ленту, как тут же выскочило сообщение от Су Нуань.
Су Нуань: «Брат Цзян Е, у тебя есть время вечером?»
Сун Кэцин подняла голову и обратилась к Цзян Е, который как раз проводил видеоконференцию:
— Су Нуань написала. Спрашивает, есть ли у тебя вечером время.
Цзян Е ответил бесстрастно:
— Не отвечай.
Сун Кэцин приподняла бровь, уголки губ дрогнули в едва заметной усмешке. На душе у неё стало как-то странно легко.
Не дождавшись ответа, Су Нуань написала снова: «Я сегодня снимаюсь недалеко от твоего офиса. Давай поужинаем вместе, когда ты закончишь.»
— Твоя дорогая сестричка зовёт тебя на ужин, — в голосе Сун Кэцин проскользнула насмешка. — Ты бы ответил, а то она будет переживать, расстроится.
Цзян Е нахмурился, отключил микрофон и посмотрел на Сун Кэцин:
— Ты что, с ума сошла? Веди себя нормально.
Сун Кэцин фыркнула:
— Я сошла с ума? Ты — ночуешь со мной, а с ней — ужинаешь. А потом, наверное, и домой её повезёшь? По такой логике, мне тоже нужно было бы найти себе мужчину на ужин и попросить его проводить меня домой.
Взгляд Цзян Е стал опасным. Он включил микрофон, бросил в конференцию фразу, что совещание переносится, закрыл окно и впился глазами в Сун Кэцин:
— Только посмей! Сун Кэцин, знай своё место.
Возможно, из-за того, что ей было плохо физически, она стала особенно ранимой и чувствительной. Злость в ней вскипела мгновенно:
— А кто я по статусу?
Госпожа Сун ещё никогда так не унижалась.
Она признавала, что Цзян Е — её типаж. Как любовник он вполне годится.
Но это не значит, что она будет терпеть и молча смотреть, как он делает с ней одно, а с другой — милуется.
Если уж брать, то целиком и полностью, без остатка. А не хочешь — не надо.
В ярости она швырнула телефон прямо в Цзян Е и холодно посмотрела на него:
— Если ты считаешь, я слишком низкого для тебя полёта, то давай на этом и закончим. Будет проще. Я больше не намерена тебя обслуживать.
Глаза Цзян Е потемнели, став холодными и чёрными:
— Ты думаешь, что решать, когда заканчивать эти отношения, в твоей власти?
Сун Кэцин даже не скрывала сарказма в голосе:
— Подумаешь, какое-то дурацкое видео. Хочешь — выкладывай. Я тебе прямо сейчас говорю: всё, я сдаюсь. А ты, — она махнула рукой, — занимайся своими делами.
Хуже уже не будет.
Сказав это, она потянулась к кнопке вызова медсестры у изголовья кровати и нажала её.
Палата была VIP-класса, так что медсестра появилась быстро.
— Здравствуйте, можно мне ваш телефон? Мне нужно позвонить другу.
Медсестра бросила взгляд на Цзян Е.
Цзян Е был мрачнее тучи, на его лице застыла ледяная маска, в глазах плескалась ярость. Он посмотрел на Сун Кэцин:
— Что ты ещё задумала?