Короткая фраза мгновенно разрушила напряжённую атмосферу, царившую вокруг, и заставила обоих на миг утихнуть. Ю Яояо бросила сердитый взгляд на невозмутимого Бай Таоши и с обиженным видом удалилась.
Вслед за ней Е Циши с критическим и пренебрежительным выражением посмотрел на мужчину, который был уже почти одного роста с ним, и неторопливой походкой догнал удаляющуюся Ю Яояо.
Бай Таоши с живым интересом приподнял брови, провожая взглядом уходящих друг за другом людей, и тихо пробормотал себе под нос:
— Уж не думал, что отгородиться от меня так просто, Ю Яояо.
Е Юньтао пришёл к Ю Яояо на самом деле ради того, чтобы познакомить её с одним человеком — тем, кого она уже однажды видела. Это был его младший брат, третий по счёту в семье, а по совместительству — довольно популярный в азиатском регионе государства Чжао режиссёр развлекательных шоу Е Юньшэнь.
В отличие от старшего брата Е Юньтао, которого с детства воспитывали как зрелого и надежного наследника семейного дела, и от второго брата Е Юньшэня, с юных лет обожавшего оружие и жившего по законам чести и мести, Е Юньшэнь с малых лет тяготел к искусству и мечтал стать художником.
Однако его талантов оказалось недостаточно, и как бы он ни старался, добиться успеха не удавалось. Испытывая почти отчаяние, он однажды случайно обнаружил у себя склонность к созданию видеороликов и в конце концов просто решил стать режиссёром шоу.
Как говорится, нехватку природных способностей можно компенсировать упорным трудом. Проведя несколько десятилетий в бурных водах индустрии развлечений, он наконец занял там прочное место, благодаря чему старший брат и привёл его, чтобы познакомить с племянницей Ю Яояо.
Ю Яояо помнила Е Юньшэня смутно: она знала лишь, что он режиссёр развлекательных программ и любит подшучивать над людьми прямо во время съёмок, а всё остальное оставалось для неё загадкой.
Сам же Е Юньшэнь знал о племяннице не понаслышке, во многом благодаря тому, что Е Юньтао то и дело упоминал её в разговорах. Поэтому едва Ю Яояо появилась, Е Юньшэнь с лёгкой улыбкой обратился к Е Юньтао:
— Не виделись четыре года, а эта девчонка действительно заставляет взглянуть на неё по-новому. Я-то думал, она отправилась туда лишь ради какой-нибудь бумажки о дипломе, но никак не ожидал, что она покажет такие блестящие успехи.
Услышав это, Е Юньтао хоть и переполнился гордостью за дочь, внешне всё же решил проявить скромность. Сдержанно улыбнувшись, он отмахнулся от похвалы брата:
— Какие там блестящие успехи, просто благополучно закончила учебу, разве она заслуживает таких дифирамбов?
Хотя он говорил так, уголки его ртов норовили расползстись до самых ушей.
Е Юньшэнь, разумеется, прекрасно понимал мысли старшего брата и не стал их разоблачать. Вместо этого он с завистью посмотрел на Ю Яояо, шагавшую позади Е Циши.
До чего же у этой девчонки хороший талант! Сумела окончить Королевскую консерваторию Европейского региона. Будь у него такие способности, он бы наверняка сумел громко заявить о себе в шоу-бизнесе.
Е Юньшэнь думал так потому, что требования для выпуска из Королевской консерватории Европейского региона были невероятно суровыми. Там не только действовал жесточайший отбор по кредитам и баллам, но и предъявлялись строжайшие требования к музыкальному исполнению и владению инструментами.
Поэтому большинство студентов этой консерватории либо бросали учебу на полпути, либо учились по пять-семь лет, прежде чем наконец получить диплом. Ю Яояо же справилась всего за четыре года, что казалось ему практически невозможным.
Кто-то мог бы сказать: подумаешь, четыре года, экая невидаль!
Но за всю двухтысячную историю существования Королевской консерватории Европейского региона с момента её основания число тех, кто смог успешно завершить обучение ровно за четыре года, можно было пересчитать по пальцам.
Не говоря уже о том, что в этой консерватории категорически запрещалось перепрыгивать через курсы, так что даже при огромном желании выпуститься раньше положенного срока не существовало никаких обходных путей.
И в то же время каждый выпускник Королевской консерватории Европейского региона неизменно становился лидером, вздымающим огромные волны в музыкальной индустрии. Именно поэтому Е Юньшэнь смотрел на Ю Яояо с такой лёгкой завистью.
Но у Е Юньшэня была и своя гордость: пусть его художественные таланты не блистали, нынешнего положения он добился исключительно упорным трудом. Подавление зависти заняло у него лишь мгновение, после чего он вернул себе привычное здравомыслие.
Увидев знакомого третьего дядю, Ю Яояо вежливо кивнула и произнесла:
— Здравствуйте, третий дядя.
Е Юньшэнь кивнул в ответ, немного помолчал, а затем без утайки заговорил:
— Яояо, раз уж ты решила податься в шоу-бизнес, у меня как раз намечается одно шоу. Не хочешь ли поучаствовать, составить компанию остальным и заодно поднять свою популярность?
Хотя предложение её заинтриговало, Ю Яояо машинально взглянула на Е Юньтао, желая получить одобрение отца. Заметив кивок Е Юньтао, она с улыбкой согласилась:
— Раз третий дядя оказывает мне такую честь, я, конечно же, пойду. Лишь бы третий дядя не сочёл меня бестолковой и не расстроился из-за лишних хлопот.
Эти слова заставили Е Юньшэня рассмеяться. Забавно глядя на племянницу, он шутливо ткнул в неё пальцем:
— Только посмотрите на неё, еще и скромничает! Ну ладно-ладно! Давай сделаем так: как только я всё подготовлю, я дам тебе знать. Смотри только не опоздай!
Ю Яояо уже собиралась дать согласие, как вдруг рядом раздался голос Бай Таоши:
— Вы о чём это тут беседуете?
Стоило ему умолкнуть, как глаза Е Юньшэня загорелись. Он тут же бросился к нему, протягивая руку:
— О, Таоши! Я слышал, твой последний фильм стал настоящим хитом, сейчас твоя популярность бьет все рекорды. Не хочешь ли заглянуть в моё шоу? Мне как раз не хватает одного гостя.
Бай Таоши вежливо пожал руку Е Юньшэню, после чего перевёл взгляд на Ю Яояо и предельно прямолинейно заявил:
— Если Яояо пойдет, то и я пойду.
После этих слов на лице Е Юньшэня мелькнуло замешательство. Он инстинктивно посмотрел на старшего брата, но тот лишь молча улыбался, сохраняя загадочное выражение лица, в то время как на лице Ю Яояо отразилась целая гамма куда более сложных и трудноописуемых чувств.
Раз уж Бай Таоши высказался подобным образом, Ю Яояо не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы всё понять: этот тип заявился сюда исключительно ради неё.
Сейчас его популярность была на пике, и участие в шоу её третьего дяди означало бы для него некоторое снижение планки — это был жест доброй воли, одолжение, принимать которое или нет, зависело только от неё самой.
Скажи она отказом, третий дядя хоть и не затаил бы обиду, но наверняка расстроился. Согласись она — и Бай Таоши непременно начнет строить козни, пытаясь выставить её в самом неприглядном свете.
В этот момент Ю Яояо почувствовала головную боль: она оказалась меж двух огней, в безвыходном положении. Е Юньшэнь, судя по всему, тоже прекрасно это понимал: испытывая скрытое предвкушение, он в то же время не мог избавиться от тревоги.
— Раз Яояо хочет идти — пусть идет. В конце концов, это шоу твоего третьего дяди, в обиду тебя там не дадут.
Словно почувствовав затруднения племянницы, Е Юньтао непринуждённым тоном разрядил обстановку, фактически поставив точку в этом вопросе.
Е Циши, стоявший рядом, было открыл рот, собираясь что-то сказать, но один строгий взгляд Е Юньтао заставил его проглотить слова обратно. Ему оставалось лишь поджать губы и умолкнуть.
Раз отец вынес свой вердикт, у Ю Яояо не оставалось причин для отказа, и она послушно кивнула, выражая согласие.
Увидев, что она приняла предложение, Бай Таоши улыбнулся ещё шире и обратился к Е Юньшэню:
— Тогда заранее благодарю вас, режиссёр Е. Прошу опекать меня.
На фоне невозмутимости Бай Таоши Е Юньшэнь выглядел почти испуганным и заискивающе произнёс:
— Что вы, что вы! Это мне нужно благодарить вас, Таоши, за то, что соизволили почтить нас своим вниманием.
Пользуясь случаем и опасаясь, как бы Бай Таоши не передумал, Е Юньшэнь не стал задерживаться и поспешно потащил обоих подписать контракт.
Он торопился так, словно боялся, что промедли хотя бы на секунду — и Бай Таоши откажется от своих слов.