Благовония в кабинете сменились — в воздухе витал едва уловимый, тонкий аромат, приятный на запах, но у Ло Аньгэ от него всё равно разболелась голова.
Оставив даже вопрос о том, почему во время обсуждения дани в кабинете находились только он и Его Высочество наследный принц, достаточно было взглянуть на сам список дани, чтобы у Ло Аньгэ разболелась голова.
По законам войны между двумя государствами, если побеждённая страна не желает быть полностью уничтоженной, она должна поднести победителю золото, серебро, красавиц и рабов, а затем ежегодно выплачивать дань — так же, как и все остальные земли.
Победившее же государство направляет своих чиновников на территорию побеждённого для контроля над управлением. Если не случится ничего непредвиденного, Ло Аньгэ должен был получить титул удельного князя и верой и правдой служить государству И.
Но сейчас Ло Аньгэ больше всего беспокоил вопрос дани. Этот длиннющий список был совершенно не по карману нынешнему Юньлэ.
Видя, как Ло Аньгэ хмурится с озабоченным видом, Му Кэ неторопливо отпил чаю и с улыбкой спросил:
— Аньгэ, какие у тебя трудности? Расскажи-ка.
От обращения «Аньгэ» у Ло Аньгэ пошли мурашки по коже, но что поделать — этот человек был наследным принцем. Победитель получает всё, побеждённый — ничего. Ло Аньгэ пришлось сделать вид, что он не заметил этого обращения, и, с трудом подбирая слова, он заговорил:
— Дань за первый год… её слишком много. Ваше Высочество знает, что земли государства И в десятки раз больше Юньлэ. Юньлэ уже много лет ослаблено, к тому же только что закончилась война, народ ещё не успел оправиться и набраться сил…
— Сокращу вдвое, — весьма решительно заявил Му Кэ, забрал список и, взяв красную кисть, нанёс на него несколько красиво написанных иероглифов.
Ло Аньгэ был поражён такой щедростью. Он открыл рот и с трудом выдавил несколько слов:
— …Ваше Высочество воистину щедры.
— Всё это дань — не проблема, — небрежно бросил Му Кэ, швыряя список обратно на стол, и с лукавой усмешкой добавил: — Но у сокращения вдвое есть условия.
— Какие условия? — Ло Аньгэ вдруг почувствовал беспокойство и инстинктивно отодвинулся назад, подальше от Му Кэ.
— Я прошу у Юньлэ одного человека, — коротко ответил Му Кэ и многозначительно посмотрел на Ло Аньгэ. — Интересно, согласен ли Аньгэ?
— …Какого человека? — оторопел Ло Аньгэ, лихорадочно перебирая в голове: может, несравненную красавицу Юньлэ или учёного мужа, сведущего в поэзии и литературе?
— Тебя, — улыбнулся Му Кэ.
Ло Аньгэ не сразу понял:
— Что это значит?
— Всё просто, Аньгэ. Я хочу, чтобы ты покинул Юньлэ и отправился со мной в государство И — будешь моим слугой или наложником.
— Ты! — Ло Аньгэ резко вскочил, опрокинув стул, и тяжёлые ножки с грохотом ударились об пол.
— Мерзавец! Пусть я и проиграл эту войну, но не позволю тебе так меня унижать! — в ярости закричал Ло Аньгэ, его лицо побагровело от гнева, что сделало его гораздо привлекательнее, чем его прежняя бледность.
Му Кэ усмехнулся и одной фразой ударил по самому больному месту Ло Аньгэ:
— Можешь не ехать со мной. Но тогда за первый год дани придётся раскошелиться твоим подданным из Юньлэ.
— … — Эта фраза мгновенно отрезвила Ло Аньгэ от ярости. Сейчас он был словно рыба на разделочной доске — что толку говорить о том, чтобы быть слугой? Даже если бы Му Кэ захотел его жизни, Ло Аньгэ мог только благодарить за высочайшую милость.
Себя Ло Аньгэ ставил ниже, чем народ Юньлэ. Если дань не сократить вдвое, люди останутся без пропитания.
Глубоко вздохнув, Ло Аньгэ заставил себя успокоиться, сел обратно за стол и искренне произнёс:
— Ваше Высочество наследный принц, я всегда был очень глуп и к тому же у меня плохая память. Если вы возьмёте меня, я только создам вам хлопоты. Если вам нравятся красавицы, в Юньлэ много писаных красавиц…
— То, что у тебя плохая память, это правда, — холодно усмехнулся Му Кэ, легонько постукивая пальцами по столу. — Иначе ты бы не забыл, что случилось прежде.
— Прежде? — нахмурился Ло Аньгэ. На что же этот наследный принц затаил обиду? Неужели он когда-то невольно и косвенно задел его?
Му Кэ покачал головой:
— Ничего. Ты сам не придаёшь этому значения, значит, и не станешь утруждать себя запоминанием. В общем, дело решено: если ты не поедешь со мной, дань вдвое не сократить.
Наследный принц И вынес железный указ — уж если он сказал, то назад не отступит, и мольбами его не смягчить.
Ло Аньгэ закусил губу, разрываясь от нерешительности. Если он действительно поедет с Му Кэ в государство И, что тот с ним сделает? А если не уступить, что тогда станет с народом Юньлэ?
Раз уж дело дошло до этого, Ло Аньгэ мог только пожертвовать собой. Он жил ради Юньлэ, и его долг был — своей плотью и кровью заслонять Юньлэ от вражьих стрел. Даже если кровь истечёт, кости переломаются, пока в нём теплится хоть искра жизни, Ло Аньгэ обязан подняться и встать на пути у Юньлэ.
Такова была его судьба — участь рождённого в императорском доме.
— Я понял. Я поеду с тобой, — тихо произнёс Ло Аньгэ. — Но если я уеду, что будет с Юньлэ?
— У тебя ведь есть младший брат? Я подам прошение императору-отцу, чтобы его пожаловали удельным князем.
Возможно, из-за того, что Ло Аньгэ сдался, настроение Му Кэ улучшилось, и он заговорил мягче:
— Я пришлю несколько чиновников, чтобы помогали с управлением и земледелием. Не волнуйся, теперь народ Юньлэ — народ государства И, их не обидят.
— Я понял… — Ло Аньгэ не мог разобрать, что у него на душе. Оказывается, смена властителя свершается в мгновение ока.
Внезапно он почувствовал, как его руку сжали. Ло Аньгэ вздрогнул, поднял голову и встретился взглядом с Му Кэ. Ему стало неловко, он попытался выдернуть руку, но Му Кэ держал крепко.
— Аньгэ, не забывай, кто ты теперь, — тяжёлым взглядом уставился на него Му Кэ.
Ло Аньгэ вдруг оцепенел и, смирившись, прекратил попытки вырваться.
Му Кэ без труда притянул его к себе в объятия. Тело принца было тёплым, грудь — крепкой, но Ло Аньгэ почувствовал леденящий холод. Возможно, из-за своих мыслей ему казалось, что от Му Кэ исходит неистребимый запах крови.
— Отдохни эту ночь, завтра мы отправимся в столицу, — Му Кэ не сделал с ним ничего дурного: просто похлопал по спине, обнял на мгновение и отпустил.