Хань Чушуан ошеломленно смотрела на ребенка, соткавшегося из лучей света, и не могла поверить своим ушам:
— Ты — ребенок меня и брата Цзинь?
Она всегда думала, что тот комок энергии у нее в животе просто слишком тяжело усваивается — ведь она съела снежный лотос ледяной горы, пролежавший сто тысяч лет, — вот он и скатался в один шар. Кто бы мог подумать, что он был зарожден естественной пурпурной ци Цзинь Тинчуаня!
Глава 296