— Товарищ Ша, вы меня искали?
Ли Дакан поздоровался с Ша Жуйцзинем, затем кивнул в знак приветствия Тянь Гофу и Гао Юляну и сел рядом.
— Раз товарищ Ли прибыл, значит, все в сборе!
Ша Жуйцзинь оглядел присутствующих.
— Вы, наверное, уже знаете, что в интернете о товарище Ци Тунвэе очень плохие отзывы!
Услышав это, Гао Юлян сразу нахмурился.
Тянь Гофу прищурился, выражение лица было спокойным.
А Ли Дакан вытаращил глаза, глядя на Ша Жуйцзиня, ожидая продолжения.
— Дорогие машины и роскошные дома, незаконное применение силы при задержании, устройство родственников на государственные должности по знакомству, покрывательство насильников!
Ша Жуйцзинь перечислил проблемы, которые обсуждались в сети.
Он сказал:
— Эти проблемы очень серьезны! Товарищ Гао, Ци Тунвэй — ваш ученик, вы должны знать его лучше всех, к тому же вы — руководитель Политико-юридического комитета. Так что пусть сначала вы скажете, что вы об этом думаете?
Ли Дакан и Тянь Гофу, услышав это, перевели взгляд на Гао Юляна.
— Это?
Гао Юлян заколебался.
Он взглянул на Ша Жуйцзиня.
На лице того все еще была легкая улыбка.
Невозможно было понять его истинные мысли.
По мнению Гао Юляна, самое важное качество для подчиненного — это умение угадывать намерения руководителя!
Ведь чтобы продвинуться вверх, ни в коем случае нельзя злить начальство.
Так что же собирается делать Ша Жуйцзинь?
— Товарищ Ша, я считаю, что здесь что-то нечисто! Интернет-общественное мнение возникло слишком быстро, за ним наверняка кто-то стоит. Раз товарищ Ци Тунвэй был направлен в Ханьдун сверху, значит, он прошел проверку организации. Я верю, что все эти разговоры в интернете — ложные слухи, намеренная клевета на товарища Ци Тунвэя!
— О?
Ша Жуйцзинь, услышав это, кивнул.
Затем, заметив, что Ли Дакан хочет что-то сказать, но колеблется, он улыбнулся и сказал:
— Товарищ Ли, у вас другое мнение?
— Это не совсем другое мнение, просто личное наблюдение!
Ли Дакан закончил с улыбкой, взглянул на Гао Юляна и продолжил, обращаясь к Ша Жуйцзиню:
— Товарищ Ша, я думаю так: независимо от того, правда это или ложь в интернете, раз уж у народа есть мнение, мы должны дать народу ответ. Думаю, товарищ Гао тоже так считает!
Услышав это, Гао Юлян нахмурился и сердито посмотрел на Ли Дакана.
Хотя тот говорил дело.
Но он понимал, что этот тип намеренно с ним спорит!
Оба — старые лисы на политической арене, кому не понятны эти мысли?
Раньше Клика Ханьда и Клика секретарей жили, не мешая друг другу, как вода и речная вода!
Но после того, как Ша Жуйцзинь прибыл в Ханьдун, ситуация стала напряженной!
Этот Ли Дакан с густыми бровями и большими глазами вдруг прозрел и тоже стал намеренно приближаться к начальству!
— Товарищ Гао?
Ша Жуйцзинь окликнул его.
Гао Юлян пришел в себя и сказал:
— Я не согласен с мнением товарища Ли. Товарищ Ша, я считаю, что за этим интернет-общественным мнением стоит семья Чжао!
При этих словах выражение лица Ша Жуйцзиня наконец изменилось.
Ли Дакан тоже поспешно спросил:
— Товарищ Гао, какую семью Чжао вы имеете в виду?
— Чжао Личуня!
— решительно сказал Гао Юлян.
Раз уж решил отмежеваться, то лучше сделать это как можно основательнее!
Чжао Личунь пока не пал, но раз эти слова сказаны, пути назад уже нет!
Ци Тунвэй, Ци Тунвэй, учитель поставил на тебя все!
— Товарищ Гао, вы понимаете, что говорите?
Ли Дакан опешил.
Чжао Личунь — действующий высокопоставленный руководитель!
Ты, Гао Юлян, должен отвечать за свои слова!
— Я, разумеется, понимаю!
Сказав это, Гао Юлян перестал обращать внимание на Ли Дакана.
Хм, в политике тебе, парень с густыми бровями, еще учиться и учиться!
В сложившейся ситуации, чтобы занять чью-то сторону, нужно рисковать!
Одними льстивыми речами и подобострастной позой настоящего расположения начальства не добьешься!
Сейчас Гао Юлян делает ставку!
Ставит на то, что Чжао Личунь скоро падет!
Ставит на то, что у Ци Тунвэя есть покровитель!
Чем больше волны, тем дороже рыба!
Разве украшать цветами победителя лучше, чем послать углей в снегопад?
Пока ситуация не прояснилась, Гао Юлян считает, что нужно дать о себе знать покровителю Ци Тунвэя!
Поэтому сейчас он должен выступить!
Говорить в защиту Ци Тунвэя, несмотря ни на что!
Даже если придется стать врагом Ша Жуйцзиня!
Гао Юлян поставил на кон все!
А Ли Дакан, очевидно, не хотел обсуждать Чжао Личуня, поэтому сменил тему:
— Товарищ Ша, я хотел бы у вас спросить совета. Ци Тунвэй приказал товарищам из городских управлений задерживать людей в СМИ. Это было ваше распоряжение?
— Что?
Ша Жуйцзинь, услышав это, сразу нахмурился и спросил:
— Откуда вы знаете?
— Мне позвонил начальник управления Чжао Дунлай!
— Безобразие!
Увидев, что Ша Жуйцзинь рассердился, Ли Дакан внутренне обрадовался.
Ци Тунвэй, Ци Тунвэй!
Посмотрим, что теперь будешь делать!
В это время решившийся на все Гао Юлян, увидев это, поспешно сказал:
— Товарищ Ша, в экстренной ситуации можно действовать, не спрашивая разрешения. Я считаю, что товарищ Ци Тунвэй просто хотел как можно скорее успокоить общественное мнение, поэтому и не доложил вам! Прошу вас понять!
Ли Дакан, естественно, был не согласен с этим мнением.
Он тут же сказал:
— Товарищ Гао, Ци Тунвэй проявил отсутствие организованности и дисциплины. Вы, как секретарь Политико-юридического комитета, не должны покрывать своего ученика!
— Товарищ Ли, что вы говорите? Товарищ Ци Тунвэй — начальник провинциального департамента общественной безопасности. В экстренной ситуации он мог предпринять действия без согласования с Провинциальным партийным комитетом!
— Разве это экстренная ситуация?
…
Видя, что они вот-вот поссорятся, Ша Жуйцзинь, вздохнув, стукнул по столу.
Сказал:
— Успокойтесь!
Гао Юлян и Ли Дакан только тогда неохотно сели на стулья и замолчали.
Два высокопоставленных чиновника Провинциального партийного комитета ссорились, как малые дети! Что за безобразие?
Хотя это было неприлично, Ша Жуйцзинь на самом деле не злился на такую ситуацию!
Ссора — это хорошо!
Он мечтал, чтобы Гао Юлян и Ли Дакан ссорились еще сильнее!
Клика Ханьда, Клика секретарей?
Хм!
В Ханьдуне может быть только одна клика!
Клика Ша!
— Товарищ Гао, вы успокоились? Говорите сначала вы!
— Слушаюсь!
Гао Юлян, к которому обратились, помедлил и заговорил:
— Товарищ Ша, не кажется ли вам, что все это слишком подозрительно? После того, как товарищ Ци Тунвэй арестовал Чжао Жуйлуна, все было нормально. А когда вы прибыли в Ханьдун, в интернете тут же возникла огромная волна общественного мнения! Подозреваю, что вы, должно быть, получили и другие доносы на товарища Ци Тунвэя!
— Ммм, действительно получил!
Ша Жуйцзинь кивнул.
Он, конечно, тоже понимал все, что говорил Гао Юлян!
— Товарищ Ша, раз так, то мы не должны поддаваться на провокацию. Моя позиция ясна: ни в коем случае нельзя наказывать товарища Ци Тунвэя по требованию интернета!
Услышав это, Ша Жуйцзинь перестал улыбаться.
Он знал, что Гао Юлян будет защищать Ци Тунвэя.
Но не ожидал, что тот будет так непреклонен!
Решил сплотиться?
Ша Жуйцзинь посчитал, что Гао Юлян, как глава Клики Ханьда, просто покрывает своего человека.
Поэтому он сказал Тянь Гофу и Ли Дакану:
— А вы двое что думаете?
Услышав это, Ли Дакан заколебался.
Он хотел бы добить лежачего, но, видя такую решимость Гао Юляна, который не побоялся даже упомянуть Чжао Личуня, он засомневался.
В это время заговорил молчавший до этого Тянь Гофу:
— Давайте сделаем так: сначала отстраним товарища Ци Тунвэя от должности, проведем тщательное расследование по ситуации в интернете. Если это окажется клевета, тогда привлечем к ответственности закулисных вдохновителей, заодно восстановим репутацию товарища Ци Тунвэя!
В итоге все равно отстранение и расследование!
Ша Жуйцзинь был не слишком доволен таким исходом.
Ведь еще до того, как поднялась эта волна общественного мнения, он уже решил отстранить Ци Тунвэя.
А теперь собрал экстренное совещание, пригласил вас, главных лиц, чтобы обсудить, и результат — все то же отстранение!
Тогда зачем было проводить это совещание?
В представлении Ша Жуйцзиня, раз разгорелся такой скандал, нужно было как минимум вынести Ци Тунвэю партийное взыскание!
Поэтому после того, как высказался Тянь Гофу, он снова посмотрел на Ли Дакана и спросил:
— Товарищ Ли, ваше мнение?
— Я, я согласен с мнением товарища Тяня!
Ли Дакан усмехнулся.
В решающий момент он предпочел действовать более консервативно.
Раз он согласен с Тянь Гофу, то, по крайней мере, не ошибется!
К сожалению, Ли Дакан был сосредоточен на Политических достижениях и не преуспел в угадывании намерений начальства!
Ша Жуйцзинь был недоволен, но раз уж все три главных секретаря высказались, ему оставалось только подчиниться обстоятельствам.
Он сказал:
— Хорошо, пусть товарищ Ци Тунвэй побудет некоторое время отстраненным. Что касается расследования, товарищ Тянь, вы — секретарь дисциплинарной комиссии, так что поручим это вам!
Услышав это, Гао Юлян снова заговорил:
— Товарищ Ша, нужно ли сообщить об отстранении товарищам из руководящей группы, товарищу Лэй Ваньшэну?
— Не нужно!
Ша Жуйцзинь уже был очень недоволен.
Я пошел на уступки, а ты все не унимаешься?
— Дело товарища Ци Тунвэя — наше внутреннее дело, не стоит беспокоить товарища Лэя и других!
— Хорошо!
Гао Юлян кивнул и не стал больше ничего говорить.
Раз разгорелся такой скандал, а результат — всего лишь отстранение и расследование, то это еще можно принять.
Конечно, выяснится ли что-то в ходе расследования — неизвестно.
Сейчас ему оставалось только верить, что его ученик не совершал ошибок!
…
Тем временем.
Лэй Ваньшэн вскоре получил звонок от Тянь Гофу.
— Что случилось?
— спросила Чэнь Цин.
— Ци Тунвэй отстранен от должности!
— Что?
Чэнь Цин, услышав это, сразу нахмурилась.
Лэй Ваньшэн тут же пересказал содержание совещания Ша Жуйцзиня с Гао Юляном и остальными.
— Это их внутреннее дело, нам, руководящей группе, неудобно вмешиваться!
— Внутреннее дело?
Чэнь Цин холодно усмехнулась.
В интернете уже настоящий переполох, в столице явно тоже все взбудоражены, а ты смеешь называть это внутренним делом?
Только дурак не поймет, что это месть семьи Чжао!
Месть за то, что Ци Тунвэй арестовал Чжао Жуйлуна!
И является ли это внутренним делом — решаешь только ты, Ша Жуйцзинь!
Когда нужна руководящая группа — все мы товарищи на одной линии, нет разделения на своих и чужих.
А когда она мешает — начинаются разговоры о внутренних делах!
Кому не понятны эти мелкие хитрости?
— Я знаю, ты злишься, я тоже знаю, что Ци Тунвэй — хороший товарищ, но раз это уже случилось, пусть они проведут расследование!
— успокаивал Лэй Ваньшэн.
Опасаясь, что Чэнь Цин в гневе позвонит в столицу.
— И невиновный очистится, расследование докажет невиновность товарища Ци Тунвэя!
На это Чэнь Цин покачала головой и сказала:
— Все не так просто!
По ее мнению, хотя у Лэй Ваньшэна высокий ранг, он всегда жил под покровительством своей семьи.
К тому же борьба сил в столице явно отличается от нынешней борьбы в Ханьдуне!
Раз семья Чжао уже подняла волну клеветы в интернете, какие еще методы они не применят?
Кто в Ханьдуне, кроме Ци Тунвэя, осмелится открыто выступать против семьи Чжао?
Особенно в такой критический момент?
И те, кто проводит расследование, — тоже люди!
Иногда их тоже могут ввести в заблуждение!
Как только начнется расследование, кто знает, к каким результатам оно приведет?
Чэнь Цин была очень обеспокоена!
Лэй Ваньшэн, видя это, снова заговорил:
— Если ситуация действительно выйдет из-под контроля, всегда можно будет позвонить в столицу. К тому же, если ты не доверяешь людям из Ханьдуна, я скажу Тянь Гофу, чтобы товарищ Хоу Лянпин тоже участвовал в расследовании!
Услышав это, сидевший рядом Хоу Лянпин опешил.
Неужели такая удача?
Он только и мечтал о том, чтобы расследовать дело Ци Тунвэя!
Тут же заявил:
— Товарищ Лэй, товарищ Чэнь, вы оба можете быть спокойны. Я верю, что старший товарищ Ци невиновен, и обязательно восстановлю справедливость!
Лэй Ваньшэн, услышав это, тут же расплылся в улыбке.
Похвалил:
— Товарищ Хоу Лянпин проявляет высокую активность в работе! Молодец, молодец!
Услышав это, Хоу Лянпин стал еще счастливее.
Если ему удастся заслужить расположение начальства, то он, заместитель начальника следственного отдела, скоро сможет избавиться от приставки «заместитель»!
Не полагаясь на семью Чжун, всего лишь своими силами!
От одной мысли об этом захватывало дух!
Раз уж дело обстояло так, Чэнь Цин ничего не оставалось, как кивнуть и сказать:
— Хорошо, надеюсь, Ша Жуйцзинь и другие не будут мутить воду!
Лэй Ваньшэн в ответ только усмехнулся.
…
Тем временем.
В кабинете провинциального департамента.
Ци Тунвэй сидел в кабинете и проводил видеоконференцию с начальниками городских управлений.
Он заявил, что нынешняя волна интернет-общественного мнения против него связана с зарубежными силами!
И действительно, как только прозвучало упоминание об участии зарубежных сил, и Чжао Дунлай, и Мэн Дэхай, и все начальники управлений встрепенулись и стали серьезными.
Затем Ци Тунвэй объявил о подписании ордера на всекитайский розыск!
Разумеется, разыскивали Чжао Сяохуэй!
Хотя он знал, что ее нет в стране, он все равно должен был это сделать.
Ведь многие — перекати-поле!
На чьей стороне сила, того они и поддерживают!
Подписание всекитайского ордера на арест — пригодится это или нет, но, по крайней мере, нужно занять позицию правоты!
Помогать Чжао Сяохуэй — значит вступать в сговор с зарубежными силами, предавать Родину и продавать ее интересы!
Это не навешивание ярлыков и не приписывание лишнего!
А факт!
Чжао Сяохуэй, будучи зарубежным лицом, посмела, используя влияние семьи Чжао, разжигать общественное мнение и клеветать на него, государственного кадра! Разве это не зарубежные силы?
Как только ордер будет спущен вниз, тем, кто хочет встать на сторону семьи Чжао, придется хорошенько взвесить последствия!
В этот момент вбежал секретарь Сяо Чжан с донесением:
— Шеф, прибыли из дисциплинарной комиссии!
— Кто прибыл?
— Товарищ Тянь!
— О? Он прибыл лично?
Ци Тунвэй был несколько удивлен.
Раз разгорелся такой скандал, он был готов ко всему.
Но его удивило, что за ним пришел сам Тянь Гофу, секретарь дисциплинарной комиссии.
Слишком большая честь для меня!
— Товарищ Ци Тунвэй!
Тянь Гофу постучал в дверь и вошел с двумя подчиненными.
— Товарищ Тянь, раз вы пришли лично, значит, дело серьезное!
— сказал Ци Тунвэй, пока секретарь Сяо Чжан наливал всем чай.
Тянь Гофу в ответ усмехнулся.
Сказал:
— Вы пока отдохните некоторое время, когда организация проведет расследование и выяснит факты, тогда и будет принято решение!
— Просто отстранение?
— Пока отстранение!
Сказав это, Ци Тунвэй усмехнулся и спросил:
— Это товарищ Гао заступился за меня?
— Это результат обсуждения нескольких членов Постоянного комитета.
Тянь Гофу не стал прямо подтверждать.
Но смысл был ясен.
Если бы мнения всех членов Постоянного комитета совпали, то о чем еще было бы обсуждать?
— Ладно!
Ци Тунвэй кивнул.
Этот результат был для него несколько неожиданным.
Он думал, что наказание будет более суровым.
Но радоваться пока рано.
Ведь главное — это последующее расследование!
Кто знает, не всплывет ли что-нибудь ужасное?
Вернувшись на виллу и узнав об этом результате, Чжун Жовэй одновременно и обрадовалась, и немного расстроилась!
Обрадовалась тому, что Ци Тунвэй наконец-то сможет отдохнуть и побыть с ней!
Расстроилась тому, что на время отстранения Ци Тунвэю нельзя покидать Цзинчжоу.
Поэтому она нахмурилась и спросила:
— Мне вот что непонятно: ты непременно должен быть этим начальником управления? Только хлопоты на свою голову, никакой благодарности. Чего ты этим добиваешься?
По ее мнению, сейчас, когда у них обоих все есть, разве плохо было бы вместе кутить, путешествовать по миру?
Зачем ввязываться во всю эту ханьдунскую кашу?
— Если хочешь наслаждаться властью, я уступлю тебе пост президента, десятками тысяч людей будешь командовать, делай что хочешь!
На взгляд Чжун Жовэй, быть начальником управления, конечно, почетно, но со всех сторон ограничено.
Даже если ездишь на купленной самой машине, все равно пальцами тыкают!
Слишком унизительно!
Гораздо круче быть большим боссом за границей!
Делай что хочешь!