Жизнь продолжалась, быт состоял из мелочей, и за эти три года произошло слишком много событий.
Ли Чжиюань женился. Он-то хотел остаться холостяком, да и Ли Вэньтин с Сюй Хуэйчжэнь не считали сына слишком взрослым — разве двадцать три года это много?
Но организация не позволяла: партийные активистки и председатель уличного комитета проявили чрезвычайное рвение.
— Работа товарища Ли, конечно, важна, но не пора ли задуматься о личных вопросах?
— Если есть трудности, организация может помочь с поиском.
Ли Чжиюань перепугался: в те времена быть неженатым означало быть несерьёзным человеком, на которого нельзя положиться.
Ли Чжиюань поспешил заняться поисками невесты, пока организация не подсунула какую-нибудь бракованную.
— Легко ли мне? — думал он. — Вокруг одни старики.
Вспоминая своих родителей, он понимал, что самые крепкие союзы — это те, где есть общий язык.
Девушка должна быть умной, с высоким интеллектом — время не терпит капризных особ.
Искать следовало в своей alma mater: хотя бы профессия одна, и режим дня совпадает.
Мировоззрение должно быть правильным, нужно присмотреться и к её семье — если там окажется такая палка в колёсах, как Цзя Чжанши, жизни не будет.
В конце концов он положил глаз на Сунь Ханьин, младшую коллегу, учившуюся на два курса младше.
Её семья была потомственными врачами китайской медицины: отец — профессор университета традиционной медицины,
старший брат — заведующий ортопедическим отделением больницы Сехэ. Партия что надо.
Внешность Сунь Ханьин тоже соответствовала вкусу Ли Чжиюаня.
В ней чувствовалась книжная утончённость, но без педантизма: овальное лицо, изогнутые брови, живые выразительные глаза.
В общении она была открытой и великодушной — внешность Линь Дайюй, эмоциональный интеллект Сюэ Баочай, деловая хватка Ван Сифэн.
Чего ждать? Хорошую девушку надо брать в оборот.
Сам Ли Чжиюань был при своей внешности после генной оптимизации — настоящий благородный муж, отполированный до блеска.
Полгода встречались — и стремительно поженились. Ли Вэньтин с Сюй Хуэйчжэнь чувствовали себя словно во сне.
Единственное, что можно было сказать — спасибо организации.
Цинь Хуайжу была уверена в своей красоте: во дворе она была первой. Но при виде Сунь Ханьин её охватывал какой-то комплекс неполноценности.
Образование высокое, семья хорошая, работа отличная, да и замуж вышла удачно.
Самое обидное — при всех этих достоинствах она ещё и красива.
Цинь Хуайжу родила ещё одну дочь. Цзя Чжанши несколько дней подряд ругалась, не щадя ничьих чувств.
Все деньги, что были в доме, свекровь держала в своих руках. Каждый месяц на руки Цинь Хуайжу выдавалось всего десять юаней на хозяйство.
На эти десять юаней нужно было купить крупу, овощи, масло, соль, соус и уксус.
При этом она ежедневно клеила картонные коробки, стирала на всю семью, готовила и нянчила детей.
Каждый вечер она работала до десяти вечера и только потом ложилась спать.
Дома каждый день были солёные овощи с паровыми булочками, каша из кукурузной крупы. Если в приправу к овощам капнуть чуть больше масла, свекровь ругалась целый час.
Столько лет клеила коробки, а ни копейки не получила на руки.
Удавалось отложить лишь несколько цзяо из хозяйственных денег. Говорить об этом Дунсюю было бесполезно — он твердил, что мать вырастила его нелегко, и просил потерпеть.
Из всех замужних женщин во дворе Цинь Хуайжу жилось хуже всех.
Напротив, в семье Глупого Чжу, не знали недостатка в масле и мясе: даже за три трудных года у них не переводилось мясо.
Даже Глухая старушка из заднего двора ела вдоволь и раскраснелась. Правда, из-за того, что это слишком бросалось в глаза, старушка почти не выходила со двора.
Сюй Дамао постоянно привозил из деревни деревенские деликатесы: куры, утки, грибы — без перебоя.
У старшего дяди И зарплата была высокая, ребёнок в семье один — жили неплохо.
В их же доме все мясные талоны держала свекровь. Иногда она брала Бан Гэна и Дунсюя подкрепиться на стороне. Но для неё самой и для Сяо Дан там места не было.
Семья Ли на этот раз накрыла тридцать с лишним столов: коллеги с работы, соседи по двору — все пришли на свадьбу. Ли Вэньтин выставил полтуши свиньи (с трёхсоткилограммовой туши — половина, это больше ста килограммов), одну свиную голову, потроха, целые свиные ноги и больше сорока рыб.
Свадебный стол был чрезвычайно богатым. Но это стало возможным только потому, что голод закончился и поставки продовольствия восстановились.
Хэ Дацин и Хэ Юйчжу стояли у плиты. Ли Вэньтин передал красный конверт на сорок юаней, две пачки сигарет «Большие ворота», два красных новых полотенца и две бутылки алкоголя.
Отец и сын Хэ наотрез отказались от денег, взяли только полотенца, сигареты и алкоголь, и сами внесли десять юаней в качестве подарка.
За все те годы, что Ли делали подношения на свадьбы и похороны, хоть что-то вернулось.
Цинь Хуайжу в этот раз вместе с Бан Гэном и Сяо Дан наелась до отвала.
Цзя Чжанши внесла десять юаней, и вся семья пришла на пир. На каждом столе было по десять сытных блюд.
Остатки еды Ли позволили соседям по двору разобрать по домам.
Цзя Чжанши и Янь Фугуй принесли большие миски и набрали по полмиски объедков.
Янь Фугуй прикинул, что если добавить в эту еду капусты, то всей семье хватит на неделю.
Соседи по двору считали, что у Ли всё хорошо, только детей маловато. Такое застолье — настоящий праздник живота, но когда в следующий раз удастся так поесть — неизвестно.
Ли Чжиюань, распрощавшись с холостяцкой жизнью, был счастлив. В браке супруги жили душа в душу.
Сунь Ханьин обнаружила, что семья мужа гораздо богаче, чем она представляла. Домочадцев мало, свёкор и свекровь — люди образованные и понимающие.
Ли Вэньтин и Сюй Хуэйчжэнь никогда не вмешивались в жизнь молодожёнов.
Дом с виду неприметный, но мяса и рыбы в нём никогда не переводилось.
В качестве подарка за то, что назвала её матерью, Сюй Хуэйчжэнь подарила невестке полный комплект изумрудных украшений.
Настоящий лёд с солнечной зеленью: браслет, колье, серьги и кольцо были вырезаны из цельного куска камня.
Голубиное яйцо на кольце было крупным и круглым, обрамлённым россыпью крупных алмазов. Колье было выполнено в том же роскошном стиле: пять крупных кабошонов из льдисто-зелёного изумруда, центральный — величиной с шарик для пинг-понга, по краям — бриллианты по одному карату.
Сунь Ханьин с детства видела хорошие вещи, но такого она ещё не встречала.
Свекровь относилась к ней искренне, это было видно по степени уважения.
Вся домашняя работа делалась сообща. Сунь Ханьин сначала думала, что ей придётся вести всё хозяйство в одиночку.
Ли Чжиюань выдал ей пять тысяч юаней на карманные расходы. Сунь Ханьин онемела. У каких нормальных людей пять тысяч — это карманные деньги?
Килограмм свинины стоил всего семьдесят пять фэней, килограмм риса — четырнадцать фэней.
Некоторые люди за всю жизнь не могли накопить пять тысяч.
Обязанности на кухне Ли Чжиюань тоже взял на себя. Дело было не в лени Сунь Ханьин — она просто признавала, что готовит хуже мужа.
— С глаз долой — из сердца вон. Масла, которое муж тратит на одну готовку, другой семье хватит на месяц.
Впрочем, свёкор, свекровь и муж — люди способные, о домашних делах можно не беспокоиться, только и знай, что наслаждайся жизнью.
Ли Чжиюань тоже был доволен женой: рассудительная, с чувством меры и жизнерадостная.
У них с женой были общие темы, и они зажили своей беззаботной, полной взаимной любви жизнью, словно мёд и масло.
Зимой 64-го выпало особенно много снегу. Цзя Дунсюй, этот горемыка, получил по голове вылетевшей деталью и отправился в ящик.
Ли Вэньтин сидел дома, читал книгу и курил. Второй сын Янь Фугуя, Янь Цзефан, громко колотил в ворота, забыв даже дёрнуть за верёвку звонка, что висела прямо перед глазами.
Ли Вэньтин накинул пальто и побежал к воротам. Открыв калитку, он услышал, как Янь Цзефан кричит:
— Дядя Ли! Брат Дунсюй попал в аварию на заводе, его убило деталью!
Ли Вэньтин, не переобуваясь, поспешил в средний двор.
Цзя Чжанши, вся в слезах, сидела на холодной земле, оцепенев и не шевелясь.
Ли Вэньтин, увидев это, велел жене Хэ Дацина и жене И Чжунхая поднять Цзя Чжанши.
На улице зима — ещё замёрзнет. Цзя Чжанши медленно приходила в себя, пустой взгляд постепенно обретал фокус.
Увидев Ли Вэньтина, она дико завопила:
— Дядя Ли! Небо рухнуло! Дунсюя нет, я тоже жить не хочу!
Этот вопль заставил всех вокруг вытирать слёзы.
И Чжунхай не выдержал: Цзя Дунсюй столько лет называл его учителем, и он тоже заплакал.
Цинь Хуайжу, стоя с большим животом, тоже рыдала, не в силах вымолвить ни слова.
Ли Вэньтин тоже был глубоко опечален. Молодая жизнь оборвалась так внезапно.
— Старшая невестка, сейчас не время плакать. Дунсюй ушёл, но надо думать о Бан Гэне и Сяо Дан.
У невестки ещё один в животе. Если ты сляжешь, как они, женщины с детьми, выживут? Думай о насущном.
О всех трудностях в семье нужно честно рассказать организации. Бан Гэн уже большой, в будущем женится, заведёт детей, встанет на ноги. И о работе Дунсюя тебе тоже нужно принять решение.
Цзя Чжанши перевела дух. Она от природы была неглупа: вдовая, потерявшая кормильца, она сумела женить Цзя Дунсюя, родить ему детей и держать Цинь Хуайжу в ежовых рукавицах. Она была фигурой суровой и всегда умела ухватить суть.
Дядя Ли упомянул, что Бан Гэну нужно жениться и заводить детей, а для этого нужен дом. Он намекал ей потребовать дом у Прокатного завода.
— Дядя Ли, я тоже работница завода...
— Старшая невестка, ты должна верить организации. Руководство обязательно будет думать о нуждах рабочих! Ты должна верить, что организация заступится за брата-рабочего.
Цзя Чжанши подумала:
— Знакомое чувство. Послушать дядю Ли — не прогадаешь.
Если завод откажется — пойду выше. Я босая — мне нечего терять. Пролетариат, кто меня уволит?
Цзя Чжанши моментально пришла в боевую готовность. Приёмы не должны быть новыми — лишь бы работали. Чжан Цуйхуа никого не боялась, когда дело доходило до скандалов.
Цзя Чжанши развила бурную деятельность и добыла для семьи две боковые комнаты в заднем дворе дома 83 по переулку Наньлогу.
Завод отказывался — тогда она пригрозила подать жалобу выше, утверждая, что основной причиной гибели Цзя Дунсюя стала несвоевременная профилактика оборудования.
Прокатный завод, увидев, что Цзя Чжанши — та ещё скользкая штучка, тоже понял, что связываться с ней себе дороже: деньги государственные, а если случится ЧП — ему же влетит.
Цзя Чжанши снова удалось нагреть завод. Она получила 1200 юаней компенсации за смерть Цзя Дунсюя. После родов Цинь Хуайжу могла занять место мужа на заводе.
Цзя Чжанши нацелилась на кухню. Она решила держать Цинь Хуайжу под своим неусыпным контролем.
Прокатный завод стал для Цзя Чжанши местом скорби. Она решила, что когда Бан Гэн вырастет, он ни за что не пойдёт в цех.
Это слишком опасно. Если Бан Гэн будет хорошо учиться — он станет учеником Ли Чжиюаня и будет изучать медицину. Если нет — пойдёт в ученики к Хэ Юйчжу и освоит ремесло. Мастеровой человек в любое время с голоду не умрёт!