Сумерки едва опустились на город, зажглись первые огни, и в квартале Яньюнь города Чанъань самым приметным местом стал дом терпимости «Цзуйюэлоу», чье название было выведено на вывеске крупными позолоченными иероглифами. Перед резными алыми воротами покачивались два больших красных фонаря, разливая вокруг манящее, дурманящее сияние.
Стоило войти внутрь, как слух наполнил неумолчный гомон и женские голоса. В главном зале мелькали фигуры мужчин в вызывающих нарядах, снующих между столиками с вином. Убранство заведения поражало роскошью: золоченые колонны были покрыты искусной резьбой, а картины и каллиграфия на стенах, казалось, пропитались запахом пудры и румян.
Вверх по резной лестнице располагались изысканно обставленные комнаты. За шелковыми пологами, расшитыми резвящимися уточками-мандаринками, в курильницах вились тонкие струйки дыма, наполняя воздух сладким, пьянящим ароматом.
Глава 236