— Ах, госпожа, осторожнее!
Оба носильщика разом бросили паланкин, Вэнь Су покачнулась и вместе с зонтом неожиданно полетела вперёд. Она инстинктивно зажмурилась, но упала в крепкие и надёжные объятия мужчины.
Чэнь Мань, держа её на руках, отступил на несколько шагов. Противник уже вытащил кинжал, собираясь замести следы.
Ляньсинь и Хэе дрожали всем телом, но всё же, не раздумывая, бросились вперёд, пытаясь задержать его:
— Госпожа, бегите скорее!
Убийца понимал, что раз его уже раскрыли, второго такого удобного случая не будет. Не моргнув и глазом, он пинком отшвырнул обеих приближённых служанок.
Наёмник с кинжалом наголо уже был готов нанести удар! Чэнь Мань, потянув госпожу за собой, бросился наутёк.
Но непрерывная пелена дождя стала союзником убийцы. Далеко убежать им не удалось — наёмник настиг их. Слишком уж неравны были силы.
— Лови! — Вэнь Су подбросила зонт в воздух, подняв несколько брызг.
Чэнь Мань на лету поймал его и, подражая приёмам убийцы, попытался отразить атаку. Но где там деревянному зонту тягаться с острым как бритва кинжалом!
Чэнь Маня теснили, заставляя отступать. В какой-то момент, упустив мгновение, он пропустил серию ударов в ближнем бою, и противник выбил зонт у него из рук.
Оставшись без подходящего оружия, Чэнь Мань, не думая ни секунды, принял несколько смертоносных ударов на собственное тело. Кинжал был отточен остро, раны вмиг залились кровью, которая, смешиваясь с потоками дождя, растекалась, придавая всему зрелищу невероятно жуткий и кровавый вид.
— Я тебя недооценил! — выкрикнул убийца и взмахнул кинжалом, целя Чэнь Маню прямо в голову!
— Госпожа, бегите!
Поняв, что этот удар ему не выдержать, Чэнь Мань инстинктивно перехватил лезвие голой рукой.
Удачный момент! Вэнь Су, всё это время прятавшаяся за спиной Чэнь Маня и выжидавшая удобного случая, не колеблясь, вытащила из причёски Жемчужную шпильку, скрывавшую в себе хитрый механизм, и метко, быстрым движением вонзила её убийце прямо в глаз. Попадание было точным!
— Ах, мой глаз! — Убийца инстинктивно разжал руки и, зажимая вытекший глаз, отступил на несколько шагов.
Чэнь Мань, не раздумывая, выдернул кинжал из собственной ладони, бросился вперёд и несколько раз полоснул противника по горлу. Движения казались неуклюжими, но на деле каждый удар был смертельным.
В этот миг время словно остановилось.
Спустя долгое мгновение до него донёсся её голос:
— Хватит. Он уже мёртв.
Вэнь Су пристально смотрела на Чэнь Маня, сжимая в руке окровавленную Жемчужную шпильку.
Услышав это, Чэнь Мань инстинктивно обернулся и встретился с ней взглядом. В его глазах читались беспомощность, смятение и запоздалая радость от того, что удалось выжить.
Этот взгляд был хорошо знаком Вэнь Су. Так смотрят только те, кто убил в первый раз.
Она слегка изогнула уголки губ, словно хваля его: молодец.
Чэнь Мань, сам не зная почему, расплылся в глуповатой улыбке. А когда пришёл в себя, они уже жались от дождя в беседке.
Вэнь Су была единственной из четверых, кто не получил ни царапины. Глядя на залитого кровью Чэнь Маня, она сжала губы и, пренебрегая правилами приличия между мужчиной и женщиной, оторвала несколько чистых лоскутов от платья Ляньсинь, а затем достала из-за пазухи Хэе постоянно носившийся с собой флакон с лекарством, чтобы перевязать его кровоточащие раны.
Хэе и Ляньсинь, превозмогая боль, поспешно поднялись:
— Госпожа, так нельзя. Позвольте нам.
— Он спас нам жизнь, какая может быть речь о «нельзя»? Не думайте, что я не знаю, как вам больно. Ступайте, отдохните.
Хэе и Ляньсинь, вспомнив, как Чэнь Мань спас их, прикусили языки. Это дело знают лишь небо, земля да мы трое. Пока они будут молчать, об этом столь предосудительном поступке никто не узнает.
— Потерпи, — Вэнь Су сперва протёрла Чэнь Маню окровавленную ладонь тканью, затем, когда рука стала чистой, присыпала рану порошком из флакона и наконец перевязала.
Казалось бы, простые действия причиняли Чэнь Маню такую боль, что его лицо исказилось в гримасе. Он шипел и скрежетал зубами, отворачивая голову, боясь смотреть, но краем глаза всё равно невольно следил за ней.
Тем временем дождь прекратился, поднялся туман. В сгустившихся сумерках одинокий луч света упал на половину её лица. Влажные, разметавшиеся пряди волос манили с невыразимой притягательностью. Чёрные как смоль волосы, белая, точно нефрит, кожа — красота, подобная распустившемуся лотосу.
— Шлёп!
Звонкая пощёчина, отдававшая лёгким цветочным ароматом, мгновенно привела Чэнь Маня в чувство. Он словно рухнул на колени, низко опустив голову, ниже некуда.
Это же феодальное древнее общество! Как он мог быть так неосторожен? Воистину, помыслы предал плотской похоти, забыв всякие границы!
— Умоляю госпожу о снисхождении, это я потерял голову.
Вэнь Су за всю свою жизнь никогда не сталкивалась с такой завуалированной, но оттого не менее дерзкой бесцеремонностью во взгляде!
Не будь она обязана этому человеку жизнью, она бы, не колеблясь, вырвала ему глаза!
Сдерживая гнев, она принялась вытирать платком испачканные в крови пальцы:
— Ляньсинь, Хэе, займитесь.
Ляньсинь и Хэе поспешно подошли и сменили её. На этот раз Чэнь Мань послушно закрыл глаза, боясь даже случайно взглянуть не туда.
Когда грубую холщовую одежду сняли, взору предстало крепкое, великолепно сложенное тело с плавными линиями мышц. Каждая рана лишь добавляла ему дикой, аскетичной красоты.
Девушки, ещё не познавшие мужской ласки, невольно ахнули, заливаясь краской стыда.
Услышав возгласы, Вэнь Су подумала, что Чэнь Мань, обезумев от похоти, посмел тронуть её служанок. Нахмурившись, она обернулась, но вместо этого увидела эту полную жизни, соблазнительную картину. Её реакция отличалась от реакции служанок.
Она, познавшая супружеские отношения, смотрела не столько на крепкое тело, сколько… Взгляд медленно скользнул вниз, задержался… и она на мгновение потеряла дар речи. Оказалось, даже более тяжеловесно, чем она предполагала.
В следующую секунду Вэнь Су быстро отвернулась. И в один миг вновь превратилась в ту же чопорную и элегантную госпожу из Резиденции хоу.
Когда управляющий с людьми прибыл на место, он застал лишь Чэнь Маня, одиноко сидящего в стороне, всеми покинутого и забытого.
Одежда уже наполовину просохла, к тому же весной одевались довольно тепло, поэтому госпожа и две служанки не выглядели неприлично.
Не успел управляющий заметить труп второго носильщика, как Вэнь Су уже потребовала его к ответу.
Управляющий вытер непрерывно струившийся по лбу холодный пот:
— Будьте покойны, госпожа. Я немедленно доложу об этом деле господину хоу, пусть он и решает. Осмелюсь спросить, госпожа сейчас изволит вернуться в резиденцию или?
Лицо Вэнь Су было холодно. Она и так знала, что в резиденции это дело досконально разбирать не станут. И без того ясно, кто заказал убийство.
— Возвращаемся в резиденцию!
Управляющий с облегчением выдохнул. Возвращение — это хорошо. Задержись они здесь ещё, он боялся новых неприятностей. Госпожа и впрямь не пользовалась благосклонностью господина хоу, но если бы с ней что-то случилось, расплачиваться пришлось бы им, презренным слугам, чья жизнь ничего не стоит.
— Я сейчас же прикажу охране сопровождать госпожу обратно.
Вэнь Су взглянула на раненого Чэнь Маня:
— Он спас мне жизнь. Найди повозку, чтобы отвезти его. И не забудь по возвращении выдать ему награду и найти лекаря. Расходы оплатишь из моего кошелька.
Управляющий поспешно закивал и быстро, чётко распорядился насчёт возвращения госпожи.
На обратном пути в резиденцию повозка вдруг остановилась. Вэнь Су, дремавшая с закрытыми глазами, медленно их открыла.
— Госпожа, снаружи господин хоу.
Вот уж правда, не ко времени. Думая так, Вэнь Су с бесстрастным лицом вышла из повозки и, присев в поклоне, поприветствовала сидевшего верхом на лошади Чжао Хэ.
Чжао Хэ, как главный герой, разумеется, был весьма хорош собой. Однако сейчас на его лице застыла какая-то язвительная усмешка. Оглядев невредимую Вэнь Су, он внутренне облегчённо выдохнул, но с языка его слетело лишь пренебрежительное цоканье.
— Истинно достойная хозяйка дома! Кого ни возьми — пережил покушение, а всё с невозмутимым видом.
Она была замужем за ним семь лет и давно изучила его нрав. Поэтому лишь мысленно обозвала его псом брехливым.
Чжао Хэ же, глядя на её подчёркнутое молчание, невольно распалялся: она чуть жизни не лишилась, а всё не желает смягчиться! Да знает ли она, как он перепугался, когда узнал новость!
— Едем. Сопроводишь меня в горы — встретим Наложницу Чу.
Едва эти слова сорвались с губ, Чжао Хэ уже пожалел о сказанном. Но он так и не дождался от неё просьбы остаться. В ярости он пришпорил коня и в сопровождении всей охраны галопом поскакал в горы.
Выражение лица Вэнь Су не изменилось. Но, глядя вслед удаляющемуся Чжао Хэ, её взгляд стал тяжёлым. Раньше всё ограничивалось мелкими пакостями. В конце концов, Чу Юэлянь и сама понимала: даже если Вэнь Су умрёт, ей не стать законной женой.
Но теперь она решилась на убийство. Неужели за её спиной появилась какая-то опора?