В классе многие ребята дружили ещё с начальной школы, а потом вместе перешли в среднюю. У Чжан Линъюэ тоже учился один мальчик из её младших классов, но они были мало знакомы. Дома их находились далеко друг от друга, да и оба они не отличались общительностью: за шесть лет в начальной школе Чжан Линъюэ перекинулась с ним всего парочкой слов.
К тому же он относился к тем, кто плохо учился. Он принадлежал к совершенно иному кругу, нежели сама Чжан Линъюэ, чья успеваемость держалась на крепком среднем уровне, а временами взлетала в первую пятёрку отличников. Из-за неуверенности в себе он даже не пытался набиваться к ней в компанию. В итоге за шесть лет в одной школе, будучи к тому же односельчанами и однофамильцами, в незнакомом месте они должны были бы сблизиться сами собой, однако проучившись вместе ещё год в средней школе, Чжан Линъюэ и он так и не стали ближе.
Раз уж человек не стремился навязаться, Чжан Линъюэ тоже не настаивала: они лишь изредка перекидывались дежурными приветствиями да парой пустых фраз, не пытаясь сблизиться нарочно.
В прошлых жизнях Чжан Линъюэ поступала именно так, и в этой всё было точно так же.
Кто как не социофоб лучше всех понимает мысли другого социофоба.
Прошло пять дней. Пока первоклассники постепенно привыкали к школьному расписанию, знакомились с одноклассниками и учителями, незаметно подкралась пятница, и ученикам пришло время возвращаться по домам. За эти пять дней кто-то уже предвкушал и с нетерпением ждал полноценной жизни средней школы после официального начала занятий, а кто-то не смог привыкнуть и дал задний ход.
Чжан Линъюэ же подсчитывала в уме: послезавтра снова базарный день. Делать другие виды маринованных овощей уже поздно, но нарезать и засолить редьку с огурцами вполне ещё успеть. Плюс ко всему осталась заранее заготовленная квашеная дикая груша. Сортов, конечно, маловато, и выручка будет не такой большой, но по крайней мере ассортимент не опустеет надолго, а то ведь так и клиентов растерять недолго, верно?
В суете и без единой свободной минуты примчавшись домой на велосипеде, Чжан Линъюэ первым делом бросилась на огород — проверить, не завяли ли овощи. За эти пять дней больше всего она переживала именно об этом.
Хотя перед уходом в школу Чжан Линъюэ смастерила простейшую капельную систему полива из бамбуковых трубок со сбитыми перегородками, источником воды служил домашний чан, и из-за разницы высот вода текла слишком быстро. Времени на детальные эксперименты не оставалось, так что Чжан Линъюэ не могла ручаться, на сколько хватит воды. Оставалось лишь надеяться, что полив протянет на день дольше и овощи на грядках кое-как дождутся её возвращения.
Увидев, что на огороде пожелтело лишь несколько листочков, а сами овощи не увяли и не засохли, Чжан Линъюэ радостно улыбнулась.
С другими огородными культурами дело обстояло проще: погибли бы — и ладно. Но огурцы, которые нужны для заработка, увядать никак не должны были. Собственный урожай помогал сократить расходы.
Капельный полив сработал. Похоже, теперь можно высаживать редьку, осеннюю фасоль, капусту и лук-батун, а также попробовать посадить огурцы. И хотя в те времена об осенних сортах огурцов слышать не доводилось, Шуймэньчжэнь находился на юге, а здесь успешно сажали и осенний арахис, и осеннюю фасоль, и осенние арбузы. По логике вещей, огурцы тоже должны прижиться.
Даже если ничего не выйдет, потери составят лишь затраты на семена и ручной труд. Зато в случае успеха появится собственное сырьё для маринованных огурчиков, и это определенно стоило того, чтобы попытаться.
Собрав овощи, Чжан Линъюэ в прекрасном настроении отправилась домой.
На следующий день Чжан Линъюэ, как и планировала, приготовила маринованные редьку с огурцами. Поразмыслив, она сходила в деревню и обменяла полуспелую папайю. После нехитрых манипуляций она нарезала её косыми срезами на ромбовидные кусочки длиной в дюйм. Вымачивать их в воде она не стала — вместо этого пересыпала солью, чтобы ушла лишняя влага, промыла кипячёной водой остуженной до комнатной температуры, а затем заправила смесью сахара и уксуса в нужных пропорциях. Промариновавшись за ночь, к завтрашнему дню папайя была бы полностью готова к продаже.
Такой способ приготовления отличался от традиционного для Шуймэньчжэня: это был рецепт, популярный в уезде Цинпин. Вкус здесь не делали излишне кислым и хрустящим, к тому же в нём присутствовала лёгкая сладковатая нотка, непривычная для местных жителей. Метод сильно разнился с тем, к какому привыкли в окрестностях Шуймэньчжэня.
Конечно, памятуя о вкусах земляков, она специально выбрала полуспелую папайю — в ней изначально чувствовалась сладость, и по одному её виду было понятно, что хрустеть она не будет. Так покупателей заранее предупреждали о вкусе, чтобы снизить их ожидания, но Чжан Линъюэ всё равно не была уверена, что жители Шуймэньчжэня оценят новинку.
Впрочем, она изначально исходила из того, что выбор и так был невелик: редька, огурцы, дикие груши, чили да имбирь. Времени на приготовление кислого бамбука, фасоли и папайты по местным рецептам, равно как и на сбор уже созревавшей к тому моменту бровницы, не оставалось. Вот и пришлось делать маринованную папайю по цинпинскому рецепту — просто чтобы дать покупателям ещё один вариант и расширить ассортимент. Не оценят — ну и ладно.
В худшем случае товар не раскупят, она увезёт его обратно и сама уплетёт эту папайю.
Что? Вы скажете, что оставался ещё один новый сорт — маринованные дикие груши?
Ах это... Они, как и маринованный перец с имбирём, годились для долггого квашения. Любителей подобного вкуса находилось не так много — по крайней мере, сама Чжан Линъюэ к ним не привыкла. Этот товар тоже добавлялся исключительно для расширения ассортимента и придания делу солидности.
На следующий день, хотя с вечера Чжан Линъюэ и решила относиться к продажам новой маринованной папайю философски, в последний момент ей всё же захотелось подстраховаться. Она потратилась и купила несколько пакетиков сушеной сливы в порошке — кислой приправы, которая была невероятно популярна в ту эпоху.
М-м-м, слюнки текут! Маринованные овощи, присыпанные таким порошком — это же фирменный рецепт из самого губернского центра! Стоило только представить, как во рту появляется слюна. Она ни за что не поверила бы, что любители кисленького из Шуймэньчжэня смогут от такого отказаться.
По крайней мере, в сезон созревания китайской сливы все без исключения обожали есть её плоды, густо обсыпанные острым перцем.
Между прочим, когда-нибудь в будущем региональная еда преодолеет границы областей. В тот день, когда люди по всей стране перестанут держаться за старые вкусы и наконец отважатся попробовать что-то новенькое, Чжан Линъюэ непременно привезёт в родные края и этот провинциальный способ поедания маринованных закусок.
Слюнки текут! Порошок из сушеной сливы, порошок корня солодки, пряная соль, молотый перец... ждите меня!
Но до этого дня пройдёт еще немало времени, а нынешний заработок ждал её прямо здесь и сейчас.
Сегодня Чжан Линъюэ намеренно вышла из дома пораньше. Из-за этого она боялась проспать и почти не сомкнула глаз за всю ночь, встала в шесть утра, наспех умылась, позавтракала и уже до восьми была на рынке.
Соседний лоток с травяными чаями и арбузами только-только раскладывался. Женщина, продававшая целебный чай, заметив её, немало удивилась, но тут же понимающе улыбнулась и дружелюбно окликнула:
— Ой, пришла! В прошлый базарный день тебя не было, и место никто не занял, но кто знает, как будет сегодня. Хорошо, что ты пришла пораньше.
Кто же не любит старательных и трудолюбивых людей? Если только в них не говорит слепая зависть, всякий предпочтет с такими водиться.
Кто знает, вдруг этот человек однажды взлетит высоко, и тогда у тебя самой появится лишняя дорожка в нужные двери?
Продавщица травяного чая смягчила лицо и с чувством произнесла:
— И учиться изо всех сил стараешься, и на рынке торгуешь. Твоим родителям так повезло вырастить такую хорошую дочку!
— Что вы, — скромно улыбнулась Чжан Линъюэ. — Какая это торговля, так, мелочь пустяковая, разве с вами сравнишь! Вы-то вон каждый день на рынке стоите, вот это я понимаю — настоящее дело.
Лесть всегда приятна. Хотя продажа арбузов и травяного чая на лотке не была каким-то грандиозным бизнесом, женщина всё равно невольно загордилась, испытывая тайное удовольствие. Она уже собиралась что-то ответить, как вдруг заметила, что её сынок открыл ларец морозилки и ворует мороженое. Вмиг разъярившись, она бросилась отбирать у него лакомство. Избалованный всеобщим вниманием ребёнок тут же скривил губы и залился громким плачем. На шум из дома выскочили старшие члены семьи и принялись наперебой его успокаивать, так что вокруг в мгновение ока воцарился полный кавардак.
Чжан Линъюэ рассеянно бросила на них пару взглядов, чтобы изобразить интерес, а затем принялась за обустройство собственного прилавка.
В нынешние времена единственный ребёнок в семье — настоящий маленький император. Что бы там ни говорили разные эксперты по воспитанию, чадо в семье одно-единственное, и все усилия взрослых направлены только на него. Сколько в кого вложишь, о том и будешь заботиться, так что кому же ещё потакать, как не ему?
Даже если в семье найдется кто-то один здравомыслящий, считающий, что нельзя так баловать детей, он всё равно не сможет переспорить остальных домочадцев, придерживающихся противоположного мнения.
И правда, сцена воспитания по соседству закончилась предсказуемо: всеобщее балование со стороны старших, уступка со стороны матери и победа ребёнка, заполучившего-таки своё мороженое.
Однако на этом всё не закончилось: Чжан Линъюэ пришлось выслушать жалобы продавщицы чая на то, как её взгляды на воспитание расходятся со взглядами свекрови.
К счастью, слава небесам, вскоре на рынке стало прибывать народу, женщина переключилась на покупателей, и Чжан Линъюэ была наконец спасена от необходимости слушать чужие сетования.
Она тоже сосредоточилась на продаже своих маринованных закусок. Сегодня её гостеприимство не знало границ, и она делала особый упор на продвижение маринованной папайи, однако публика всё ещё относилась к ней с подозрением, и даже после дегустации желающих купить находилось не так много.
Внимательно понаблюдав за покупателями, Чжан Линъюэ поняла, что дело вовсе не во вкусе. Главная причина крылась в другом: людям казалось, что цена в десять центов за кусочек папайи — это слишком дорого. Пусть даже за пять центов можно было купить отрезок точно такой же длины, выбрав ровные центральные куски без острых кончиков (что в итоге оказывалось даже выгоднее), сообразить это удавалось далеко не многим.
В конечном счёте сказывалось то, что карманы людей были недостаточно тугими, а свободных денег водилось мало. Никто не хотел рисковать этой скудной копейкой ради сомнительного эксперимента и переплачивать.
Чжан Линъюэ мысленно вздохнула: покупательная способность всё-таки оставляла желать лучшего. В уездном центре такую папайю продавали на вес, а маринованные овощи тяжёлые, так что на пять центов там и пяти крупных кусков не купишь.
И тогда Чжан Линъюэ принялась рекламировать папайю ещё усерднее.
— Сестрица, не хочешь попробовать маринованную папайю? Смотри, к ней прилагается вкуснейший сливовый порошок!
— Братишка, бери маринованную папайю! Её можно макать и в сливовый порошок, и в острый соус. Выбирай любой кусок, какой приглянется!
— Невестка, ты не смотри, что эта папайя спелая, думай, будто она будет мягкой и невкусной. Зато она сладкая! И ароматная, совсем как дыня-канталупа!
— Что? Ты не знаешь, что такое канталупа? Это такая сладкая дыня из Синьцзяна, прямо как арбуз. Её режут ломтиками, вынимают семечки и едят только мякоть, без кожицы. Сока в ней меньше, чем в арбузе, но пахнет она сильнее и слаще. Я пробовала такую в городе, где работает мой отец, и эта папайя на вкус — точь-в-точь та самая дыня. Ешь спелую папайю — словно канталупу отведаешь!
— Ой-ой-ой! Сестрица, тебе три кусочка спелой папайи? Подожди секунду, я сейчас положу. Вот, выбираю самую спелую, она сочная и сладкая, даю слово — ничем не отличается от дыни!
— Ой! Сестрица, ты тоже хочешь два кусочка? Погоди немного, я сперва сдачи отсчитаю и сразу тебе положу!
— Тётушка, маринованная папайя и впрямь очень вкусная. Разве десять центов — это дорого? Такой огромный кусок, да еще со сливовым порошком! А порошок ведь тоже за деньги куплен. Покупаешь папайю и получаешь порошок в придачу — считай, в выигрыше осталась! Не веришь — спроси у своей дочки, разве в деревенском магазинчике сливовый порошок не продают по пять или десять центов за пакетик?
— Покупайте маринованную папайю! Десять центов за кусок — дешевле, чем маринованная редька! На пятьдесят центов можно взять и папайю, и редьку!
……