Это чулки? — невысокая, миловидная девушка посмотрела на пестрые чулки самых разных фасодов, разложенные перед ней, и смущенно спросила Чэнь Мо.
Конечно, мы привезли их прямо из Нинчэна, это самая свежая модель. — Заметив потенциальную покупательницу, Чэнь Мо тут же принялся расхваливать ей новинки.
Честно говоря, Чэнь Мо не отличался особом красноречием, но ради денег был готов на всё.
В то время чулки уже начали входить в моду, но в таком полутора- или двухмиллионном городе, как Жунчжоу, их было еще мало, а местные студентки пока не отличались той свободой нравов, что наступит всего через несколько лет.
Как тебе эти черные? Сейчас они пользуются наибольшей популярностью. — Заметив, что девушка продолжает перебирать товар и никак не может решиться, Чэнь Мо протянул ей одну пару.
Та сначала еще сомневалась, но при виде черных чулок ее глаза загорелись — было очевидно, что она заинтригована.
Такие черные, на ощупь гладкие, материал отличный, но главное — их нужно надеть, чтобы понять, насколько они хороши. Бери одну, сходишь примерь, — заманчиво произнес Чэнь Мо.
Да Фэй стоял в растерянности: он никак не ожидал, что Чэнь Мо, обычно такой немногословный, способен на такое.
Ладно, давай эту, сколько с меня? — наконец решилась на покупку девушка.
Только сделай скидку, дорого я не куплю.
Не переживай, дешевле нашего товара не найти.
К тому же ты наша первая покупательница, отдадим по себестоимости — за двадцать юаней. — Чэнь Мо с улыбкой завернул покупку.
Двадцать юаней — деньги небольшие, но и не сказать чтобы копейки, так что девушка немного подумала и решилась.
Да Фэй просто оцепенел: себестоимость чулок — пять юаней, а перепродают по двадцать! Четырехкратная наценка! Неужели деньги могут даваться так легко?
Получив деньги, Чэнь Мо с довольным видом подмигнул Да Фэю, мол, видишь? Дело беспроигрышное.
Да Фэй тут же воспрянул духом, словно ему вкололи адреналин, и принялся вовсю зазывать покупателей. О какой уж тут гордости думалось — заработок превыше всего!
Благодаря удачному старту с той студенткой, вскоре подтянулись и другие. Конечно, больше глазели, чем покупали, но каждая пара уходила по цене от пятнадцати до тридцати юаней.
Всего за вечер они выручили почти четыреста юаней.
Чэнь Мо, мы что, разбогатеем? — Да Фэй смотрел на разложенные перед ним мелкие купюры и от волнения путался в словах. И его трудно было винить: пусть денег не так много, но они заработали их своими силами.
И это ты называешь богатством? Сегодня неплохо, завтра продолжим.
Чэнь Мо собрал деньги и стал складывать прилавок.
Уже сворачиваемся? Только же девять тридцать. — Да Фэй удивился.
Самое время, людей стало меньше, толку дальше стоять.
К тому же надо дать пулям полететь. — Чэнь Мо загадочно улыбнулся.
В смысле? — Да Фэй теперь с трудом понимал Чэнь Мо: тот говорил и действовал совсем не так, как раньше, то и дело бросаясь непонятными фразами.
В смысле — пусть сегодняшняя покупательница нас порекламирует. Вот увидишь, завтра торговля пойдет на ура.
Да Фэй с сомнением свернул рекламный плакат.
Куда добро девать? Не тащить же в общежитие? — озабоченно оглядев несколько огромных баулов с чулками, протянул Да Фэй.
Не переживай, оставим в комнате охраны напротив.
Прихватив вещи, Чэнь Мо направился к будке охранника у входа в пешеходную зону квартала — та как раз стояла напротив задних ворот школы, совсем близко.
Ты с ним знаком?
Не знаком. — Чэнь Мо даже не обернулся.
Если не знаком, с какой стати он станет их сторожить?
Днем дал ему полпачки сигарет — вот и познакомились, — обернувшись, улыбнулся Чэнь Мо.
Ладно, Да Фэй в очередной раз потерял дар речи. Ему казалось, что последние дни он видит сон и всё вокруг донельзя ненастоящее. Он даже ущипнул себя изо всех сил, и острая боль подсказала, что это не мерещится.
Товара было немного — всего три больших мешка. Будка оказалась тесной, но пакеты поместились.
Дядя Ли, выручай, завтра зайдем за ними. — Привычно поприветствовал охранника Чэнь Мо.
Охранник Ли, попыхивая сигаретой в левой руке, махнул им правой.
Намотавшись за день, и Чэнь Мо, и Да Фэй валились с ног от усталости. Особенно Чэнь Мо: ему казалось, что с момента перерождения он ни на минуту не приседал.
Ничего не попишешь, хочешь в будущем жить в свое удовольствие — сейчас придется пахать.
Дин Синь, вполне предсказуемо, отсутствовал. Начиная с первого семестра третьего курса, его соседа по комнате почти не видели — вечно пропадал неизвестно где.
Да Фэй же находился в состоянии полного возбуждения. Усталость, конечно, валила с ног, но остановиться он не мог. Чэнь Мо отлично его понимал: когда он сам только женился, его тоже распирало от неиссякаемой энергии.
Ситуации разные, но суть одна.
Остальные соседи по комнате с любопытством допытывались у Да Фэя, чем это он таким занятым выглядит и отчего сияет. Однако Чэнь Мо велел пока помалкивать, и Да Фэй с ним полностью согласился: он тоже дорожил своей гордостью — перед незнакомцами еще куда ни шло, а перед теми, с кем знаком, все-таки было бы неловко.
На следующий день пар днём было немного, но учиться ни Чэнь Мо, ни Да Фэй были не способны. Да и как Чэнь Мо мог что-то понимать, если с момента окончания института прошло больше десятка лет и всё давно вылетело из головы?
Кое-как дотянув до второй половины дня, едва прозвенел звонок с последней пары, Да Фэй тут же потащил Чэнь Мо к задним воротам.
Вещи-то на месте? — Да Фэй всё еще переживал.
Не бойся, не бриллианты же, никто не позарится, — попытался успокоить его Чэнь Мо.
К тому же репутация у дяди Ли вполне надежная.
Конечно, надежная: Чэнь Мо помнил, как кто-то сунул дяде Ли две пачки сигарет, и тот целую неделю стерег чужой чемодан.
Стоило угостить его сигаретами, и дядя Ли блюл честность перед любым клиентом, будь то старик или ребенок.
Успешно забрав тюки, всё еще нервничавший Да Фэй наконец выдохнул, и они развернули лоток точно так же, как накануне.
Не было еще и пяти вечера, солнце слепило глаза, а из задних ворот уже потянулись первые студенты.
Вот они! — Внезапно к ним подбежала целая стайка девчонок и обступила скромный прилавок Чэнь Мо.
Да Фэй уже испугался, не случилось ли чего, но, приглядевшись, узнал вчерашнюю покупательницу.
Я же говорила, что здесь брала, — обратилась та к подружкам. Сегодня она как раз надела купленные накануне чулки, и надо признать, смотрелись они очень пикантно.
Будучи тридцатилетним мужчиной, Чэнь Мо обладал весьма придирчивым вкусом, но эта девчонка в черных чулках действительно излучала тот самый притягательный и одновременно милый коктейль качеств.
Эй, покажите-ка нам вон те! — Девушки принялись рыться на прилавке, выбирая расцветки по душе, но наружу Чэнь Мо выложил лишь малую часть — основная масса по-прежнему лежала в мешках.
Раз пахло крупной прибылью, Чэнь Мо упускать момент не стал и вытащил из баулов самые разные модели и цвета.
Даже вчерашняя покупательница растерялась от такого изобилия и шутливо укоряла Чэнь Мо за то, что он не показал всё сразу вчера.
Чэнь Мо тоже не терял времени: одновременно доставал товар и тут же нахваливал — черные, белые, короткие, длинные... Язык уже заплетался, но останавливаться было нельзя.
В итоге все шестеро прибывших девушек выбрали модели по вкусу. Та самая любительница черных чулок прихватила еще и короткие белые. Больше всего же Чэнь Мо удивился, когда одна из студенток в очках купила длинные фиолетовые чулки: носить такое решится далеко не каждый.
Эта волна покупательниц привлекла новых людей — те шли в основном компаниями по три-пять человек, часто по наводке вчерашних клиенток. Да Фэй от такого зрелища едва дар речи не потерял.
провозившись несколько часов, они свернулись лишь в половине одиннадцатого вечера. Подсчитав выручку, обнаружили, что продали больше ста пар и заработали три тысячи. Себестоимость окупилась полностью.
Да Фэй от восторга потерял голову: прошло всего два дня, а они уже вышли в ноль — дальше бизнес должен просто взлететь!
Впрочем, Чэнь Мо понимал: сейчас они просто играют на разнице в осведомленности. Пройдет максимум неделя, и подобные чулки появятся на каждом углу. Так что нужно срубить легких денег, пока есть возможность. Конечно, расстраивать Да Фэя и сбивать его энтузиазм Чэнь Мо не стал.
В следующие несколько дней торговля шла так же бойко, а на четвертый день они продали аж двести пар. Как бы ни развивались события дальше, по крайней мере сейчас и Чэнь Мо, и Да Фэй сполна прочувствовали радость от зарабатывания денег — это ощущение было просто кайфом.