– То-то же. Второй молодой господин Ду совсем не похож на наследного принца, которого какая-то девица из танцевального павильона избаловала донельзя. Если бы мой супруг не баловал меня, откуда бы у меня взялся ребёнок? А вот сестре, должно быть, пришлось немало натерпеться, пытаясь соперничать с той танцовщицей за его милость.
Чем больше говорила Цзян Линюй, тем сильнее распалялась, совершенно забыв, что среди присутствовавших было немало замужних дам, которые еще не обзавелись детьми.
Она прекрасно помнила всё, что произошло в прошлой жизни, и теперь ей не терпелось прикончить эту маленькую бесовку Лэн Юэ.
Потеряв лицо на весеннем банкете, сегодня она чувствовала, будто отыгралась по полной. Она собиралась как следует унизить Цзян Юонин.
И действительно, все дамы устремили взгляды на Цзян Юонин, решив, что та пренебрежима собственным мужем и безуспешно борется за его внимание с наложницей — причем, к ее несчастью, проигрывает.
Цзян Линюй чувствовала себя превосходно, ее уголки губ так и норовили взлететь к самым небесaм.
Служанки Дун Юй и Чунь Мэй, видя, как унижают их госпожу, с досады топали ногами, но поскольку хозяйка хранила молчание, они не смели произнести ни слова.
Цзян Юонин по-прежнему не торопилась. Легко улыбнувшись, она безмятежно произнесла:
– Судя по словам сестрицы, вас балуют куда сильнее, раз уж вы так быстро забеременели.
– То-то же! Как только я понесла, матушка с батюшкой были вне себя от радости, а старшую ветвь семьи аж злость взяла! Свекор со свекровью хвалят меня за расторопность, не то что некоторых.
Цзян Линюй намеренно повысила голос, бросая косые взгляды на Цзян Юонин.
Под «некоторыми» она подразумевала исключительно Цзян Юонин, однако эти слова задели и всех замужних женщин за столом, у которых еще не было детей.
Чу Сижань больше не могла стерпеть. Она уже дошла до предела и со стуком опустила чашку:
– И что не так с некоторыми? Замужних без детей пруд пруди — это что же, значит, мужья их не любят? Подумаешь, велика цаца, ишь чего удумала, ф!
Мэй Сю тоже с мрачным лицом поднялась с места:
– Подумаешь, любимая жена в семье мужа! Тоже мне достижение. Вырядилась так, будто уже сына родила! Даже если и родишь мальчика, еще не факт, что сможешь в доме мужа всецело вершить судьбы по своему усмотрению!
Эти двое обычно держались ближе к Цзян Линюй, но они вовсе не желали, чтобы их тоже приплели к этому унижению, а потому отчитывали Цзян Линюй без малейшего сожаления.
Несколько других дам, с которыми та общалась реже, с ледяными лицами тоже поднялись со своих мест.
– Цзян Линюй, это что еще за намеки? Пришла сюда своим брюхом хвастаться? Ну и что, что у нас детей пока нет — тебе-то слова не давали!
– Именно! Наличие ребенка еще не доказывает мужа любовь, будто ты одна во всем мире замуж вышла правильно!
– Подумаешь, залетела, эка невидаль.
– Кем ты себя возомнила? Думаешь, второй молодой господин Ду только в тебя одну и влюблен? Не слишком ли много о себе воображаешь!
Присутствовавшие женщины одна за другой поднимались и нападали на нее.
Цзян Юонин неторопливо потягивала чай, слушая, как женщины наперебой втаптывают высокомерие Цзян Линюй в грязь.
Пожинать плоды собственных поступков ей придется самой.
Цзян Линюй оказалась в эпицентре волны женских нападок. Ее попытки оправдаться тонули в общем шуме, любые объяснения были бесполезны, и сколько бы слов она ни извела, вразумительно объясниться ей так и не удалось.
Дамы оказались весьма речисты: они припомнили всё, что было в прошлом, вплоть до тайных похождений Ду Сююаня по борделям. Высказав всё, они дружно закатили глаза и сплоченной толпой подошли к Цзян Юонин.
– Цзян Юонин, пойдем к озеру, полюбуемся пейзажами.
– Верно, госпожа наследная княгиня, пойдемте с нами.
В итоге все те женщины, которые обычно избегали общения с Цзян Юонин, окружили ее плотным кольцом и увели с собой, начисто забыв о существовании Цзян Линюй.
Глядя вслед уходящей компании, Цзян Линюй покраснела глазами от бешенства. Доведенная до предела завистью, она едва не задохнулась и, согнувшись пополам, тяжело рухнула обратно на стул.
Этот позор превзошел даже то унижение на весеннем празднике Третьего месяца. Она опозорила не только себя, но и бросила тень на всю семью Ду.
Она судорожно вцепилась в подлокотники кресла. С какой стати?! Она же должна была втаптывать Цзян Юонин в грязь, почему же в итоге растоптали ее саму?!
Она с этим не мирилась!
Тем временем на берегу озера женщины заметили, что их мужья тоже собрались там же.
Какое же поэтическое собрание без стихов? Пейзажи у Белого озера были великолепны, а беседка на берегу служила идеальным местом для сочинительства.
Дамы принялись с восхищением разглядывать своих благоверных.
Лишь Цзян Юонин лишь равнодушно бросила беглый взгляд на Му Цзюньхина, а затем отошла к помосту неподалеку и присела: созерцать виды Белого озера куда приятнее, чем глазеть на мужчин.
Разумеется, мимолетно она заметила и Ду Сююаня — к нему она отнеслась еще холоднее, чем к Му Цзюньхину.
Под сенью беседки мужчины обменивались лучшими творениями, зачитывая вслух стихи друг друга и дружески обсуждая их достоинства.
В это же время Лэн Юэ, скрывая лицо под вуалью, издалека наблюдала за беседкой.
Она знала о сегодняшнем поэтическом вечере и понимала, что это прекрасный шанс показаться на глаза людям. Ей хотелось стоять рядом с Му Цзюньхином, хотелось, чтобы все знали: он любит только ее одну.
Но Му Цзюньхин приехал вместе с Цзян Юонин, и нежный взгляд Лэн Юэ мгновенно оледенел.
Ей хотелось подойти, но ее терзали смутные сомнения, однако ноги сами несли ее ближе к беседке.
Му Цзюньхин закончил стихотворение и небрежно положил кисть, предоставляя остальным оценивать его труд — он был уверен в своем поэтическом таланте.
Подняв глаза, он заметил знакомый силуэт.
Му Цзюньхин нахмурился и поспешил навстречу:
– Ты как здесь оказалась?
– Господин наследный принц... Я проходила мимо, услышала, что здесь поэтический вечер, и решила заглянуть. Если я вам помешала, я сейчас же уйду. – Лэн Юэ опустила голову, изображая воплощение страха и хрупкости.
Му Цзюньхин нахмурился еще сильнее. Раз уж она пришла, ему было жаль прогонять ее одну.
– Ладно уж.
Он знал, что здесь Цзян Юонин, но, к счастью, они с ней обо всем договорились заранее.
Лэн Юэ слегка нахмурила тонкие брови и закусила губу:
– Господин наследный принц, пожалуй, я лучше вернусь. Наверное, здесь и княгиня... Столкнуться с ней будет неловко.
Му Цзюньхин заботливо взял ее за руку, оглянулся на беседку — остальные все еще были увлечены спорами — и потянул Лэн Юэ за собой:
– Давай так: я велю кому-нибудь отправить тебя домой.
В такой обстановке, даже если бы Цзян Юонин не возражала, это все равно выглядело бы дурно.
Лэн Юэ больше не упорствовала — Му Цзюньхин думал о ней.
В то же время Цзян Юонин, целиком погруженная в созерцание глади Белого озера, действительно не заметила появления Лэн Юэ.
Если говорить о сочинении стихов, то Цзян Юонин тоже владела этим искусством, просто женский пол издавна скрывал ее истинные таланты.
Глядя на пейзажи Белого озера, она почувствовала прилив вдохновения и тихо прочла вполголоса четверостишие.
Закончив, она сама усмехнулась про себя.
Она помнила, как в прошлой жизни один знакомый зачитывал стихотворение, которое можно было назвать шедевром на века — за две прожитые жизни ей еще не доводилось слышать ничего подобного.
– Прекрасно! Какое великолепное стихотворение! Право, не ожидал, что княгиня Му способна сочинить столь дивные строки.
Внезапно за спиной раздался свежий, чистый голос, звучавший искренне и прямо.
Цзян Юонин обернулась и, разглядев говорившего, замерла от удивления.
Лу Чжиянь, молодой господин из поместья Аньго-хоу и лучший ученик на нынешних императорских экзаменах, сяньшэн.
В прошлой жизни она познакомилась с Лу Чжиянем, когда они с Ду Сююанем ушли в армию. Хотя он был ученым мужем, в его груди билось сердце патриота, и даже после победы на экзаменах он отправился закалять себя в военный поход.
Лу Чжиянь обладал светлой, благородной внешностью и был предметом воздыханий многих столичных девиц. Она помнила, как после получения заслуженных воинских наград завистники подставили его, и он погиб при весьма туманных обстоятельствах.
Какая трагедия — потерять столь талантливого человека. Увидев Лу Чжияня снова в этой жизни, Цзян Юонин почувствовала горькое сожаление.
Столь честный и преданный родине человек принял мученическую смерть — небеса поистине несправедливы.
Именно поэтому, увидев Лу Чжияня в этот миг, Цзян Юонин твердо решила спасти его.
Отогнав мысли, Цзян Юонин вежливо ответила:
– Что вы, юный хоу, не позорьте меня перед вами.
Лу Чжиянь покачал головой:
– Нет-нет-нет, это стихотворение поистине прекрасно. Пожалуй, оно даже лучше того, что сочинил Му Цзюньхин.
При упоминании Му Цзюньхина Цзян Юонин машинально посмотрела в сторону беседки.
И тут выяснилось, что Му Цзюньхина там нет.