Это ведь тысячелетиями не выпадающая возможность заработать деньги.
В фондовом рынке страны Хуася лишь раз в семь-восемь лет удается застать волну крупного бычьего рынка, и многие не хотят упускать этот шанс.
Лю Мэй изо всех сил старалась управлять своим супермаркетом, но никаких улучшений в делах так и не наблюдалось.
Она услышала от знакомых, что в последнее время ситуация на бирже взлетела до небес и заработать можно на покупке абсолютно любой акции.
Услышав эту новость, она словно увидела шанс вырваться из нищеты.
Тогда она распродала со значительным убытком все товары из супермаркета, которые можно было быстро обратить в наличные.
За несколько дней ей удалось собрать сто тысяч юаней.
После этого она перевела все эти сто тысяч на свой брокерский счет, лелея мечту о том, как за счет удачной ставки велосипед превратится в мотоцикл.
Стоило только купить акции, как доходность оказалась просто потрясающей.
Всего за два дня Лю Мэй за счет купленных ценных бумаг увеличила стоимость своего портфеля со ста тысяч до ста одиннадцати тысяч.
Двое суток работы пальцами, когда она не делала абсолютно ничего, принесли ей чистую прибыль в десять тысяч юаней на купленных акциях.
В среднем по пять тысяч в день — это привело Лю Мэй в полный восторг и потрясение.
Она невольно подумала о том, что зарабатывать деньги, оказывается, вовсе не так уж тяжело: достаточно просто открыть брокерский счет, наугад купить какие-нибудь акции и подождать пару дней, чтобы получить огромный куш.
В тот же миг у Лю Мэй вновь загорелась надежда на будущее.
Она помечтала о том, как заработает на бирже несколько сотен тысяч, вернет двадцатитысячный банковский кредит, а на оставшиеся деньги продолжит покупать акции и делать состояние.
Раз уж доходность инвестиций в акции настолько высока, ей, конечно же, больше незачем было отдавать все свои силы управлению супермаркетом.
Однако хорошие времена длились недолго.
Не прошло и нескольких дней, как на фондовом рынке начались дикие колебания.
Основные индексы покатились вниз с бешеной скоростью, обрушиваясь похлеще водопада.
Многие акции, до этого стремительно росшие в цене, начали стремительно падать, и по рынку стремительно прокатилась волна паники.
Многие инвесторы даже опомниться не успели, как имевшиеся у них на руках бумаги были загнаны на самое дно лимита падения.
Сян Хуа же за день до обвала рынка полностью распродал все свои акции общей стоимостью четыреста шестьдесят тысяч, не оставив ни одной штуки.
Он успешно закупился на низах и вышел из игры на пике, совершив гигантский скачок с тридцати тысяч до четырех миллионов шестисот тысяч.
Большинству же инвесторов повезло далеко не так сильно, как Сян Хуа.
Внутри залов биржевых торгов и за их пределами разносились стоны и плач, многие инвесторы понесли тяжелейшие потери, в один миг скатившись к своему первоначальному состоянию.
После буйства стихии на пепелище остались лишь жалкие крохи.
Сян Хуа перевел четыре миллиона шестьсот тысяч на банковскую карту, переполненный радостью и волнением.
Он успешно заработал свои первые четыре с лишним миллиона в этой жизни!
В ту самую минуту, как деньги оказались на счету, он без колебаний перевел домой пятьсот тысяч.
Пусть его родители порадуются.
В конце концов, раз уж он за последние несколько месяцев заработал на бирже больше четырех миллионов, перевести семье пятьсот тысяч в знак сыновней почтительности было вполне естественно.
Но если взглянуть на Лю Мэй, ее судьба оказалась далеко не столь благосклонной.
Акции, которые она ранее накупила на самой вершине рынка, за считанные дни подешевели ровно вдвое. Вложив сто тысяч, теперь она обнаружила, что у нее осталось меньше сорока тысяч.
Каждый день она открывала брокерский счет и смотрела, как купленные ею бумаги втаптывают в грязь на нижней планке падения, но была совершенно бессильна что-либо изменить — продать их оказалось невозможно, оставалось лишь покорно терпеть удары судьбы.
В довершение ко всему дела в ее супермаркете шли из рук вон плохо, и сейчас она оказалась в полном тупике.
В один момент Лю Мэй ощутила невиданный доселе кризис.
Теперь она лишь молила о том, чтобы купленные ранее акции поскорее открылись после падения и она смогла вернуть хоть какую-то часть своих первоначальных вложений.
Лишь бы не потерять абсолютно всё до последней копейки.
Стоит помнить, что ради инвестиций в акции она заложила супермаркет и взяла в банке кредит на двадцать тысяч.
Теперь же она не только не заработала ни единого юаня, но и напрямую лишилась большей части средств.
С такими вещами шутки плохи.
Дела в супермаркете шли скверно, убытки капали ежедневно, из-за чего в последнее время Лю Мэй пребывала в глубочайшей депрессии.
Она просто не могла смириться с убыточным делом. Однако суровая реальность выглядела ужасно, и каждый день она проживала словно в тумане.
Теперь она не только не могла выплачивать проценты банку, но и профукала весь основной капитал.
И осталась у разбитого корыта!
Прежде она видела, как ее знакомый разбогател на инвестициях в биржу, и потому сама захотела последовать его примеру и отхватить свой кусок пирога.
Но сейчас она в страшном сне не могла представить, что не то что не отведает этого супа, а полностью лишится всех собственных денег.
Загнанная в угол, Лю Мэй решила снова обратиться за помощью к Сян Хуа.
В конце концов, Сян Хуа ранее получил триста тысяч в качестве компенсации за снос его маленького магазинчика на рынке.
Она хотела умолить его одолжить ей немного денег, чтобы пережить этот тяжелый кризис.
Однако, когда она пришла к нему домой — в ту съемную квартиру, где он жил раньше, — то обнаружила, что он съехал оттуда уже давным-давно.
Увидев такое зрелище, Лю Мэй совершенно растерялась.
Попросить у Сян Хуа денег в долг, чтобы преодолеть кризис, — пожалуй, это был ее последний шанс отыграться.
Что происходит? — в растерянности произнесла Лю Мэй.
Сян Хуа наверняка испугался, что мы с молодым госпожой Ваном снова станем донимать его, и сбежал жить в другое место!
Она невольно погрузилась в пучину отчаяния и беспомощности.
Если не найду его, если он мне не поможет, мне конец!
Сян Хуа, ах, Сян Хуа, куда же ты в конце концов переехал? — растерянно бормотала Лю Мэй.
Ей хотелось как можно быстрее отыскать его.
Лю Мэй торопливо вытащила телефон, собираясь позвонить Сян Хуа и во всем разобраться.
Номер она сменила, но если бы ей удалось связаться с Сян Хуа и получить его помощь, она смогла бы удержать свое положение в семье Ван, в противном случае ей точно недолго оставалось там пробыть.
Она быстро набрала на мобильнике номер Сян Хуа.
Как только Сян Хуа ответил на звонок, Лю Мэй тут же назвалась, а затем принялась горько умолять его одолжить ей двадцать тысяч юаней, чтобы спасти положение.
Дорогая читательница, эта глава еще не закончена, пожалуйста, нажмите на следующую страницу, чтобы продолжить чтение, впереди нас ждет еще много интересного!
Когда Сян Хуа понял, что звонит именно Лю Мэй, в нем вмиг вскипела ярость, и он прямо в трубку гневно выпалил:
Ты еще смеешь звонить мне и просить в долг!
Совесть у тебя вообще есть?!
Мы с тобой уже давным-давно не имеем друг к другу никакого отношения, прошу тебя больше не беспокоить мою жизнь в дальнейшем, я не желаю больше иметь с тобой ни малейшей связи или дел.
Сказав это, Сян Хуа тут же бросил трубку.
Поняв, что Сян Хуа повесил трубку, Лю Мэй вмиг лишилась всякого рассудка.
Что делать? Что же мне делать?
Лю Мэй застыла на месте, охваченная тревогой и страхом.
Лицо ее побледнело, она раз за разом повторяла: конец, мне конец.
Нынешнее положение дел казалось ей абсолютным тупиком.
Если бы раньше она не питала иллюзий насчет фондового рынка и не вбухала все собранные сто тысяч в биржевой крах, она бы сейчас не докатилась до такой жизни.
Впрочем, повернуть время вспять нельзя ни в каком деле, а прошлое навсегда остается в прошлом.
А лекарства от сожалений в этом мире и вовсе не существует.
Вскоре Ван Линь узнал обо всем, что Лю Мэй вытворяла за его спиной. Он пришел в ярость и даже смотреть на нее не желал.
Ты, транжира этакая! Ты посмела за моей спиной распродать товар из супермаркета с убытком, вбухать все вырученные деньги в акции, а теперь проиграла всё до нитки! И как ты собираешься держать ответ перед моей семьей и мной?
Теперь всё кончено: банковский кредит выплачивать нечем, супермаркет не спасти. И как мне теперь смотреть в глаза родителям?!
Теперь-то я понял: ты — настоящее несчастье!