Огромный и омерзительный труп Сшитой мерзости продолжал гореть, источая тошнотворное потрескивание и зловоние. Ужасающее зрелище растворившегося Рэймонда, словно самый страшный кошмар, навсегда отпечаталось на сетчатке глаз каждого из присутствующих. Старый Джон в отчаянии опустился на колени прямо в нечистоты, Хавэй (воин) сжался в углу и дрожал, а сырое пятно на его штанах испускало едкий запах в холодном воздухе. Марта опиралась на свой меч, её грудь тяжело вздымалась, а на ледяном лице не было ни единой эмоции — лишь глаза, в которых горело холодное пламя, способное заморозить саму душу.
Тяжёлые шаги, напоминающие барабанную дробь ада, доносились из глубины зала, из самого широкого коридора. Они становились всё ближе и отчётливее! Вслед за ними слышался вызывающий зубную боль скрежет тяжёлого металла по камню — «ш-ш-ш… ш-ш-ш…». Каждый такой звук, словно напильник, скрежетал по нервам всех присутствующих.
— Внимание! Обнаружено приближение особи с чрезвычайно высоким уровнем угрозы!
— Цель: Мясник из ада (проекция/несовершенный образец)
— Состояние: Голод, предельная ярость!
— Уровень угрозы: Смертельный (физическая мощь подавляющего уровня, встроенная Аура страха, атаки вызывают сильные кровотечения и проклятие боли)
— Слабости: Относительно фиксированный шаблон действий (рывок, использование крюка, размашистые удары), ядро расположено в грудной клетке (защищено толстым слоем жира и костяными пластинами), уязвим перед ярким светом и святой силой (слабо)
— Ожидаемые Фрагменты Первоначала после анализа: Огромное количество жизненной энергии (1.5+), Осколок сверхъестественной стойкости (1.0+), Осколок сверхъестественной выносливости (1.2+), Осколок законов боли (0.8+), Фрагмент ауры страха (редкий! 1.0+)
— Мясник! — голос Марты звучал хрипло, словно трущаяся наждачная бумага, с нотками почти отчаянной тяжести. — Это он! Быстрее! Отступаем к каменной лестнице! Готовьтесь заблокировать проход!
Мясник! Это имя прогремело в голове Ли Мина словно удар грома! Кошмар новичка из игры! Тот самый огромный мясной крюк, тот тесак для костей, тот культовый вопль «Свежее мясо!». Даже если это всего лишь проекция или несовершенный образец, угроза от него намного превосходила Сшитую мерзость!
Не было времени для печали, не было времени для страха! Инстинкт выживания подавил все остальные эмоции! Приказ Марты стал единственной соломинкой. Старый Джон, словно стеганый кнутом, резко вскочил с земли и рывком поднял обмякшего Хавэя (воина). Ли Мин, превозмогая головокружение от истощения ментальной силы и жгучую боль в ладонях, тут же развернулся и, следуя за Мартой, спотыкаясь, бросился к той самой крутой каменной лестнице, по которой они пришли.
— Ш-ш-ш… ш-ш-ш… Бах! Бах! Бах!
Тяжёлые шаги и звук волочащегося металла были уже совсем рядом! В темноте коридора проступил контур фигуры, размер которой вызывал удушье! Это было огромное, как мясная гора, жуткое существо ростом более трёх метров! Его тело покрывала грязная, сальная тёмно-красная кожа, а под толстым слоем жира перекатывались бугристые, словно скалы, мышцы. На несоразмерно широких плечах покоилась уродливая свиная голова с торчащими наружу клыками, а в мутных маленьких глазках пылала чистая, жадная до плоти алчность и безумие! В правой руке оно волочило чудовищно огромный тесак для костей с зазубренным лезвием, покрытым запекшейся тёмной кровью. Острие, скрежеща, тянулось по земле. В левой руке монстр сжимал массивный мясной крюк, прицепленный к толстой железной цепи, поблескивающей холодным светом!
Незримая, леденящая душу аура (Аура страха) хлынула из существа, словно приливная волна, в мгновение ока накрыв весь зал! Хавэй (воин) закатил глаза, пошёл пеной и потерял сознание. Старый Джон почувствовал, как его ноги налились свинцом, а ледяная рука сжала сердце так, что стало невозможно дышать! Даже у обладающей стальной волей Марты движения на мгновение замедлились, а в глазах промелькнула невольная дрожь!
— Аура страха активирована! Ментальное подавление по площади!
— Пассивный навык Стойкость души активирован! Сопротивление успешно! Лёгкое оцепенение!
Ли Мин также ощутил, как из глубины души вырвался поток леденящего страха, и тело мгновенно сковало оцепенение! Однако стойкость, принесенная душой перемещенного человека, вновь сработала, принудительно развеяв большую часть негативного эффекта! Почти на инстинктах он вполз на каменную лестницу!
— Р-р-ра-а-а!!! — взревел Мясник!
Это был не язык, а лишь первобытный рык жажды разрушения! Его мутные глазки мгновенно зафиксировали добычу, пытающуюся сбежать! Огромное тело развило пугающую, совершенно не соответствующую размерам скорость, и монстр, словно обезумевший боевой зверь, рванулся к выходу на лестницу! Двое воинов инстинктивно попытались закрыться щитами, но их, как бумажных змеев, отбросило прочь, и они с размаху врезались в стену. Алая кровь начала расползаться по камню, словно ползущие по стене красные змеи. Тяжёлые шаги заставили дрожать весь склеп! В то же время левая рука монстра резко взметнулась!
— У-у-у! — железная цепь в мгновение ока снесла голову тому самому воину, который еще пребывал в обмороке.
А огромный мясной крюк, со свистом разрезая воздух и источая холод смерти, вылетел подобно молнии! Тяжёлая цепь звенела! Целью стал бегущий последним старый Джон, тащивший на себе Хавэя (воина)!
— Старый Джон! Берегись! — Ли Мин закричал, не чувствуя боли от того, как у него в глазах лопнули сосуды.
Марта среагировала с предельной быстротой! Она резко обернулась и с силой метнула свой поврежденный по краям круглый щит, пытаясь перехватить летящий крюк!
— Дзынь!!!
Раздался оглушительный скрежет металла. Щит был точно поражен крюком и разлетелcя на куски, как будто его ударило ядром! Но жертва щита не была напрасной! Траектория крюка слегка изменилась, и он, чиркнув по спине старого Джона, с силой вонзился в каменную стену рядом! Посыпались осколки камня, полетели искры! Огромная мощь натянула цепь, как струну!
Старый Джон почувствовал холод в спине — тень смерти прошла совсем рядом! Покрывшись холодным потом, он из последних сил толкнул Хавэя (воина) вверх по ступеням и сам начал карабкаться, работая руками и ногами!
Мясник, промахнувшись, взревел еще яростнее! Резко дернув цепь, он вырвал крюк прямо из стены, выворотив куски камня! Он отбросил его в сторону и, ускорившись, словно неуправляемый стенобитный молот, всей своей тушей врезался в узкий проход к лестнице! Тесак для костей высоко поднялся над головой, неся с собой вихрь разрушения!
— Перегородите его! — Марта, отступившая к середине лестницы, пронзительно закричала! Она знала: если Мясник прорвется на лестницу, в узком пространстве все они станут лишь кусками мяса на разделочной доске!
Ли Мин, Марта и старый Джон, едва вползший наверх и еще не успевший прийти в себя, стояли спина к спине, перекрыв проход, в котором могли уместиться лишь двое. Под ногами была скользкая лестница, за спиной — тьма, ведущая к неизвестным верхним ярусам, а перед ними — само воплощение смерти!
Отступать некуда! Только битва не на жизнь, а на смерть!
В глазах Ли Мина вспыхнуло невиданное ранее безумие! Истощение ментальной силы? Жгучая боль в ладонях? Под давлением неминуемой смерти всё это стало лишь незначительным фоном! В его голове билась лишь одна мысль: Огонь! Ещё больше огня! Сжечь его! Помешать ему!
Он снова поднял правую руку! В этот раз он не просто взывал к огненным элементам в воздухе! Силой он вырвал 0.1 из концентрата фрагментов жизненной энергии (0.8), полученного при убийстве Сшитой мерзости! Он добавил потенциал тела, дарованный новыми фрагментами базовой силы (0.5) и базовой стойкости (0.6)! Он добавил несгибаемую волю, зажженную страхом и отчаянием из самых глубин души! Всё это! Без остатка! Он влил в свои ладони!
— На! Гори!!!
— Бум!!!
Огненный шар, во много раз больший, яркий и яростный, чем когда-либо прежде, вырвался из рук Ли Мина, словно сжатый до предела лавовый снаряд! Ядро огня было ослепительно белым, края окутаны клубами черного дыма. Сметающий всё на своём пути дыханием разрушения, он летел не по извилистой траектории, а почти по прямой линии — прямо в разинутую, сочащуюся зловонной слюной свиную пасть Мясника!
Мясник явно не ожидал, что эта букашка способна выпустить такой «испепеляющий» удар! Его врожденный страх перед огнем под воздействием этого яростного огненного шара многократно усилился! Его рывок замедлился, он машинально поднял толстую левую руку, чтобы закрыть лицо!
— Бах!!!
Огненный шар с грохотом врезался в левую руку монстра, покрытую толстой кожей и жиром! Прогремел взрыв! Пламя в мгновение ока поглотило половину его руки! Плотный жир загорелся, издавая шипящий звук и едкий запах гари! Огромная ударная сила заставила даже громадное тело Мясника слегка отшатнуться назад!
— Ау-у-у!!!
Мясник взревел от боли и ярости! Хотя огонь не нанес смертельной раны, чувство жгучей боли и животная ненависть к пламени привели его в исступление! Он начал размахивать горящей рукой, пытаясь сбить огонь, и в его движениях появилась суета!
Сейчас!
— Убить! — Марта и старый Джон уловили этот редкий миг! Длинный меч Марты, словно ядовитая змея, вложив всю её ярость и мастерство, с хирургической точностью вонзился в слегка приоткрытый сустав под мышкой Мясника! Короткое копье старого Джона с решимостью смертника пронзило колено правой ноги монстра, на которой держалось всё его тело!
— Пшш! Хрусть!
Звуки входа лезвия в плоть и хруста костей раздались почти одновременно!
Длинный меч Марты глубоко ушел в мягкие ткани под мышкой монстра, по самую рукоять! Острая боль заставила громадное тело Мясника содрогнуться! Копье старого Джона успешно пробило сухожилие сбоку колена — хотя это и не вывело ногу из строя полностью, она подогнулась!
Однако контратака Мясника была ещё быстрее и яростнее!
— Р-р-ра-а-а!!!
Полностью игнорируя раны, он с мощью тысячи гор размахнулся горящей левой рукой! Массивный мясной крюк на цепи, подобно метеору, ударил в сторону трех людей у прохода!
— Прочь! — крикнула Марта и резко перекатилась назад!
Старый Джон тоже попытался увернуться, но он потратил все силы на выпад и потерял равновесие!
— Бах!
Тяжелый крюк с силой ударил по спешно выставленному копью Джона! Копье переломилось! Остаточная сила удара обрушилась на грудь старика!
— Угх! — старый Джон брызнул кровью и, словно сломанный змей, отлетел назад, с глухим ударом врезавшись в каменные ступени. Он покатился вниз и затих, и неизвестно, был ли он еще жив.
Ли Мин, из-за того что выпустил тот сверхнапряженный удар, находился в состоянии сильного головокружения и «отката», поэтому среагировал на полсекунды медленнее! Размашистый крюк чиркнул по его спине! Холод металла и жуткий порыв ветра заставили волосы встать дыбом! Острие крюка разорвало его кожаный доспех и оставило глубокую, до костей, кровоточащую рану!
— Ух! — Ли Мин глухо застонал, боль заставила мир перед глазами потемнеть, и он едва не свалился с лестницы!
Мясник, достигнув цели, стал еще безумнее! Он швырнул горящей левой рукой, а тесак в правой, разрезая воздух злым свистом, обрушился на проход, оставшийся без прикрытия из-за выбывшего из строя Джона! Если этот удар достигнет цели, узкая лестница будет разрушена, и все они окажутся погребены под обломками!
В глазах Марты мелькнула решимость! Она резко толкнула без сознания Хавэя (воина) вверх по лестнице! Сама же, подобно клинку, не отступила, а ринулась вперед, прямо под падающий тесак! Она выбросила сломанный меч и обеими руками намертво вцепилась в толстую ржавую трубу, торчавшую из каменной стены!
— Ли Мин! Уводи их!!! — рев Марты потонул под свистом рассекаемого воздуха, но был в то же время оглушительным!
Она решила своим телом и этой трубой выторговать для Ли Мина последние шансы на выживание! Бросить жизнь на кон, чтобы преградить путь!
Тесак обрушился в вихре разрушительного давления!
И в это самое мгновение!
Ли Мин, превозмогая адскую боль в спине и головокружение, глядя на спину Марты, бросившуюся навстречу смерти, почувствовал, как невыразимая скорбь и безумие ударили ему в голову! Он не мог позволить ей умереть! Ему нужна была сила! Ещё больше силы! Помешать ему! Сбить его с толку!
Ментальная сила? Иссякла! Огненные элементы? За короткое время не собрать!
Что еще? Что еще оставалось?!
Его взгляд пробежал по залу! По горящим останкам мерзости! По разбросанным повсюду костям! По стенам, утыканным нишами с остатками скелетов! Неисчислимое множество душ, сгинувших здесь, их призрачные жалобы и шепоты, теперь с силой обрушились на его сознание!
— Обнаружена чрезвычайно высокая концентрация призрачных обид! Скопление боли!
— Воля к жизни хозяина… можно попытаться направить/ударить… высокий риск…
Направить обиды? Ударить?
Нет времени на раздумья! Нет времени на сомнения!
В глазах Ли Мина мелькнул безумный блеск! Он резко распахнул руки, больше не противясь бесконечным шепотам и жалобам душ, заполнившим зал! Используя свою стойкую душу как мост, используя крупицу полученного фрагмента воли к боли как фитиль, он полностью раскрылся!
— А ну все — ЗАТКНУЛИСЬ!!!
Это был не крик, это был истеричный вопль на уровне самой души! Принудительный приказ бесчисленным духам! Безумная попытка поставить себя самого в центр печи невыносимых страданий!
В тот же миг!
Шепоты, плач, проклятия, боль бесчисленных душ в зале… словно нашли выход, словно были подхвачены невидимым водоворотом и с безумной силой устремились к душе Ли Мина! Миллиарды холодных, отчаянных, безумных помыслов, словно стальные иголки, вонзились в его мозг!
— А-а-а!!! — Ли Мин испустил крик, еще более страшный и болезненный, чем рык Мясника! Из семи отверстий на лице хлынула кровь! Он чувствовал, как его голова готова взорваться! Как душа разрывается на миллиарды кусков!
Но в то же время невидимый ментальный шторм, состоящий из чистой негативной психической энергии, с центром в Ли Мине, подобно невидимому цунами, с яростью обрушился на Мясника, готовящего свой решающий удар!
Этот ментальный шторм не имел плоти, но он нес в себе сконцентрированную боль, отчаяние и безумие множества душ! Это была не физическая атака, а удар прямо по воле и духу!
Мясник, пребывавший в экстазе разрушения, внезапно замер!
В его мутных маленьких глазках впервые появилось отчетливое, не связанное с голодом или яростью чувство — это было замешательство! Боль! В его голову насильно вливались холодные отчаявшие фрагменты памяти, не принадлежавшие ему! Вопли множества душ звучали в глубине его сознания! Его простая, яростная воля в мгновение ока была подавлена мощным потоком негативной ментальной энергии!
Занесенный тесак остановился меньше чем в полуметре от головы Марты! Громадное тело Мясника затряслось в конвульсиях, как при эпилепсии, а из пасти вырывались нечленораздельные, полные муки хрипы!
Шанс!
Марта, не понимая, что произошло, осознала этот смертельный ступор как подарок судьбы! В её глазах вспыхнул удивительный огонь жизни! Она резко разжала руки, которыми держалась за трубу (ладони были стерты в кровь о грубую ржавчину), и перекатилась в сторону, как гибкая кошка!
— Уходим! — она схватила Ли Мина, который все еще изоходил кровью и хрипел, и пнула лежащего без сознания Хавэя (воина), прошипев команду голосом, лишенным сил.
Трое из последних сил, ползком и кубарем, бросились вверх по узкой скользкой лестнице! Позади, в глубине склепа, отчаянно эхом отдавались мучительный рев Мясника и звуки его тесака, разящего каменные стены, словно похоронный звон.
Неизвестно, сколько они карабкались, но когда боль от разрыва души почти заставила Ли Мина потерять сознание окончательно, впереди забрезжил слабый свет — они вернулись ко входу в главный зал собора на первом уровне!
Трое ввалились на холодные грязные плиты, тяжело дыша, словно рыбы, выброшенные на берег. Ли Мин видел перед глазами черные пятна, головная боль и мука разрываемой души почти лишали его способности мыслить, лицо было сплошь залито кровью. Марта тоже была вся в крови, раны на руке и спине жгло от боли, но она продолжала держаться, настороженно глядя на черный провал входа в подземелье.
Жуткий рык и удары постепенно утихли. Мясник, похоже, не погнался за ними. Возможно, его воля была тяжело повреждена тем ментальным штормом, а может, что-то в недрах склепа удерживало его.
Временная безопасность была достигнута.
Марта оторвала кусок ткани от своей нижней рубашки, наспех перевязала рану на руке, а затем помогла Ли Мину с глубокой раной от крюка на спине. От острой боли он немного пришел в себя. Старый Джон и Хавэй (воин) всё еще были в беспамятстве, но продолжали дышать.
— Внимание! Ментальная сфера хозяина подверглась серьезному удару! Душа получила легкие повреждения!
— Пассивный эффект: Уровень стойкости души слегка повышен… ментальное сопротивление перманентно усилено…
— Получен особый статус: Шепот погибших душ (временный)… возможность ощущать и слабо направлять остаточные помыслы духов поблизости…
— Обнаружены остатки особой ментальной энергии… получено: фрагмент навыка Психический удар (зародыш) x0.3!
— Очки анализа: 0.35 -> 0.45!
Система холодно обрисовала его состояние. Цена повреждения души была огромной, но и выигрыш впечатлял! Перманентное повышение ментального сопротивления и получение зародыша навыка! Это была неожиданная радость — сила, добытая ценой жизни!
Марта закончила с перевязками и молча подошла к месту, где погиб Рэймонд (в главном зале), своим тяжелым топором нарубила несколько относительно целых досок, оторвала кусок от его рваных одежд и кровью нарисовала на доске простую метку. Это было всё, что они могли сделать для товарища.
Она вернулась, посмотрела на Ли Мина — изможденного, но в глазах которого, казалось, появилась какая-то новая искра — и хрипло произнесла: — Что это было там?
Ли Мин, прерывисто дыша, вытер кровь с лица и произнес слабым голосом: — Не знаю… я чувствовал… так много голосов… так много боли… я… заставил их замолчать… — Он не мог объяснить тот шторм.
Марта долго смотрела на него, но не стала расспрашивать дальше. Она взглянула на все еще излучающий зловещую энергию вход в подземелье, перевела взгляд на Джона и Хавэя, а затем на изможденного Ли Мина.
— Мы не можем оставаться здесь. Слишком сильный запах крови, это привлечет еще больше существ, — её голос звучал устало, но решение было холодным. — Забираем их и в лагерь. Эта вылазка… окончилась провалом.
Провал. Это слово, подобно ледяному камню, давило на сердца каждого. Жизнь Рэймонда, тяжелое ранение Джона, безумие Хавэя, поврежденная душа Ли Мина… и они даже не дошли до толком до первого уровня. Молча, с огромным трудом, отряд отправился в обратный путь. Марта взвалила на плечи Джона, Ли Мин, скрипя зубами, тащил Хавэя. Идти было невыносимо тяжело. Восемь ушли, четверо вернулись, и двое из них были без чувств.
В подвале лагеря царила гнетущая тишина. Те, кто остался, увидев их израненными, увидев, что нет Рэймонда, а есть два тяжелораненых, окончательно утратили последнюю надежду. Булинь попытался приподняться; его серо-голубые глаза пробежали по остальным, в конце задержавшись на измученном лице Ли Мина, чьи глаза казались ему теперь куда глубже, чем прежде. Он шевельнул губами и испустил тяжелый вздох.
Марта устроила Джона и Хавэя под присмотром женщины, знающей лечебные травы. Она подошла к Ли Мину и бросила ему кусочек бережно хранимого ею сушеного мяса (возможно, полученного с какого-то сильного монстра) и полуфлягу воды.
— Ешь, вернешь силы, — голос по-прежнему был холодным, но в нем пропала былая подозрительность, появилась какая-то… странная сложность. — Твой огонь… и последний удар… неплохо вышло.
Ли Мин молча принял подарок. Мясо на вкус было солоноватым, с привкусом крови, но тепло быстро наполняло тело, а вода смачивала пересохшую горловую щель.Он сел у стены и погрузился в систему, сортируя достижения и потери этого похода:
Жизненная энергия: концентрат фрагмента 0.7 (всего)
Базовые фрагменты силы: 0.5
Базовые фрагменты стойкости: 0.6
Базовые ментальные фрагменты: 0.15
Фрагмент легкой склонности к стихии огня: 0.03
Фрагмент навыка Психический удар (зародыш): 0.3 (новый!)
Фрагмент рецепта Едкой слизи (неполный): 0.15
Фрагмент воли к боли (мизерный): 0.1
Материалы: Истлевшие кости (обычные) x5, звериная шкура (обычная) x1
Очки анализа: 0.45
Навыки: Усиленный удар (слабо) — мастерство, Слабый огненный снаряд (неопытный) — 20%
Состояние: Легкое повреждение души (восстанавливается), Шепот погибших душ (временный)
Улов был громадным! Сила, стойкость, дух, очки анализа — всё выросло, а главное — зародыш навыка удара по душе! Но цена — ужасна: травма души, гибель друга, тяжелые ранения, моральный дух лагеря на дне.
В этот момент раздался слабый голос Булиня: — Парень… подойди…
Ли Мин с трудом поднялся и подошел.
Булинь выглядел восковым, дыхание было слабым, но глаза светились странным огнем. Он знаком показал Ли Мину наклониться ближе и прошептал так тихо, что слышать могли только они двое: — Под собором… там… есть след Хорадрим… Кайн… упоминал… в гробнице Леорика… в одной из ниш… может быть… то, что они… оставили после себя…
Хорадрим! Сердце Ли Мина забилось быстрее! Тот самый таинственный орден из легенд!
— Но… там… есть… Страж гробницы… будет… сложно… — Булинь надрывно закашлялся. — Твой способ… заставивший монстра… замешкаться… возможно… пригодится… — его серо-голубые глаза впились в Ли Мина. — Не… сдавайся… Огонь… не дай ему погаснуть…
Сказав это, Булинь, казалось, потратил все остатки сил, его охватил приступ кашля, и он снова провалился в сон.
Ли Мин вернулся в свой угол и посмотрел на ладони. Тепло, порождаемое легкой склонностью к стихии огня, всё еще чувствовалось, пусть и едва заметно.Он снова ощутил в голове то временное восприятие Шепота погибших душ, будто мог слышать размытую печаль и отчаяние призраков в углах подвала.
Огонь… и заблудшие души…
Он посмотрел в сторону темноты, ведущей к Собору. Неужели поражение? Нет, это только начало. Слова Булиня зажгли новые нити надежд. Наследие Хорадримов... знания или сила для борьбы с демонами... это был единственный слабый проблеск света, который видел он сам и этот полный отчаяния лагерь.
Ему нужно стать сильнее! Овладеть этим рождающимся пламенем! Постичь ту силу, что исходит от заблудших душ! В следующий раз, когда он снова ступит в те адские склепы, он должен будет принести с собой надежду или... навсегда похоронить отчаяние. Ли Мин закрыл глаза и начал направлять частицы высококонцентрированной жизненной энергии внутри себя, медленно исцеляя поврежденную душу и разум, одновременно переваривая ценные дары, принесенные из этой поездки в ад, купленные ценой крови и души. Мрачная дымка над Тристрамом по-прежнему оставалась густой, но секреты, глубоко погребенные под землей, уже начали открывать ему свой слабый свет.