Фу Цзинчуань любит пить свежемолотый кофе с первого этажа компании. У него есть привычка взбадриваться кофе в обед, и он никогда не отдыхает, поэтому обычно ближе к двенадцати часам Кэ Чэнь спускается вниз, чтобы принести ему кофе. Можешь попытаться подстроить случайную встречу — например, выронить какие-нибудь документы.
Линь Шаньшань задумчиво произнесла:
— Ты так хорошо разбираешься в привычках Фу Цзинчуаня, прямо-таки насквозь видишь всё, что он делает в компании.
Ши Ян:
— …
Линь Шаньшань:
— Ладно, не буду над тобой подшучивать, ступай отдыхать. Беременным нельзя засиживаться допоздна, я сначала съезжу в компанию, а там видно будет.
— Хорошо, — кивнула Ши Ян. — Ты тоже отдыхай, не перенапрягайся и не думай постоянно о том, чтобы приехать и составить мне компанию. Я со всем справлюсь, не переживай.
Линь Шаньшань показала жест «ок» и только после этого повесила трубку. Наигранная беззаботность исчезла с её лица; тщательно нанеся макияж, она вышла из дома и направилась в «Хуэйчэнь».
Менеджером по развитию, с которым предстояло вести переговоры, действительно оказалась Хань Юэ, как и предполагала Ши Ян.
Увидев Линь Шаньшань, Хань Юэ явно замерла — она никак не ожидала, что придёт именно она.
— Привет, давно не виделись, — Линь Шаньшань попыталась напустить на себя улыбку и поприветствовать её, но как бы она ни улыбалась, всё казалось каким-то неестественным.
Хань Юэ холодно бросила на неё взгляд и сразу перешла к делу:
— Мы обе прекрасно знаем, кто чего стоит, так что не нужно измываться над собой.
И впрямь ни капли любезности.
Линь Шаньшань тоже убрала улыбку:
— За столько лет ты ничуть не изменилась.
— Взаимно, — ответила Хань Юэ.
С этими словами она села напротив неё и протянула руку:
— Давай сюда своё предложение. Я сначала посмотрю: пройдёт — так пройдёт, нет — так нет, не будем тратить время друг друга.
Линь Шаньшань без лишних слов протянула документ.
Хань Юэ лишь бегло просмотрела его и вернула бумаги обратно:
— Извините, район вашего объекта пока находится на стадии несбыточных обещаний. Мы должны учитывать окупаемость инвестиций, поэтому в данный момент не рассматриваем подобные варианты.
Всё было точь-в-точь как предсказывала Ши Ян.
Линь Шаньшань не стала тратить на неё время:
— Спасибо.
С этими словами она собрала документы, поднялась из-за стола и уже собиралась уходить.
Хань Юэ окликнула её:
— Подожди.
Линь Шаньшань обернулась:
— Есть ещё вопросы?
— Никаких, — Хань Юэ тоже поднялась. — Просто думала, что ты хоть немного меня поуговариваешь, учитывая, сколько сил…
Она бросила взгляд на бумаги в руках Линь Шаньшань.
— …вложено в этот проект.
Линь Шаньшань улыбнулась без улыбки:
— А ты сейчас сводишь личные счёты.
— Отнюдь, — Хань Юэ говорила прямо. — Я просто искренне не верю в ваш торговый район. Не думаю, что там в будущем будет хоть какое-то оживление. Таких новых районов по всей стране пруд пруди, и многие ли из них действительно пошли в гору?
Линь Шаньшань окинула её взглядом:
— С таким-то видением и на такой должности — смотри, как бы тебя не подослали конкуренты, чтобы развалить компанию Фу Цзинчуаня.
— У меня нет таких талантов.
— И то верно, — Линь Шаньшань вдруг почувствовала настроение поболтать. — Но если подумать, как ты вообще устроилась в «Хуэйчэнь»? Я слышала, сюда безумно сложно попасть.
Хань Юэ бросила на неё косой взгляд:
— Это доказывает, что я специалист высшего класса.
Линь Шаньшань едва заметно усмехнулась:
— Надо же, а я думала, с твоим-то коммерческим чутьём ты попала сюда по знакомству.
Хань Юэ замерла:
— Что ты имеешь в виду?
Линь Шаньшань решила говорить прямо:
— Разве тебя устроил не Фу Цзинчуань?
— Какое это имеет отношение к тебе?
— Разумеется, самое прямое, — Линь Шаньшань тоже стерла улыбку с лица и в упор посмотрела на неё. — Это касается счастья моей лучшей подруги. Считаешь, не имеет?
Хань Юэ нахмурилась:
— Ши Ян?
— Именно, — кивнула Линь Шаньшань. — Разве ты не знала? Они были женаты два года.
Она заметила, как Хань Юэ на мгновенье оцепенела.
Линь Шаньшань не понимала, была ли эта растерянность вызвана просто тем фактом, что Фу Цзинчуань и Ши Ян женаты, тем, что они прожили в браке целых два года, или же тем, что Фу Цзинчуань просто соврал ей?
Она не могла угадать, а Хань Юэ не собиралась давать ей лишней информации.
— И какое мне до этого дело? — холодно ответила та.
Наблюдая за её выражением лица, Линь Шаньшань легкомысленно хмыкнула:
— Никакого. Правда, они только что развелись.
Едва слова сорвались с её губ, как она увидела изумление на лице Хань Юэ.
Это был неподдельный, совершенно искренний шок.
Линь Шаньшань по-прежнему не могла понять, было ли в этом удивлении хоть что-то, связанное с вмешательством Хань Юэ в семейную жизнь Ши Ян и Фу Цзинчуаня.
— А к тебе это какое-то отношение имеет? — Линь Шаньшань за годы общения с Хань Юэ никогда не ходила вокруг да около, предпочитая говорить всё напрямую, поэтому и сейчас без всяких смущений задала этот вопрос в лоб.
Но Хань Юэ, как и прежде, не собиралась преподносить ей ответ на блюдечке:
— В качестве кого ты меня допрашиваешь? И какое тебе вообще до этого дело?
— Проехали, — Линь Шаньшань не стала с ней цацкаться. — Надеюсь, никакого. А иначе всё это выставляет Фу Цзинчуаня редкостной сволочью, а мою подругу — дурой с отвратительным вкусом. Уж лучше оставить себе хоть какую-то иллюзию.
— Бывай.
Она с лёгким сердцем помахала Хань Юэ рукой и решительно повернулась к выходу, не испытывая ни малейшего сожаления.
Хань Юэ не стала звать её обратно и осталась стоять на прежнем месте.
Проходя мимо поворота к лестнице, Линь Шаньшань бросила взгляд на переговорную: на красивом, но холодном лице Хань Юэ застыло растерянное выражение, полное глубоких дум.
Линь Шаньшань понятия не имела, о чём та размышляет, да ей и не хотелось вникать. Ши Ян решила порвать с Фу Цзинчуанем раз и навсегда, оставив всё в прошлом, так что отныне с кем бы он ни женился, её это больше не касается.
Хотя, думая так, Линь Шаньшань всё равно испытывала какую-то беспричинную обиду на Фу Цзинчуаня. Она не понимала, как он мог так легко отпустить её, и раз уж он не любил Ши Ян, зачем вообще было связываться с ней в самом начале?
Поддавшись этой затаенной злости, Линь Шаньшань шла несколько торопливо, вымещая все накопившиеся эмоции на собственных шагах. Она совершенно не смотрела по сторонам, и когда поворачивала за угол, с размаху врезалась в кого-то. Раздался глухой стук, и папка с документами выпала из её рук.
— Простите, простите! — Линь Шаньшань тут же принялась извиняться и подняла голову. Но стоило ей увидеть знакомое прекрасное лицо Фу Цзинчуаня, как слова застряли у неё на языке.
Шедший следом Кэ Чэнь не удержался и отчитал её:
— Эй, вы как вообще ходите? Дорога такая широкая, а вы взяли и прямо в лоб врезались!
Линь Шаньшань и без того злилась на Фу Цзинчуаня, поэтому огрызнулась:
— Дорога широкая, а вы сами-то почему не обошли?
Кэ Чэнь:
— Мы шли по правой стороне, а вы разве по правой?
Линь Шаньшань:
— …
Кэ Чэнь не унимался:
— К тому же, вы не видели, что мы заняты рабочим разговором? К тому же человек шёл по телефону, спиной вперёд, кто мог ожидать, что сзади кто-то сорвется с места и понесется?
Линь Шаньшань:
— …
Завершивший звонок Фу Цзинчуань убрал телефон и взглянул на спутника:
— Кэ Чэнь!
Тот мгновенно захлопнул рот.
Только после этого Фу Цзинчуань перевёл взгляд на Линь Шаньшань.
— Прошу прощения, я не заметил.
Линь Шаньшань вовсе не была скандалисткой, и от этого низкого, исполненного учтивости тона извинений ей стало даже немного неловко.
— Ничего, моя вина.
Пробормотав это, Линь Шаньшань нагнулась, чтобы подобрать бумаги.
Фу Цзинчуань опередил её: он молча поднял упавшие листы и, даже не заглядывая в них, протянул ей:
— Извините.
Приняв документы, она посмотрела на него:
— Мы же старые знакомые, к чему такие церемонии.
Фу Цзинчуань спокойно приподнял уголки губ — это должно было сойти за ответ. При этом его совершенно не задели её попытки поддеть его, он по-прежнему оставался воплощением холодной отчужденности и неприступности.
Линь Шаньшань усмехнулась:
— Ты и впрямь со всеми одинаково холоден. Надеюсь, с Ши Ян ты вёл себя не так же?
Стоило ей это произнести, как она чутко уловила, что атмосфера вокруг Фу Цзинчуаня стала ещё холоднее.
Стоявший за его спиной Кэ Чэнь отчаянно замигал глазами, подавая Линь Шаньшань знаки прекратить упоминать Ши Ян.
Она недоумённо посмотрела на него, но, вспомнив о зажатых в руке бумагах и решив, что раз уж они всё равно столкнулись, грех упускать такую возможность, воспользовалась моментом и протянула ему проект:
— Кстати, я менеджер по привлечению инвестиций в «Хуэйюэ Синьчао». Наш торговый центр искренне приглашает бренд вашего отеля открыть там филиал. Господин Фу, взгляните, пожалуйста, это место действительно отлично подходит…
— Этот проект не в моей компетенции, — перебил её Фу Цзинчуань, аккуратно отодвигая её папку обратно. — Можете обратиться в отдел развития рынка, они оценят целесообразность.
С этими словами он с извиняющимся кивком обошел её и зашагал дальше.
Линь Шаньшань скривила губы, шумно выдохнула и пробормотала себе под нос:
— И правда, Яньян оказалась права.
Шаги Фу Цзинчуаня чуть замедлились. Он замер на секунду, словно погрузившись в молчание, а затем обернулся:
— Что она сказала?
Линь Шаньшань:
— …
Она ошарашенно посмотрела на него.
Фу Цзинчуань стоял неподвижно, ожидая ответа.
Придя в себя, Линь Шаньшань произнесла:
— Ой, она сказала, что ты больше всего на свете не терпишь блата и связей по знакомству, так что совать тебе этот документ — пустая трата времени.
Фу Цзинчуань бросил на неё взгляд. Его темные глаза медленно опустились на зажатые в её руках бумаги, после чего он протянул руку:
— Давайте сюда.
Линь Шаньшань:
— …
В кабинете Кэ Чэнь то и дело украдкой бросал взгляды на дверь в личный кабинет Фу Цзинчуаня.
Заметив это, Линь Шаньшань раздраженно фыркнула:
— Чего тебе?
Она всё ещё помнила его придирки из-за их недавнего столкновения в коридоре.
Кэ Чэнь язвительно протянул:
— А вы ловко умеете проталкивать свои дела через заднюю дверь.
— Да при чём тут я?! Я и не думала покушаться на блат вашего шефа, он сам, между прочим, проявил инициативу и потребовал у меня документы!
При мысли об этом Линь Шаньшань всё казалось странным. Вспомнив реакцию Фу Цзинчуаня, когда она упомянула Ши Ян, она поняла, что тот вовсе не выглядит равнодушным.
Поразмыслив немного, она подвинулась ближе к Кэ Чэню и понизила голос:
— Эй, скажи-ка мне кое-что. Какие у вашего босса с женой раньше отношения были?
Кэ Чэнь покосился на неё:
— Тебе-то зачем это знать?
— Из чистого любопытства.
Она придвинулась ещё ближе:
— Ну так какие?
— Без понятия.
Линь Шаньшань:
— …
Спросила на свою голову.
— Впрочем, — Кэ Чэнь критически оглядел её, — точку для удара вы выбрали мастерски. Раньше господин Фу и впрямь никогда и ни для кого не делал исключений.
— И для Ши Ян тоже?
— Это у господина Фу спрашивать надо, — Кэ Чэнь задумчиво потер подбородок. — Сама-то Ши Ян никогда не просила его о поблажках. Кто знает, может, он как раз ждал, пока она его о чём-то попросит? Быть может, в глубине души он только и надеялся, что Ши Ян к нему обратится.
— Тц… — Линь Шаньшань протяжно вздохнула, явно не веря ни единому слову.
Кэ Чэнь возразил:
— А вот и зря не верите. Неужели вы не заметили, стоило вам упомянуть Ши Ян, как его отношение тут же переменилось?
Линь Шаньшань презрительно фыркнула:
— То, что ты назвал сменой отношения, — это просто желание сделать наоборот. Раз уж он услышал вариант А, ему захотелось поступить вопреки воле моей Яньян и выбрать вариант Б! Это лишь доказывает, что ваш шеф до сих пор жутко ущемлен тем, что моя Яньян его бросила, его самолюбие сильно задето.
Кэ Чэнь закатил глаза, решив, что спорить с ней бесполезно.
Проработав с Фу Цзинчуанем столько лет, он знал: гордость и самолюбие для того не имели такого уж большого значения.
Тем временем в своем кабинете Фу Цзинчуань уже дочитал предложение и нажал на селектор внутренней связи Кэ Чэня:
— Пусть мисс Линь войдет.
Кэ Чэнь положил трубку и посмотрел на Линь Шаньшань:
— Мисс Линь, шеф просит вас зайти.
Та подозрительно покосилась на него, затем на закрытую дверь кабинета, наконец поднялась и постучала.
— Войдите.
Изнутри раздался низкий, бесстрастный голос. Линь Шаньшань толкнула дверь.
Фу Цзинчуань повернулся к ней:
— Я ознакомился с вашим предложением. Считаю, что перспективы развития этого района неплохие, здесь есть потенциал для сотрудничества.
Линь Шаньшань с удивлением посмотрела на него:
— То есть вы согласны на сотрудничество?
— Я такого не говорил.
Линь Шаньшань:
— …
Фу Цзинчуань:
— Это лишь моё личное мнение. Окончательное решение о сотрудничестве должен принять инвестиционный отдел после всесторонней оценки.
Линь Шаньшань кивнула:
— Без проблем.
И тут же поинтересовалась:
— А когда вы сможете дать нам окончательный ответ?
— Через полмесяца.
Линь Шаньшань нахмурилась: результат через полмесяца, а если добавить время на согласование и оформление договора, весь процесс займет месяца два, не меньше. Слишком долгий срок, и это её беспокоило из-за Ши Ян.
— Нельзя ли… ускорить процесс? — спросила она, напустив на лицо просительную улыбку. — Просто в последнее время другие коллеги тоже активно борются за ресурсы клиентов, я же боюсь упустить момент.
Фу Цзинчуань поднял на нее глаза:
— Ничего страшного, в бизнесе многое зависит от судьбы. Если проект действительно уйдет к другим, значит, у «Хуэйчэнь» и вашей компании нет общего будущего.
Линь Шаньшань:
— …
В каждом его слове читался один и тот же подтекст: на самом деле их торговый центр не так уж ему и интересен.
Она не могла понять, говорил ли Фу Цзинчуань искренне или же это были лишь дежурные отговорки прожженного бизнесмена. До конца раскусить его мысли она не решалась, опасаясь показаться слишком назойливой, поэтому выдавила из себя вежливую улыбку:
— Что ж, логично. Тогда буду с нетерпением ждать хороших новостей от господина Фу.
На словах она выразилась именно так, но, вернувшись вечером домой, тут же принялась яростно жаловаться Ши Ян на Фу Цзинчуаня.
Ши Ян на самом деле не хотела больше слышать ничего, что было связано с бывшим мужем, но всё же терпеливо выслушала подругу. Однако стоило Линь Шаньшань упомянуть, что проект передан на общую оценку в инвестиционный отдел, как Ши Ян нахмурилась.
Обладая потрясающей проницательностью, Линь Шаньшань мгновенно уловила малейшую перемену в настроении подруги:
— Что-то не так?
Ши Ян слегка покачала головой:
— Ну, не то чтобы. Просто у самого Фу Цзинчуаня есть абсолютное право принимать решения. Все вопросы, касающиеся отельериума «Хуэйчэнь», он может решить единолично, ему не нужно согласовывать это ни с какими отделами или людьми.
— … — Линь Шаньшань тут же вскочила. — Выходит, Фу Цзинчуань намеренно затягивает моё дело?
— Вряд ли. Зачем ему просто так палки в колеса вставлять? Если бы проект ему не нравился, он бы сразу отказал.
— Тогда… — Линь Шаньшань задумалась. — Неужели он положил на него глаз?
Ши Ян не спешила с выводами:
— Не знаю. Он всегда действовал решительно и без промедления. Если бы проект его зацепил, он бы сразу поставил резолюцию, а не стал мариновать его в инвестиционном отделе целый месяц.
Линь Шаньшань совсем запуталась:
— И что же это тогда значит?
Ши Ян развела руками, давая понять, что и сама не понимает, какие тайные замыслы вынашивает Фу Цзинчуань.
А Линь Шаньшань — тем более.
Она-то думала, что раз проект отправили на оценку в инвест-отдел, ей больше делать нечего. Но не тут-то было: в течение следующих нескольких дней её неизменно вызывали в «Хуэйчэнь» на переговоры. Казалось, их торговый центр действительно вызывает у них огромный интерес, только вот вопросы сыпались по штуке на дню.
Переговоры вел Кэ Чэнь, а проходили они либо в переговорной его рабочего сектора, либо в VIP-зале.
И вполне естественно, что Линь Шаньшань каждый день сталкивалась с Фу Цзинчуанем самым причудливым образом — за эти дни она видела его чаще, чем за предыдущие два года.
Будучи лучшей подругой Ши Ян, она вела подвижный образ жизни, частенько заглядывая к ней во время работы или отдыха. Но даже в выходные и праздничные дни ей редко удавалось пересечься с Фу Цзинчуанем. Она не знала, был ли он настолько завзятым трудоголиком, работающим без продыху круглый год, или же нарочно подстраивал график так, чтобы избегать её визитов и оставлять пространство для них с Ши Ян. Но за последние два года Линь Шаньшань и впрямь не доводилось так часто встречаться с ним лицом к лицу.
К тому же она заметила, что в последнее время Фу Цзинчуань проявляет к ней какое-то странное внимание. Раньше, когда она приезжала к ним домой, он отделывался вежливым приветствием и сразу уходил в комнату. Теперь же, хоть они и не здоровались, его взгляд то и дело отрывался от работы, чтобы бросить на неё пару долгих, задумчивых взглядов.
— Слушай, а у Фу Цзинчуаня случайно не развилось какое-нибудь психическое расстройство? — во время обеденного перерыва Линь Шаньшань не выдержала и позвонила Ши Ян по видеосвязи, чтобы выплеснуть раздражение. — Каждый день тащит меня к себе в офис: сегодня у них вопросы по одному пункту, завтра по другому. Неужели нельзя было собрать все вопросы в кучу и решить их за один раз?
Она только что закончила переговоры, подошло время обеда. Возвращаться домой ей не хотелось, поэтому, выйдя из «Хуэйчэнь», она решила перекусить в ресторане на первом этаже корпорации.
Ши Ян в этот момент тоже обедала вне дома и ответила ей:
— Могла бы сказать ему об этом прямо.
— Я намекала, толку ноль. Этот великий начальник просто обожает издеваться над людьми.
Линь Шаньшань перехватила телефон другой рукой и, поднимая голову, вдруг увидела возвращавшихся с улицы Фу Цзинчуаня и Кэ Чэня. За ними шла Хань Юэ.
В руках у Хань Юэ была папка с документами. На её красивом, холодном лице застыло сосредоточенное выражение, свойственное рабочей обстановке, — по всей видимости, она о чём-то докладывала Фу Цзинчуаню. По движению её губ было заметно, что говорит она неторопливо, выдерживая идеальный темп.
Фу Цзинчуань, как всегда, хранил невозмутимое и отстраненное выражение лица. На Хань Юэ он не смотрел, но было очевидно, что слушает со всей серьезностью.
Эта картина показалась Линь Шаньшань неприятно режущей глаз. Бросив в трубку: «Подожди секунду», она сбросила вызов, достала телефон и исподтишка сделала снимок.
Словно почувствовав это, Фу Цзинчуань неожиданно повернул голову в её сторону. Проницательный блеск в его темных глазах на мгновенье заставил Линь Шаньшань почувствовать себя пойманной с поличным, но она быстро взяла себя в руки. Сделав вид, что ничего не заметила, она прикрыла лицо телефоном и принялась усердно делать вид, будто увлечена экраном.
Фу Цзинчуань тихо бросил Кэ Чэню:
— Идите внутрь.
Кэ Чэнь кивнул:
— Хорошо.
— Но… — Хань Юэ нерешительно глянула на Фу Цзинчуаня, собираясь что-то сказать, но в итоге проглотила слова и послушно кивнула: — Поняла.
Отведя взгляд, она вольно или невольно скользнула глазами по Линь Шаньшань, которая всё ещё «страстно увлечена» была телефоном, а затем последовала за Кэ Чэнем внутрь здания.
Фу Цзинчуань направился к Линь Шаньшань.
Сама она, не отрывая глаз от экрана, совершенно упустила из виду их перемещения.
Полагая, что Фу Цзинчуань и остальные уже ушли, она с невинным видом опустила телефон и бросила взгляд на то место, где они только что стояли, но успела заметить лишь мелькнувшие спины Хань Юэ и Кэ Чэня, скрывавшихся за стеклянными дверями вестибюля.
Линь Шаньшань с облегчением похлопала себя по груди, но стоило ей опустить взгляд на телефон, как на экране мелькнула только что сделанная исподтишка фотография. Ли то ли её навыки фотографа оказались на высоте, то ли взгляд, которым Хань Юэ провожала Фу Цзинчуаня, был слишком откровенным и недвусмысленным — но в её глазах отчетливо читалось ничем не прикрытое восхищение и обожание.
Как и в далекие юношеские годы, к Линь Шаньшань вновь подступило то самое противное чувство глухого раздражения. По привычке дав ему выход, она тут же переслала снимок Ши Ян, сопроводив его сообщением: «Только посмотри, как Хань Юэ смотрит на Фу Цзинчуаня. Ни за что не поверю, что между ними никогда ничего не было».
Когда прозвучал сигнал входящего сообщения в WeChat, Ши Ян машинально взяла телефон и с первого же взгляда увидела на фотографии Фу Цзинчуаня и Хань Юэ.
Фу Цзинчуань на снимке был облачен в свой привычный черный костюм, безупречно сидящий по фигуре. Высокий, подтянутый, с неизменно отстраненной и холодной аурой, при своем росте под метр девяносто, с идеальными пропорциями тела, суровым выражением лица и выдающимися чертами лица, он даже просто стоя где-нибудь в стороне выглядел так, будто возвышается над всеми остальными. Его четко очерченный в полумраке вечернего освещения профиль излучал резкую, суровую холодность. Это был до боли знакомый ей Фу Цзинчуань — и в то же время настолько знакомый, что от одного лишь взгляда на его фотографию сердце начинало неконтролируемо и болезненно сжиматься.