Её надрывный, хриплый голос пронёсся по всему поместью маркиза, и в застывшей ночной тишине лишь её горестные стоны эхом разносились во дворе.
Шум поднялся немалый. Сам маркиз отсутствовал в резиденции, и дозорная стража тут же отправилась докладывать второй госпоже и наследнику.
Вскоре Цзи Моцин в кресле-каталке прибыл в прачечную. Он холодно окинул взглядом собравшихся, и его глаза остановились на Ань Синин, которую в этот момент Кормилица Цинь держала за воротник.
Все были потрясены: с чего это наследник, который целыми днями не покидал своего двора, вдруг пожаловал в прачечную? Люди задирали шеи, пытаясь разглядеть обычно столь загадочного молодого господина.
Кормилица Цинь тоже испугалась. Маркиза не было дома, делами внутренних покоев обычно заведовала госпожа, так почему же сегодня явился бездельник-наследник? Она поспешно отпустила Ань Синин.
— Старая служанка приветствует наследника, — Кормилица Цинь послушно опустила голову и опустилась на колени, решив первой обвинить противника. — Ваша светлость, эта женщина умышленно испортила одежду покойной хозяйки, она выказала величайшее неуважение к усопшей!
Ань Синин выбилась из сил, её тело ломило от усталости, но она стиснула зубы, поднялась и поклонилась:
— Умоляю наследника прозреть истину! Всё это мне прислала прачка по приказу этой кормилицы. Я впервые в поместье маркиза и поистине не ведала, что это одежда покойной хозяйки. Если я виновна, прошу наследника наказать меня!
Она хрипло оправдывалась, но не стала впутывать госпожу Юань: если замешать сюда хозяйку, всё станет ещё сложнее, поэтому оставалось обвинять лишь Кормилицу Цинь.
Лицо Кормилицы Цинь исказилось от испуга — эта подлая девчонка смеет перекладывать вину на неё! — и она пронзительно завопила:
— Ваша светлость, она лжёт! Как могла старая служанка позволить ей проявить неуважение к главной госпоже...
Видя, что Цзи Моцин никак не реагирует, кормилица мгновенно засуетилась, резко развернулась и схватила Ань Синин за грудки:
— Ах ты, тварь бесстыдная, смеешь лгать перед наследником да ещё и наговаривать на меня! Я разорву тебе рот!
Ань Синин попыталась увернуться, но куда изнурённой, с кружащейся от усталости головой девушке тягаться с дородной, крепкой кормилицей? Её бледное личико приняло на себя жестокий удар.
В глазах у неё поплыли искры, она рухнула прямо к ногам наследника, выглядя жалко и беспомощно.
Цзи Моцин смотрел на неё сверху вниз, холодно созерцая её унижение. Она явно испытывала гнев, но во взгляде по-прежнему читалось то же бесстрастное смирение.
Ему вдруг захотелось узнать, что же она за человек на самом деле. Он наклонился и тихо произнёс:
— Добрых людей всегда обижают. Чем больше ты терпишь и уступаешь, тем сильнее другие садятся тебе на шею. А что, если я скажу, что сегодня стерплю всё, что бы ты ни сделала? Как ты поступишь?
Ань Синин ошеломленно посмотрела на наследника, не понимая смысла его слов.
Тем временем Кормилица Цинь, заметив, что наследник не вмешивается, вновь вознамерилась причинить ей вред.
Цзи Моцин обернулся и посмотрел на них столь же холодно, явно не собираясь никого останавливать.
В следующий миг Ань Синин тяжело задышала. Все накопившиеся в душе обида и гнев вырвались наружу, смешавшись с многолетним гневом от издевательств семейства Чжоу.
Возможно, именно из-за того, что она всё это время терпела и сносила побои, Чжоу Жэньчжэн снова и снова беззастенчиво лупил её кнутом.
Забыв о боли в руках и головокружении, она издала яростный крик и своим хрупким телом со всего маху врезалась в Кормилицу Цинь.
Кормилица никак не ожидала от неё такого натиска, потеряла равновесие и рухнула на землю, от удара у неё в голове зашумело.
Ань Синин не остановилась. Пользуясь тем, что та ещё не пришла в себя, она вцепилась в её волосы и поволокла к деревянной бадье, наполненной талой снеговой водой, с силой окунув голову женщины внутрь, чтобы та тоже прочувствовала зимний холод ледяной воды.
Все были поражены реакцией Ань Синин. Никто не ожидал, что та, кто казалась такой мягкой и робкой, способна на столь жестокий поступок, и теперь окружающие испуганно замерли.
Уголки губ Цзи Моцин тронула лёгкая улыбка: поистине, чем мягче человек с виду, тем безжалостнее его сердце. Разве она не оказалась весьма грозной?
Так куда интереснее, по крайней мере, стоило ради этого выбираться наружу — а то развелось тут пустых споров.
В этот момент впопыхах примчалась госпожа Юань. Она как раз принимала ванну, когда главная служанка доложила ей о происшежении в прачечной, так что она даже не успела привести в порядок мокрые волосы.
Едва появившись, она увидела, как Ань Синин держит Кормилицу Цинь лицом в бадье с водой, а движения старой служанки уже стали замедляться.
— Ань! Что ты творишь?!
Лишь услышав яростный окрик, Ань Синин вернула себе рассудок и разжала пальцы, позволяя Кормилице Цинь вынырнуть.
Кормилица судорожно зашлась кашлем и хрипом, она только что действительно ощутила дыхание смерти и теперь всё еще дрожала от пережитого ужаса.
Госпожа Юань влетела во двор со злобным выражением лица:
— Ань, какая дерзость! Как ты смеешь чинить бесчинства в поместье маркиза?! Эй, заберите её...
Ань Синин не стала оправдываться — она сделала именно то, к чему лежала её душа, и сейчас на сердце было невероятно легко!
Цзи Моцин остался крайне доволен её недавним поведением и неторопливо произнёс:
— Вторая госпожа, это я велел ей так поступить!
Лишь теперь госпожа Юань заметила присутствие Цзи Моцина. Он действительно вышел из двора наследника! Она нахмурилась:
— Неужели наследник потворствует тому, чтобы выданная за него замуж женщина вершила убийства?
— И что с того? Разве дозволено убивать только людям из Восточного двора, а мне нельзя? — Цзи Моцин усмехнулся, в его глазах блеснула смертная тоска. — К тому же все видели своими глазами: твои люди первыми распустили руки, я лишь позволил Ань дать сдачи. Кого винить, раз твои слуги оказались слабее!
У госпожи Юань мороз пробежал по коже, и она предпочла не спорить с безумцем, подойдя, чтобы поднять Кормилицу Цинь.
— Вот и отлично, теперь все могут нормально поговорить, — проигнорировав госпожу Юань, Цзи Моцин продолжил сам: — Только что прозвучало, что Кормилица Цинь никак не могла проявить неуважение к главной госпоже. Тогда мне интересно: как женщина, попавшая в поместье лишь сегодня в качестве временной жены, вообще заполучила одежду покойной? Ма-по, это прачечная выдала её ей для стирки?
Ма-по шагнула вперед и доложила:
— Отвечаю наследнику: это дело не имеет отношения к прачечной. Во второй половине дня Кормилица Цинь заставила госпожу Ань выстирать вашу соболью шубу, после чего принесла в прачечную все остальные парадные одежды и велела госпоже Ань выстирать и их. Все служанки в прачечной могут это подтвердить.
— Выходит, Кормилица Цинь умышленно уничтожила вещи покойной хозяйки, и за это положена смертная казня! — холодно бросил Цзи Моцин.
Кормилица Цинь, всё ещё кашляя, от страха сползла на землю:
— Госпожа! Спасите старую служанку! Я не выказывала неуважения к главной госпоже, это всё эта сука Ань...
Она уже хотела выругаться, но призрачный страх перед только что пережитым заставил её проглотить остальные слова.
Бви брови госпожи Юань сошлись на переносице, она какое-то время не знала, как поступить, но тут слуга доложил, что вернулся маркиз.
Лицо госпожи Юань озарилось радостью — маркиз наконец-то дома!
Вскоре в сопровождении охраны во двор вошел средних лет мужчина с густыми бровями и длинной бородой. Гадать не приходилось — это был Маркиз Бэймин, Цзи Чэнь.
Все присутствующие в прачечной поклонились:
— Приветствуем маркиза!
— Устроили шум посреди ночи, на что это похоже! — отчитал всех Цзи Чэнь, а затем перевел взгляд на Цзи Моцина. — Сидел бы себе в комнате, какого чёрта ты тут делаешь?!
Столкнувшись с уничтожением материнских вещей, Цзи Моцин не собирался выказывать почтение отцу, и лицо его помрачнело ещё сильнее.
Видя, что старший сын по-прежнему вызывает у него лишь отвращение, Цзи Чэнь презрительно фыркнул и больше не стал обращать на него внимания.
Завидев маркиза, госпожа Юань тут же с облегчением выдохнула, подбежала к нему и в красках обрисовала ситуацию, изображая крайнюю обиду:
— Сударь! Наследник требует предать Кормилицу Цинь смертной казни, но если она погибнет, кто же станет заботиться о вашей покорной слуге? Кормилица просто перепутала одежду покойной сестры Вань и велела госпоже Ань её выстирать, она точно не делала этого со зла, как она могла неуважительно отнестись к хозяйке? Если хотите кого-то винить, сударь, вините меня — это я плохо следила за порядком. Требуйте смертной казни для меня, но умоляю, пощадите жизнь матушки Цинь!
Эта тирада совершенно сбила маркиза с толку, и он посмотрел на наложницу с нежным умилением:
— Какое отношение дела слуг имеют к тебе? Но раз уж вышел такой скандал, оставить без наказания нельзя. Ты — главная хозяйка во внутренних покоях, тебе и решать, как с этим поступить.
— Благодарю вас, сударь, — обрадовалась госпожа Юань.
Хоть дело и перешло в её руки, слишком явно покрывать служанку она тоже не могла.
Хотя матушка Цинь не имела злого умысла, она всё же совершила ошибку первой и потревожила дух сестры Вань на небесах. Наказываю тебе завтра целый день читать сутры в искупление вины. Что же до драки с госпожой Ань, в качестве извинения отдай ей месячное жалованье, а также на семь дней посади под домашний арест для моего личного наставления. Сударь, вы считаете такое наказание справедливым?
Цзи Чэнь не стал возражать и с мягкой улыбкой ответил:
— Пусть будет по-твоему.
Цзи Моцин со стороны наблюдал за тем, как отец балует наложницу. Если бы в своё время тот хоть наполовину так же заботился о его матери, разве умерла бы она так рано? Лицо юноши омрачилось окончательно, и он велел слугам немедленно увезти себя из прачечной.
Госпожа Юань с показной любезностью подошла и помогла Ань Синь подняться:
— Госпожа Ань, вот месячное жалованье Кормилицы Цинь, один лянь серебра, возьмите. В зимнюю стужу нельзя простужаться, ступайте обратно во двор наследника.
Ань Синин молча кивнула. Маркиз от начала до конца даже не удосужился спросить её о стирке, а его привязанность к госпоже Юань была очевидна — на этом всё и закончится.
Эту серебряную монету она изначально брать не хотела, но в качестве платы за то, чтобы инцидент был исчерпан, пришлось её забрать и ещё выразить госпоже Юань благодарность.
Ма-по неожиданно подала голос:
— Вторая госпожа, а оставшиеся парадные одежды госпоже Ань тоже нужно выстирать?
Улыбка на лице госпожи Юань застыла. Она прищурилась, бросила на Ма-по косой взгляд и через силу улыбнулась:
— Разумеется, нет. Я же просто пошутила с госпожой Ань, разве можно было и вправду заставлять её стирать их? Просто хотела испытать её усердие, никак не думала, что всё зайдёт так далеко. Главное сейчас — как следует заботиться о наследнике.
Ань Синин отозвалась согласием и больше не произнесла ни слова. Поблагодарив Ма-по, она сегодня окончательно уяснила своё положение в поместье маркиза: её, какую-то временную жену, никто и в грош не ставит, и до её судьбы никому нет дела.
Балаган в прачечной кое-как завершился, оставшиеся парадные одежды разнесли по дворам, а госпожа Юань удалилась вместе с маркизом.
Вернувшись во двор наследника, Ань Синин обнаружила, что молодой господин уже лежит на постели.
— Ваша светлость, спасибо вам за сегодняшнюю ночь, если бы не вы...
Цзи Моцин внезапно прервал её. На его лице не отражалось никаких эмоций, голос звучал ровно:
— Сегодня ты умышленно выстирала одежду моей матери, верно?
Лицо Ань Синин дрогнуло. Встретившись с его глубоким и мрачным взглядом, она напряглась.
Понимая, что от него это не утаить, она послушно опустилась на колени, и её хрупкое, тонкое тело припало к полу:
— Да, служанка сделала это намеренно. Прошу наследника наказать меня, но умоляю, не впутывайте в это других.
Она боялась, что из-за неё пострадает Ма-по — ведь именно Ма-по подсказала ей, кому принадлежало то одеяние.
Цзи Моцин холодно смотрел на её распухшие руки и промокшую насквозь одежду, а затем внезапно наклонился, ухватил её за подбородок и притянул к себе. В его безжалостных глазах во мраке ночи сверкнул ледяной блеск.
— Какая же ты дерзкая. Мало того, что воспользовалась вещами моей покойной матушки, так ещё и посмела использовать меня!