Император Цзинъюань злобно зыркнул на Янь Юньсюаня, и того тут же проводили обратно на место.
Никому не позволялось разглашать, что они могут слышать мысли Шэнь Минчжу.
Император Цзинъюань: …Ну я погляжу, что там у меня за демоны и чудовища среди сановников, в гареме и сыновьях!
Второй сын посмел создать фракцию для личной выгоды?
Чем они там занимаются, пока я не вижу?
Мысли Шэнь Минчжу послужили ему предупреждением!
Нужны доказательства!
Одним жестом он привёл в движение всю Стражу Тени Дракона!
— Это вкусно, и это тоже вкусно!
— Хе-хе! Гуагуа, у меня хорошее настроение, устрою тебе перечисление блюд.
Система, проявив учтивость, тут же поддакнула:
— Давай! Давай! Давай!
Шэнь Минчжу, сияя улыбкой, тотчас прочистила горло, и в головах у всех присутствующих в зале зазвучала скороговорка из народного представления.
— Начинаю перечисление блюд! Что же подают на нынешнем дворцовом пиру? Отвечаю: парный ягнёнок, тушёная медвежья лапа, тушёный олений хвост, жареная утка с цветами, жареный молодой цыплёнок, жареный гусёнок, тушёная свинина, тушёная утка, курица в соусе, копчёное мясо, яйца по-сунхуа, свиные желудочки, вяленое мясо, колбаски, ассорти в су-ском стиле, копчёная курица с требухой, фаршированная свинина «восемь сокровищ» на пару, утка, фаршированная клейким рисом…
Все сановники: …
Некоторые из них даже с насмешкой покосились на Шэнь Чанъюаня.
Дочь Чанпин-хоу и впрямь была весьма остроумна!
Одна круглолицая девушка не выдержала и рассмеялась вслух.
Сидящая рядом матушка тут же легонько шлёпнула её.
— Соблюдай этикет!
Услышать этим вечером мысли Наследной принцессы — это было и удивительно, и волнительно!
Император с Императрицей уже изволили объявить, что все должны повиноваться.
Шэнь Минчжу услышала смех рядом и увидела пухленькую девушку, которая, заметив её взгляд, приветливо улыбнулась в ответ.
Два маленьких клычка — очень мило.
В следующую секунду все снова услышали голос Шэнь Минчжу и Системы.
— Гуагуа, кто эта девушка? Довольно милая.
— Хозяин, это Чжао Сюэр, законная дочь Левого помощника министра налогов.
— О? Ещё и подчинённая моего отца!
— Да-да-да! Её отец не только подчинённый твоего отца, она сама — та ещё дурочка, с твоим четвёртым братом они стоят друг друга!
Услышав это, Шэнь Минчжу оживилась, отпила глоток чая, взглянула на Чжао Сюэр и слегка кивнула.
— Гуагуа, расскажи-ка, в чём же эта дурочка так промахнулась?
Помощник министра Чжао: …Госпожа Шэнь не должна просто слушать, должна бы помочь! Он же правая рука и самый верный подчинённый отца Шэнь в Министерстве налогов!
Чжао Гуанмин взглянул на Шэнь Чанъюаня:
— Господин министр Шэнь!
Шэнь Чанъюань прикрыл глаза:
— Господин помощник министра Чжао.
Сказав это, он взглянул на верхние места и провёл пальцем по губам, изображая жест «молчать».
Молчание помощника министра Чжао было оглушительным!
И тут все услышали голос Системы.
— Дело в том, что у Чжао Сюэр есть личная служанка по имени Лю Цинцин, сирота, которую госпожа Чжао когда-то случайно спасла. На людях они — госпожа и служанка, но в душе — сёстры.
Госпожа Чжао: Эту Цинцин она знала, дочь росла с ней с детства, как родные сёстры, относилась к ней хорошо, одежда и еда у неё были не хуже, чем у самой госпожи.
Шэнь Минчжу откусила кусочек каштанового пирожного и равнодушно спросила:
— И что дальше?
— А дальше эта госпожа Чжао каждый раз, когда выходила покупать румяна, пудру или заказывать новые платья, покупала всё и для неё. Это сильно раздуло её амбиции. Она решила, что ничуть не хуже госпожи Чжао, и даже считала себя красивее. После замужества Чжао Сюэр, пользуясь моментом, когда та не видела, она забралась в постель к мужу Чжао Сюэр.
Шэнь Минчжу:
— И её сделали наложницей?
Сановники закивали.
По их мнению, некоторых личных служанок при главных жёнах специально держали для укрепления своего положения, и раз уж она переспала с хозяином, сделать её наложницей было делом естественным.
Система, услышав это, если бы у неё было тело, наверняка замотала бы головой, как погремушкой.
— Эту служанку Лю Цинцин не сделали наложницей, она продолжала прислуживать госпоже Чжао.
— Почему? Быть служанкой и прислуживать или стать наложницей и чтобы прислуживали тебе — любой дурак знает, что выбрать! Тем более она сама залезла в постель к зятю? Разве она не хотела стать наложницей?
Система, услышав это, самодовольно изрекла:
— Хозяин, ты мыслишь узко!
Сановники, возможно, и не поняли, но некоторые госпожи, что могли слышать мысли, уже догадались!
В этих грязных делах внутренних покоев они разбирались лучше всех.
Тут же многие госпожи посмотрели на Чжао Сюэр с сочувствием.
Госпожа Чжао, побледнев, сжала руку дочери.
Она ведь единственная дочь!
Выросла в неге и холе.
При мысли о её будущем ей стало жаль дочь ещё до того, как та услышала мысли Шэнь Минчжу!
Чжао Сюэр, слегка испуганная, со страхом посмотрела на госпожу Чжао:
— Матушка.
— Сюэр, не бойся, ничего не случится!
Мысли госпожи Шэнь ещё не подтвердились, не случится! Не случится!
Но в душе она понимала, что всё сказанное Шэнь Минчжу до сих пор было точным.
Дочь действительно считала Лю Цинцин сестрой, не относилась к ней как к прислуге, делилась всем — румянами, пудрой, новой одеждой, вкусной едой. Всё, что было у дочери, было и у Лю Цинцин.
Она баловала дочь и потакала ей, и не заметила, как вырастила волка в овечьей шкуре.
Лучше подготовиться заранее, предотвратить беду.
Госпожа Чжао взглянула на дочь и подумала про себя: правда это или нет, но с Лю Цинцин нужно разобраться!
Она не оставит рядом с дочерью никакой опасности.
— Гуагуа, продолжай!
— Ага! Эта Лю Цинцин, добившись своего, каждый раз, когда Чжао Сюэр засыпала, тайком сходилась с её мужем. И после того как Чжао Сюэр беременела, у неё случались выкидыши. После нескольких выкидышей её здоровье пошатнулось, и в конце концов она умерла на кровати. А Лю Цинцин вместе с мужем Чжао Сюэр завладела её богатым приданым и успешно заняла место новой хозяйки. Оба они пользовались в Шэнцзине доброй славой: он — как любящий муж, не смеющий жениться вновь, она — как верная служанка, взявшая на себя заботу о господине. После того как Лю Цинцин забеременела, её, по настоянию окружающих, успешно ввели в дом с ребёнком!
У Чжао Сюэр потемнело в глазах, зубы застучали, по спине пробежал холодок.
Она крепко вцепилась в госпожу Чжао:
— Матушка, матушка, я на самом деле здорова, вы с батюшкой знаете.
Госпожа Чжао посмотрела на Шэнь Минчжу и мягко утешила дочь:
— Ничего, ничего, ты ведь ещё не сговорена!
Внешне госпожа Чжао была спокойна, но в душе у неё бушевала буря.
Никто не знал, что она уже присматривала женихов для дочери и даже присмотрела подходящую семью.
В этот миг её охватил запоздалый ужас!
Шэнь Минчжу проглотила каштановое пирожное, посмотрела на Чжао Сюэр и почувствовала сожаление.
Хорошая девчонка, а её обманули, отняли и тело, и сердце, и деньги!
Ну и дура же она!