— Трое… осталость двое.
Александр Амадеус встряхнул онемевшее запястье. Оно слегка подрагивало от недавнего яростного столкновения, словно безмолвно свидетельствуя о накале только что отгремевшей битвы.
Его дыхание впервые стало тяжелым, и этот прерывистый звук казался набатными ударами тревожного колокола в его груди.
Глава 452