Триста двадцать седьмая

Ки Ран открывает глаза в чужом мире — не по своей воле, а из-за странного пари. Здесь нет места героическим подвигам и спасению красавиц. Только бедствия, сверхъестественные угрозы и полная беспомощность. Мир не ждёт спасителя. Он просто существует — жестокий, непредсказуемый, безразличный к судьбе случайного пришельца. Выживание здесь не триумф, а ежедневная борьба без гарантий.